Шерстяная «сказка» (СИ) - Страйк Кира

- Браво! Браво обоим! – первой не выдержала Кларисс и в эмоциональном порыве даже хлопнула в ладоши.

- Поддерживаю. – серьёзно, весомо кивнул головой Андрэ.

- Присоединяюсь к большинству. – это уже «капитулировал» Франсуа.

- Господин Ральф, мадам Корин! У меня просто… я не знаю, вы просто… - Ноэль пылал чистым восторгом, - Вы – мои герои!

- Ну что, господин барон, - я повернулась к Андрэ, и теперь уже в моих глазах плясали подначивающие искринки, - Настал черёд для вашего слова. Но предупреждаю сразу…

- Ой! Звучит устрашающе! – мой визави в шутливом примирительном жесте выставил открытые ладони, и по лицу его расползлась широченная улыбка.

- А то как же! – я поддержала игру, - Прежде чем принять окончательное решение, имейте, наш дорогой друг, ввиду: с такой-то поддержкой, да моей жгучей жаждой действий, я всё равно найду, куда с пользой приложить свой капитал.

- Нисколько не сомневаюсь.

- Но искренне хотелось бы поработать именно с вами.

- Польщён.

- Мне просто тема шерсти очень к душе.

- Оу, ясно. А я-то возомнил.

- Так каков будет ваш ответ?

- Я скажу… - Андрэ сбавил обороты увлекшей нас всех весёлости, - Скажу, что умеете вы, мадам Корин, разжечь в людских душах огонь. В этом мы имели удовольствие убедиться уже неоднократно. А если серьёзно, это предложение действительно кажется мне привлекательным.

Но сперва нам потребуется кое-что обсудить. Вы тоже должны меня выслушать. Не сейчас, позже. Сейчас – тост! – он приглашающе поднял свой фужер:

- За близких, за друзей, за первозданную, истинно божественную любовь, силу человеческого духа и преданность.

36

Это был один из тех поворотных дней в судьбе, которые врезаются в память навсегда.

Такие воспоминания потом долго согревают душу, придают веры в собственные силы в трудные времена.

Мне удалось совершить маленький переворот, который должен был открыть дорогу в ту жизнь, которой я желала.

Мы ещё больше сблизились с Ральфом. Да и Лапьеры на почве нашего общего «заговора»

стали почти родными.

Я чувствовала, что мужчинам надо было дать возможность маленько обсудить новости своим тесным кружком. Поэтому мы с Кларисс после обеда отправились погулять в саду. Она, как дама опытная, умудрённая жизнью и просто большая умница, тоже прекрасно понимала необходимость подобной паузы.

Чем больше я общалась с Кларисс, тем сильнее убеждалась в том, что мы с ней как будто на одной грядке выросли. Только в разные эпохи. Не хочу умалять достоинств Франсуа, но вольнолюбие, живой ум и широта взглядов Ноэлю явно достались от мамы.

Этой предприимчивой активистке тоже было тесно в традиционных рамках. Но она в своё время то ли не придумала, куда себя приложить, то ли не осмелилась в одиночку эти самые рамки двигать.

А потом более чем счастливое замужество и позднее материнство увлекли женщину в семейный быт, и она, как это называют, остепенилась. Осела в рядовых заботах и подавила в себе ростки былого бунтарства.

Видать, не до конца. И теперь нам было, о чём поговорить.

Ей было интересно абсолютно всё, что занимало мою голову. Изначально я думала, что важнее всего для меня было заручиться поддержкой мужчин. Потому что именно от них я ожидала самой первой практической помощи и дельных советов.

На поверку же оказалось, что пользы в этом отношении от Кларисс могло получиться ничуть не меньше. Если не больше. Ибо там, где наши парни всё ещё немного буксовали, переламывая закономерный психологический барьер, Кларисс уже летела со мной на одной волне. К тому же обладала большим количеством связей, определённым авторитетом в обществе и безукоризненной репутацией.

Настолько безукоризненной, что кого-то это, наверняка, могло даже раздражать. Но как бы там ни было, как бы к ней не относились – с симпатией или не очень, слово мадам Лапьер в обществе воспринималось, как нечто… не то, чтобы совсем незыблемое… Как аксиома, вот. То, что не требует доказательств.

В общем, такая союзница – просто подарок судьбы. И какой надо было быть дурой, чтобы так бездарно потерять её расположение. Я сейчас про Рози. Вот вроде бы сноха местами ну такая продуманная, а где-то … я даже слов подобрать не могу. А мы сейчас обе получали удовольствие от общения, нисколько не скучали и внутренне благословляли сношкину мифическую хворь, избавившую нас от её присутствия.

- И ещё, что касается тех неприятных слухов, которыми Рози попыталась запятнать вашу честь… - Кларисс замедлила шаг и легонько сжала мою ладонь, - Я постараюсь их пресечь.

Конечно, после того фейерверка, который вы учинили на нашем приёме, они несколько потускнели. Но всё же так легко эту грязь не вытравить. У вас, дорогая моя, слишком много недоброжелательниц, которые с большим удовольствием станут их время от времени подогревать.

- Зато моё забытое имя теперь у всех на слуху. – я рассмеялась, вспомнив про такое могущественное средство «раскрутки» начинающих или наоборот угасающих эстрадных дарований, как «чёрный пиар». Никогда не была сторонницей подобных методов, но надо же искать плюсы в любых обстоятельствах. – Да и в целом, я не считаю всю эту возню вокруг меня большим поводом для огорчения.

- В самом деле?

- Ничего не говорят о том, кто ничего не стоит. А в свете грядущих событий это даже может оказаться полезным. Если бы не тот скандал, сколько бы мне пришлось потрудиться, чтобы общество узнало, кто такая мадам Корин.

Кларисс остановилась, улыбнулась и бровь её озадаченно поползла вверх, мол, «ну ты, матушка, даёшь». А затем негромко добавила:

- Не понимаю, почему мы не сдружились раньше.

Нагулявшись в саду, мы отправились проведать Мариэль. Девочка, тяжко вздыхая, как раз корпела над ненавистным шитьём, упражняясь выполнять ровные одинаковые стежочки. И

конечно очень обрадовалась, когда появились мы, организовав ей паузу в этом кропотливом и не очень увлекательном занятии.

- Мадемуазель, вам совсем-совсем не нравится вышивание? – Кларисс присела рядом с малышкой.

- Мадам Флора говорит, что оно воспитывает усидчивость и аккуратность. – избегая прямого ответа и вызывая улыбку на лице воспитательницы, пояснила та.

Вот тут меня и озарило, как сделать занятия Мариэль интересными, разнообразными и очень полезными. Помните мои фантазии по поводу объёмных аппликаций, квиллинга, оригами и прочего? Кто в наше время не знает о великой роли развития мелкой моторики в совершенствовании речи, мышления, памяти, воображения и координации движений у ребятишек? А если это дело ещё и облечь в красочную форму – так вообще прелесть.

Да взять даже простые картины из пуговиц… Одно дело кропать стежки просто механически, как дети в прописях рисуют палочки с кружочками. И совсем другое – прошить края красивой тряпочки, чтобы обернуть в неё простую пуговку, сделать её нарядной и вписать в настоящую картину. Да Мариэль сама будет отбирать у воспитательницы иголку, чтобы своими руками поучаствовать в таком чудесном творческом проекте.

Правда, не знаю, зачем они здесь в таком раннем возрасте давали детям в руки острые предметы, вроде иголок. Как по мне, так можно было бы выбрать что-то побезопаснее.

Понятно, нет пока в этом мире пластилина, ну так глина-то, к примеру, найдётся. Ну да ладно, тут я никому ничего запретить не могла. Только предложить.

- А что, дорогие дамы, листок бумаги, цветные лоскутки и лишние пуговицы в этом доме найдутся?.. – я интригующе подмигнула маленькой ученице.

Получив желаемое, набросала эскиз простого цветка и рассказала о сути всей задумки.

- Кстати, если пуговиц станет не хватать, можно поискать на улице мелкие плоские камешки подходящей формы. Или попросить плотника напилить нужные кружки из толстой ветки. А ещё их можно самим налепить из глины. Как думаете?

- Ой, как замечательно! Правда, мадам Флора? – Мариэль зажмурилась от восторга и захлопала в ладоши.