Выжить для любви - Светлана Михайловна Чудова

Кирилл принес ей сумку. Ника приняла душ, почистила зубы и оделась. Почти в том же виде, что и Кирилл, – босиком и в джинсах, дополненных рубашкой, – она двинулась на кухню, прихватив чашку.

На столе действительно стояла коробка с хлопьями, а также блюдо с нарезанными персиками и стаканчики ванильного йогурта, который Вероника особенно любила. То же самое Кирилл приготовил для себя, увеличив порцию вдвое.

– Объедение! – заявила Ника и села. – Но напрасно ты дожидался меня, мог бы позавтракать один. Ты проголодался сильнее, чем я.

– В восемь утра я сжевал большой бублик.

– Когда же ты проснулся?

– Около семи. Пробежался вокруг дома, съел бублик, посмотрел телик, а потом долго-долго маялся от скуки.

– Бедненький! – Ника подцепила полную ложку хлопьев. – Ну и как ты себя теперь чувствуешь?

– Бодро.

– Вот и хорошо, я тоже. – Она потянулась, вскинув руки над головой. – После завтрака я, пожалуй, отправлюсь на пробежку. Хочешь пробежаться еще раз?

– И не только пробежаться. Я готов на все.

Закончив завтрак, Вероника одобрительно посматривала на Кирилла. Он уже объяснил, что начал подолгу тренироваться после разрыва с женой: физическая нагрузка снимает стресс. Он и раньше был в хорошей форме, но не в такой, как сейчас. Мышцы его груди и живота по твердости не уступали камням. Кирилл выглядел крупным, но не толстым – просто крепким и сильным. Прикасаться к нему было для Вероники невыразимым удовольствием.

Кирилл поднялся, чтобы унести пустую посуду в раковину. Ника подперла подбородок ладонью, глядя ему вслед с легкой полуулыбкой.

– Знаешь, твоя бывшая жена – идиотка, каких больше не найти.

Кирилл удивленно обернулся, потом пожал плечами:

– При этом двуличная и мстительная идиотка. А почему ты вдруг вспомнила о ней?

– Просто посмотрела на тебя. Ты аккуратный, хозяйственный, умный…

– Продолжай, – разрешил он.

– …симпатичный, с чувством юмора…

– А еще твой.

Она замерла, чувствуя, как сердце ушло в пятки.

– Правда? – шепотом спросила она.

Он поставил молоко в холодильник и сдержанно улыбнулся:

– Ну да.

Вероника радостно ахнула.

– Поскольку это касается и меня, – Кирилл снова наполнил их кофейные чашки и сел, – нам надо поговорить. Нынешнее положение меня не устраивает. Я хочу большего. Если ты тоже – значит, будем искать выход.

Она кивнула.

– Скажи это вслух.

– И я хочу большего, – сумела выговорить она. Ей не верилось, что все произошло так быстро, солнечным воскресным утром, за столом.

– Хорошо, твоя работа требует постоянного присутствия в доме хозяев. Я часто засиживаюсь на службе допоздна. Если, кроме выходных, нам ничего не светит – попробуем обойтись, но… когда заканчивается твой рабочий день?

– Когда хозяева ложатся спать или говорят, что сегодня я им уже не нужна. До сих пор они отсылали меня сразу после ужина. По-моему, им нравится проводить вечера вдвоем – конечно, если в доме нет гостей.

– А тебе разрешено принимать гостей? Господи, можно подумать, что мы живем в Средневековье!

Она рассмеялась.

– В свободное время – разумеется. Но если ты захочешь остаться у меня на ночь…

Он перебил ее:

– Секс – не самое главное. С тех пор как ты получила новую работу, мы стали слишком редко видеться. Я схожу с ума, когда тебя нет рядом. Давай решим эту проблему. А потом разберемся с твоим кругосветным путешествием. Отказаться от него я тебя не прошу – это твоя мечта. Просто попробую разжалобить тебя.

Вероника и вправду мечтала о путешествии, но Кирилл слишком много значил для нее.

– Я же разумная женщина, – заверила она, – я умею находить компромиссы.

Прежде ей удавалось оберегать сердце и сохранять свободу, потому что она никогда не встречала человека, ради которого была бы согласна пожертвовать своими планами. Но Кирилл был ей слишком дорог. Да, путешествовать – это замечательно! Но провести без него целый год?

Ни в коем случае!

На это Вероника была не согласна.

Он прокашлялся.

– Мы… мы могли бы пожениться.

– Думаешь? – переспросила она и рассмеялась.

Сдержаться она не могла.

Романтика настолько чужда ему, что он заслужил бы приз общества противников Дня святого Валентина.

Кирилл усадил ее к себе на колени.

– Так да или нет?

– Ты ни о чем не спрашивал. Просто предложил.

– А ты согласна с этим предложением?

Ника с усмешкой подумала, что прямого вопроса ей никогда не дождаться. Придется принять меры. Она собиралась выходить замуж только раз в жизни и хотела, чтобы предложение было сделано по всем правилам.

– С предложением – согласна. – Она безмятежно улыбнулась и поцеловала его в щеку. – Так что поговорим, когда ты наконец разберешься, чего хочешь.

Застонав, он склонил голову на ее плечо.

– Ты решила прибегнуть к шантажу?

– Разумеется, милый. Для этого и существуют женщины.

* * *

Он не знал, где сейчас Вероника. Утром в воскресенье выяснилось, что ее машины возле бунгало нет. В дом Сапруновых она не возвращалась. На вечеринке ему удалось выведать у Майи, что обычно в субботу и воскресенье у Ники выходные дни, но если устраивалась вечеринка в эти дни, выходные переносились. Значит, к своим обязанностям она вернется не раньше утра вторника.

Гадая, куда она могла уехать, он поднялся ни свет ни заря и объехал уродливый дом Сапруновых. Он уже знал, что машину она оставляет там, где ее видно с улицы, – за бунгало. Но Вероника, должно быть, уехала из дома в самую рань, потому что ее машины на привычном месте он не увидел.

Может быть, ее родные живут где-то поблизости? Он выругал себя за то, что совсем забыл разузнать об этом. А может, она встала пораньше, чтобы куда-то улететь первым рейсом?

Его вдруг посетила неприятная мысль, что у Вероники есть парень – отвратительное школьное выражение! – но нет, Вероника не из тех, кто будет тратить выходные на какого-нибудь местного мужлана. Прежде она проводила свободное время, бродя по магазинам, но ни разу ни с кем не встречалась. Беда заключалась в том, что она надолго куда-то исчезла. И он даже не мог представить себе, где она теперь. Даже если она всего лишь навещала друзей или родных, он предпочел бы точно знать, где она находится.

Неведение раздражало его.

Разделавшись с Виленским, он не остался в толпе зевак, зная, что преступники часто возвращаются на место преступления, а полицейские, рассчитывая поймать их с поличным, снимают камерой толпу.

Когда он проезжал мимо на следующее утро, толпа уже рассеялась, а подъезд к дому перегораживала желтая лента.

Куда уехала Вероника – неизвестно. К тому же шел дождь. А он терпеть не мог