Призраки прошлого - Евгений Аллард

Я с удовольствием поигрался остальными кнопками, полюбовался на возникающие разряды молний, вырвавшиеся языки пламени, которые через пару минут исчезли без следа. Потрясающая система. Из пульта управления шла дверь в жилое помещение с диваном, столом, холодильником и дощатым шкафом. Все обследовав, я решил покинуть это место, но вдруг услышал чьи-то шаги, захватив со стола бутылку, спрятался за дверью. Я обрушил удар на голову вошедшего с такой силой, что хватило на десять старичков, но вошедший лишь охнул, выронив пакет, мгновенно обернулся. Буравя маленькими, близко посаженными глазками, на меня смотрел исподлобья невысокий, худощавый мужчина лет тридцати пяти-сорока, чисто выбритый, в опрятной одежде, совершенно не похожий на опустившегося бомжа. Он пришёл в себя и ринулся на меня. Я мгновенно сгруппировался, подтянув колено. Нанёс резкий удар под дых, схватив за плечи, шмякнул головой о стену. Человек захрипел, медленно сползая вниз. Выхватив из брюк ремень, я быстро связал ему армейским узлом руки, как меня учил дед, обшарив помещение, нашёл бельевую верёвку и упаковал хозяина. Удобно расположившись в кресло перед пультом управления, я повернулся к пленнику и спокойно поинтересовался:

— Ну, рассказывай, зачем тебе Колесниковы понадобились.

— Пошёл на х… — пробурчал он. — Ничего я тебе не скажу. А к ментам ты не пойдёшь все равно.

— Не пойду. Согласен. Я просто оставлю тебя в этой комнате, связанным, закрою дверь и ты сдохнешь тут от холода, голода и жажды. Может быть, лет через сто твой скелет, покрытый слоями паутины, найдут археологи. И какой-нибудь режиссёр снимет на эту тему ужастик: «Замурованный заживо в видеозале», — с наигранным пафосом объяснил я. — Дверь плотная, ни криков не услышат, ни запаха от твоего разложившегося трупа не почувствуют.

Он вздрогнул и бросил на меня изучающий взгляд.

— Не сделаешь ты этого, — пробормотал он растерянно. — Ты добрый, я тебя знаю.

Я хладнокровно отвернулся к пульту, начал щёлкать кнопками, то там, то здесь, вызывая полтергейст, переставляя духов в разные места, будто играя с ними в пятнашки.

— Как звать-то тебя? — спросил я, прервав молчание.

— Пётр Максимов, — угрюмо буркнул он.

— Ты что, родственник Екатерины?

— Сын Константина Григорьевича, дяди Катьки.

— Вот как? Ну и зачем ты все это придумал? Всю эту хитрую комбинацию?

— Потому что наследство папашино мне должно было достаться. А он все Катьке оставил! Иуда! Я в тюрягу угодил, а когда вернулся, все без меня поделили, — сердито воскликнул он.

— Екатерине или Вадиму? — переспросил я. — Разве Константин Григорьевич не Вадиму все оставил?

— С какого бодуна? — раздражённо буркнул Пётр. — Он все хотел оставить Нинке, да Катьке. Ну и мне, а потом передумал.

— А ты решил все себе забрать и подстроил автокатастрофу Нине и её мужу?

— Ничего я не подстраивал. Чего ты на меня навешиваешь? — проворчал он недовольно. — Сами они туда угодили. Я тут ни при чем.

— Зачем тогда Сергей Нину убил?

Пётр ухмыльнулся и проговорил с ехидцей:

— Что ж ты, сыщик хренов, до сих пор не знаешь? Когда Нинка с мужем угодила в катастрофу, то Серёга с Катькой сразу Вадима к себе взяли. А потом у них дочка родилась, Серёга мне жаловался, что тесно жить им вчетвером в однокомнатной квартире-то. Ну и посоветовал я ему — устройся, мол, в больницу, аппарат отключи, никто и не узнает. А потом Вадима усыновите, и материнский капитал получите, свою однокомнатную с доплатой обменяете на двух или трёх комнатную. У меня кореш хорошо в этих вопросах разбирается. А потом я на нары-то угодил, а когда вернулся, узнал, что Нинка померла, Вадима усыновили. А папашка мой преставился, и все отписал Катьке.

— Ну, пошёл бы в суд, отсудил бы часть наследства. Ты же наследник первой очереди.

— А смысл? Ничего бы мне не досталось.

— Как же ты смог Кастильского обмануть?

— Поверил он мне. Я не знал точно, убил Серёга Нинку или нет, но решил попробовать. А тут случайно прознал об услугах этого колдуна.

— А зачем так сложно-то? Ну, убил бы Екатерину, тогда бы сразу половину получил. К чему эти все запугивания, духи, полтергейст?

— Дурак ты. Если бы я убил её, меня в первую очередь подозревали бы. Я ж наследник. Да и убить не смог бы я, — обречённо пробормотал он.

— А потом как? Умер бы Сергей от сердечного приступа, а как бы ты с Екатериной разделался бы?

— Ну, продолжал бы пугать, может она повесилась бы. Или отравилась на этой почве. Все равно я бы отомстил! — выдохнул он с дикой злобой.

— А как тебе в голову пришлось под старичка маскироваться? Тебя же менты загрести могли и отправить куда-нибудь подальше?

Он бросил на меня изумлённый взгляд, и вдруг обидно загоготал.

— Да с чего ты взял, что тот старикашка — это я? Он сам по себе, божий одуванчик, недоумок. Жил себе тут в доме неподалёку, а потом решил готовиться к войне, Третьей мировой, дом свой разобрал, блиндаж себе построил, а потом в канализацию перебрался, ну, как в бомбоубежище.

— Как демонтировать устройства знаешь? — спросил я. — Поможешь?

— Знаю. В комнате схема лежит. Развяжи меня, — попросил он жалобно. — Руки онемели.

— Перебьёшься.

Я нашёл схему, пролистал, пощёлкал кнопками на пульте, сдвинул нужные тумблеры и вернулся в дом. Я прошёлся сверху донизу, с чердака, до подвала, выворачивая из пола, потолка, стен проекторы, экраны, камеры, устройства для подачи струй раскалённого воздуха, которые имитировали жар огня. Теперь все полости, ниши открылись, я смог добраться до устройств и вывернуть.

Я поражался триумфу инженерной мысли в имитации сверхъестественных сил, вымотался до ужаса, рубашка промокла насквозь от пота. Сложив все устройства в ящик, я спустился обратно в канализацию. Пётр, привалившись к стене, безмятежно посапывал, я разбудил его и предложил:

— Слушай меня внимательно. Сейчас мне все расскажешь ещё раз, а я сниму на видеокамеру. Это чтобы мне было спокойно, и ты ещё чего-нибудь учудить не мог. Согласен?

Пётр насупился, помолчал, но потом кивнул. Я подошёл к пульту, проверил камеры, ничего не работало. Для очистки совести, я пощёлкал тумблерами, понажимал кнопки, выключил и обернулся к Петру:

— И не вздумай шантажировать Сергея. Иначе твоё признание пойдёт в Москву, в прокуратуру. У меня там знакомства есть. Понял?

Вымотанный, но очень довольный, я вернулся в дом. Удовлетворённо оглядев гостиную, я плюхнулся в кресло и набрал номер, который оставила мне Екатерина Павловна.

— У меня есть для вас новости, — сказал я.

— Вы смогли что-нибудь узнать? — с надеждой проговорила она.

— Екатерина Павловна, я узнал все, — твёрдо произнёс я. — Теперь ваш дом абсолютно безопасен, вы можете возвращаться. Я к вам приеду сейчас, помогу собраться и расскажу о том, что узнал.

В трубке повисло молчание, потом Екатерина, запинаясь, пробормотала:

— Господи, Олег, какое счастье. Я не знаю, как вас благодарить. Вы не можете вкратце сказать?

— Лучше не по телефону. Я приеду.

Я вышел из дома и направился к остановке. Солнце уже садилось, окрашивая низкие облака, похожие на кучерявых овечек, в розовато-сиреневый цвет, воздух посвежел, дул приятный ветерок. Подошёл трамвай, я уселся у окна, разглядывая пробегающие мимо кипарисы, низкие, каменные заборчики.

— Ух, ты, какая тёлка! — услышал я бесцеремонный голос.

Открыв глаза, я заметил, как двое здоровых, небритых парней пристают к девчушке в очках, испуганно прижимающей к себе толстую книжку. Что они нашли в этом цыплёнке, я не понял.

— Девушка, а девушка, а у вас парень есть? — кривляясь, спросил один.

— Отстаньте от меня! — пискнула девушка, судорожно оглянувшись в поисках спасителя.

Я вздохнул, мне совсем не хотелось вмешиваться. Недоросли лишь задирались, чтобы привлечь к себе внимание, и были явно навеселе.

— Почему отстать? Или мы тебе не нравимся? — спросил другой парень. — Цып-цып-цып, цыпочка.

Мужчина, сидевший рядом с девушкой, трусливо сбежал в конец салона. Парень шмякнулся рядом с беззащитной жертвой и начал щупать её за коленки.

— Отстаньте от неё! — услышал я неожиданно для себя, собственный голос.

Оба синхронно подняли на меня глаза и тот, который был пошире в плечах, хмуро пробурчал:

— Ты чего, чувак сказал?

Я приблизился к ним и отчеканил:

— Я сказал, чтобы ты от неё отлип. Понял?

— Жора, по-моему, он нарывается? — спросил лениво парень своего напарника.

— Точно, Веня. Тебе, больше всех надо? А? — задал он мне вопрос.

Я молниеносно уклонился от удара, и врезал в нижнюю челюсть первому ублюдку. Он удержался на ногах, но явно не ожидал такой реакции, изумлённо уставившись на меня. Набычась, мерзавцы стали приближаться. Я внимательно следил за их движениями, сделал быстрый шаг навстречу, перенёс вес тела на левую сторону и, коротко размахнувшись, нанёс мощный удар первому нападавшему в пах коленом, а второму — в солнечное сплетение локтем. Оба согнулись от боли, не мешкая, я схватил ближайшего за плечи и шмякнул коленом в живот.