Кровь королей (СИ) - Волков Влад

Время двигалось вперёд, дети потихоньку вырастали. С событий в Крумвельском саду проходило всё больше и больше лет, укрепляя одни союзы и усиляя трещины в других. Всё шло своим чередом, уже при новом короле и новых порядках.

Аравен Лекки с тех пор благополучно дожил до шестидесяти семи лет и умирать пока не собирается, он получил почетный орден Лиги Экзорцистов, продолжает пребывать в счастливом браке с Патрицией, и у него четверо детей. После Миралетты вскоре родился Драген, ставший впоследствии боевым магом и теперь прислуживающий при дворе короля Джеймса. Тоже кудрявый и светленький, весь в отца, как и Годдард, только глаза уже были не голубые, а малинового оттенка.

А вот года через два после рождения Драгена в Лекки случился свой семейный скандал. Забеременела слепая Шьяна, сестра-близнец Патриции, причём не от Октавиуса, которого тогда и вовсе долгое время не было в родовом замке, а утверждала, что от Аравена. Глупые оправдания про то, что близнецов легко перепутать, едва ли могли прокатить. Говорят, Шьяна с тех пор ещё ярче и эффектнее красит прядь, чтобы отличаться от сестры. Но Патриция с супругом также спешно зачали нового ребёнка, и в итоге Морог от Шьяны и Лейси от законной супруги родились у Аравена в один и тот же год. Вот только к сильному разочарованию всей семьи, Морог Лекки никаким магическим даром не обладал.

Тот не проявлялся у него ни в детстве, ни в юношеские годы, так что к своим двадцати годам тот чувствовал себя настоящей белой вороной в семье, где его не шибко любили, хоть и принимали, не зная даже, куда пристроить. Аравен был с ним холоден, Патриция открыто груба и строга, а Шьяна, настоящая мать, крайне мало занималась воспитанием сына, так что тот был постоянно предоставлен сам себе. А вот первенец Аравена от самой первой жены — Годдард, выучившись начал преподавать начинающим волшебникам основы плетения заклятий и прикладную энергетику, вызывая у отца за себя настоящую гордость, и при этом, как и Драген, был дружен с правящим семейством.

Только если боевой маг всегда был при Джеймсе, то Годдард периодически наведывался к клирикам в Монастырь Изумрудного Трисгермиста, общаясь с Вирджинией, а та всегда помнила, что это именно он в детстве выручил её с уплывшей куклой, а то, кто знает, чем бы затея полезть в озеро действительно обернулась.

Нора Лендридж таки вышла замуж за Колина Стерна, однако счастье их длилось недолго. Заснеженные горные земли Ультмаара по-прежнему были охвачены жутким пламенем войны. Как ни старался за всё это время новый король угомонить тамошних гномов, всё это было лишь временной мерой. Их отряды отбрасывало назад, они копили силы, набирали новых воинов, и нападали снова.

Один из таких ударов был самым трагичным для Астелии и всего Энториона. Едва родив Колину сына, Нора в двадцать лет была смертельно ранена в размашистом Ультмаарском сражении при осаде одной из крепостей гномьим племенем Ши. А Колин, вроде и достигший мастерства в защитной магии, супругу сохранить не сумел и бежал вместе с младенцем Чарльзом, оставив эти земли, отчего сильно потерял в своей территории. А королевство, соответственно, лишилось всего Ультмаара, отныне враждуя с шидхами горных кланов, захвативших его вновь в свои владения.

Причём случилась эта печальная битва именно тогда, когда Джеймс Дайнер был занят подготовкой к собственной свадьбе, и не мог выдать Астелии достаточно воинов. К тому же никто не знал, что гномы уже вовсю готовы вернуться с новыми силами.

Молодой король в 19 лет женился на четырнадцатилетней Кирстен Айвель, дочери того самого слегка обгоревшего у дерева купца Сэмюеля Айвеля, нынче ставшего уже главой Торговой Гильдии и чью дочь вместе с Вирджинией Дайнер из огня спасал Варгус Розенхорн. В том же году у Ричарда Аркхарта и Милены, бывшей в девичестве Ферро, родились близнецы Кейн и Дуэйн.

В скором времени у короля и королевы появились и свои собственные дети. Сначала, спустя два года совместной жизни, появился смелый и храбрый Вельд, достигший сейчас уже шестнадцати лет. Следом вскоре родился средний сын Генрих — весельчак и лентяй, живущий в тени успехов старшего брата и готовящийся в этом году встретить своё тринадцатилетние. А младшей в королевской семье была нежная принцесса Ленора — кареглазая светловолосая маленькая леди, напоминавшая внешне свою мать Кирстен, только с более выразительным взглядом, а по характеру своему отцу Джеймсу его младшую сестричку Вирджинию, свою нечасто появляющуюся в замке тётю-целительницу, и ставшая вместе с Мари Розенхорн лучшими подругами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Близкие к дворцу люди говорили, что королева якобы была беременна и в четвёртый раз, но по одним рассказам это всё оказалось домыслом или шуткой, чтобы поманипулировать чувствами мужа, а по другим утверждениям ребёнок не то погиб во время родов, не то оказался уже мертворождённым.

Королевская семья не опровергала и не подтверждала подобные слухи, либо не желая ни с кем делить свою трагедию, или же просто не обращая внимания на небылицы и сказки, довольно наглые и дерзкие, невесть зачем передающиеся из уст в уста прислугой замка во вне, вылезающие за пределы стен и семейных владений.

Один из разбойничьих набегов на торговый экипаж стоил жизни супруге Сэмюеля Айвеля, лишив нынешнюю королеву родной матери. Но сам купец вскоре женился вновь на молоденькой девушке и вскоре обзавёлся от неё маленьким сынишкой. Присмотрел себе красавицу, готовую к неравному браку с нынешним главой Торговой Гильдии. Правда этот пост он получил довольно недавно.

Ведь поначалу это Арн Мейбери почти сразу же после событий в Крумвельском саду был избран главой Гильдии Торговцев и успешно управлял делами в ней более десятка лет. Арнорекс за минувшие годы растолстел и за свой весёлый и мягкий характер получил прозвище «Добрая душа». А теперь отдал пост старику Айвелю и слегка отошел от дел.

Всегда улыбающийся, округлившийся лицом с недлинной и широкой рыжей бородой, он любил закатывать пиры и развлекаться, сильно поменявшись со времён, когда хотел сбросить принца с дерева, как свидетеля того, что по юности вытворял в амбаре со служанкой-эльфийкой. Наоборот, сейчас Уинфри отлично ладили с королём Джеймсом. К тому же Арн уважал слово короля, что тот никому ничего не разболтал, как и обещал, а он в ответ хорошо заботился о сестрёнке.

Джульетта же, младшая сестрёнка Арна и Фреда, выросла и стала вне политики и вне торговли, решив быть преподавательницей музыки и танцев, играла на очень многих инструментах. В двадцать один девушка вышла замуж за простолюдина, но сейчас была уже матерью-одиночкой, растящей весьма надменного и самовлюблённого сынишку Лоренцо, коему стукнуло шестнадцать и который желал бы возвыситься благодаря семейным связям.

Гвендалин Виалант было уже двадцать лет, когда Фабиос вернулся с обучения из Гильдии Огня, изрядно там задержавшись по сравнению с привычными сроками обучения магов. И они, помолвленные столько лет назад, смогли официально сыграть свадьбу. От мужа она родила двоих детей, незапланированную Дорси и любимого Иолая.

И Фабиос и Гвен мечтали только о сыне, так что их первенец не мог не вызвать восторга и не сблизить новоиспечённых супругов. Однако же несколько лет спустя случайная незапланированная беременность и появление девочки вносило в семью свои конфликты и разлад.

Пиромаг в тот год едва не покинул семью вовсе, часто уезжал или попросту не ночевал в замке. Выяснилось, что у него в лесах Гладшира завелась любовница, юная ведьма-отшельница, похоже беглая с соседних земель сирота, обустроившаяся в чаще и проповедующая друидизм. Фабиос уверял, что она просто травница и целительница, что спасла его во время путешествия, залечив физические и душевные раны. Что без неё он бы попросту не вернулся в семью. А затем выяснилось, что лесная ведьма тоже родила от Фабиоса девочку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Если б не воспитание Иолая, отношения супругов в тот год окончательно бы растрескались, ещё и Диана Виалант, мать Гвен, умерла при так и невыясненных обстоятельствах. Были подозрения, что её отравили, однако даже алхимики не смогли потом в свернувшейся крови что-то обнаружить. Ролан с горя почти спился, уехал на старости лет в особняк у виноградников, принимая у себя изредка только внука и внучку, не общаясь с остальными и, кажется, подозревая именно участие Гвен в гибели своей супруги.