Папа волшебницы - Александр Данковсеий

   Сайни, конечно, мне не поверил. Но не сказал об этом и принялся по второму кругу методично обшаривать бывший спортзал, переворачивая и отбрасывая в сторону обломки обшивки.

   И мы нашли. Но совсем не то, что искали. Под одним из желтых листов лежала Лиина.

   Дмиид закричал тонко и страшно, рухнул рядом с ней на колени и прижался ухом к груди.

   -- Не дышит, -- он поднял к нам лицо, покрытое коркой пыли, в которой слезы уже проточили две грязные дорожки. - Не дышит.

   -- Пусти, -- грубо оттолкнул его Сайни. - Ты в смерти не разбираешься.

   Оттолкнул и сам опустился на колени рядом с Лииной. Пытался щупать пульс, слушать дыхание, еще какие-то манипуляции производил.

   -- Ты прав. Почти. У нее аер-ком.

   -- Что? - Дмиид повернулся всем корпусом.

   -- Состояние такое. Бывает у мага, когда он перенапряжется. Или когда в момент создания заклинания его ударят - другим заклинанием или даже физически. Такое я видел два раза на войне.

   -- Знаю, читал. Но ведь от этого все равно умирают, не сразу, так потом?

   -- Не всегда. Один парень, которого при мне шарахнуло, выжил. Молодой был, сразу после университета к нам попал, на границу. Причем даже не боевым магом хотел стать, так, целителем. А тут они налетели. Это как раз во время Карисской стычки было. Нас крепко тряхнуло - эти гады какой-то дрянью по мозгам врезали. На заставе всего двенадцать человек. Вдруг как подушкой по башке - в ушах шум, в глазах круги. Человек пять вообще повалились, как кегли. Видать, их колдун совсем близко подобрался, через все посты прополз. Сделал дело - и своим сигнал дал. Они и ринулись. А у нас, кто на ногах остался, еле-еле стоять мог. Куда уж там воевать. Так парень этот - его, между прочим, Дриком звали, я сына в его честь... -- Сайни сглотнул. - Он нас просто на ноги поднял. Одного за другим. Так и отбились, находников-то не больше было, чем нас. Только когда он над последним нашим ворожил, колдун снова ударил. А я его, колдуна этого, из бойницы углядел да стрелой... Колдуна снял, но и Дрик мешком повалился. Вот так же лежал, не дышал почти. Мы его тогда к полковому лекарю на себе донесли. Два дня бежали, считай, без продыху. Лекарь с ним, как с ребенком, два месяца возился. Благо, раненых, почитай, не было почти. Выходил. Встал на ноги парень и даже колдовать снова стал. Что с ним потом было, не знаю. Так что быстро давай, -- рявкнул Сайни уже совсем другим голосом, -- зови сюда лекарей, пусть решают, что делать. И мы будем решать, что делать нам, -- добавил он уже совсем тихо.

   Лекари появились быстро, ибо прибыли заранее и хлопотали около пострадавших. Правда, один из них, самый молодой и неопытный, признался, что "с таким случаем не сталкивался". Дмиид тут же дополнительно занервничал и побежал следом за лекарями, крича, что "имело место магическое поражение, и им непременно понадобится эксперт в магии". Видать, маленького "программиста" с неприступной леди ректором связывали не только дружеские чувства.

   Но ему было легче, чем мне. Наверное.

   Мне тоже хотелось куда-то бежать, что-то делать. О чем я тут же заявил Сайни. Тот, как и положено бойцу элитного подразделения, честно пытался взять себя в руки. Только не очень-то у него получалось.

   -- Мои ребята уже прочесывают окрестные леса, ищут следы... Кого можно только, бросили на это дело.

   -- У тебя есть власть отдать такой приказ? - я не на шутку удивился. Все-таки "сержант", а не "генерал".

   -- Меня уважают, -- не совсем понятно ответил он. -- Да и это - самое разумное из того, что сейчас можно предпринять. Только вряд ли удастся найти хоть что-то.

   -- Почему?

   -- Да потому что, даже если на поиски пошлют всех, кого только можно, то это не больше чем дюжина десятков. И что они найдут в этих лесах? А уж если наши враги и прилетели, и улетели по небу... В небе следов не остается. Кого и где тогда искать? Даже очевидцы - если такие были - наверняка смотрели на куда более зрелищный налет на центр, на дом, в котором ты жил.

   -- Сайни, но что же делать?

   -- Уже ничего, -- сказал он, глядя в пролом, как в окно. - Мэр прибыл.

   -- Ну и что?

   -- Так, пока мы здесь, я тебя прошу, старайся в разговоре с ним побольше молчать. Ты здешних позиций на доске для игры не знаешь. Если вкратце. Городок наш небольшой и от границы, от зоны боевых действий удаленный. Поэтому центра силы три. Есть сам Университет. Есть мэр как представитель центральной власти.

   -- Его выбирают?

   -- Как это "выбирают"? Его назначают из столицы. Не перебивай. Так вот. Еще есть армия. Которая тоже не едина. Есть представители военных, для которых Университет, во многом, и работает. Оружие, меры защиты, лекарства... И есть охрана, которая должна защищать наш город от вражеских рейдов, ежели таковые будут. И вылавливать вражеских шпионов, если таковые захотят в город пробраться. Как видишь, и то и другое они делают плохо.

   -- А ты сам откуда?

   -- Я - вообще отдельная история, потом расскажу. Так вот, мэр, университет и армия друг с другом не в ладах. Власть должна быть одна. А их тут целых три. Университет сейчас обезглавлен - ты сам видел, ни Лиина, ни Дмиид... - он не договорил. -- Мэр и военные будут долго решать, что делать. Вояки еще пошарят вокруг города, но больше для очистки совести. А мэр запросит указаний из столицы. Мол, события из ряда вон выходящие. Они ведь действительно такие - одно появление летающих машин чего стоит. Приедут важные шишки. Начнут разбираться, что и как, -- Сайни зло скривился. - Время пока уйдет. Еще и тебя на всякий случай под замок посадят. До выяснения.

   -- Мораль?

   -- Не понял.

   -- Такое развитие событий не устраивает ни тебя, ни меня. Что будем делать?

   -- Будем искать детей сами. И уходить надо быстро, пока нас не взяли в оборот.

   Глава 10. " Туда, не знаю куда "

   Увы, уйти быстро не дали. Потому что мэр - тот самый мужик в фиолетовом и с цепью, которого мы с Юлькой видели в самый первый день - затеял совещание. В одном из корпусов университета, так сказать, поближе к месту событий. По-моему, это была какая-то лаборатория. Участники сидели вокруг здоровенного стола в центре помещения, а под его стенами громоздились стеллажи и столики поменьше, уставленные совершенно непонятными конструкциями из изогнутых медных стержней, прозрачных трубочек и шариков, нанизанных на золотистые паутинки. Столешница исцарапана, исписана (доброй половины слов я не понимал - может, специфические термины, может, то, что обычно пишут на партах скучающие балбесы) и изрисована. Кое у кого из авторов был явно выраженный талант графика.

   Мэр вещал. Что-то про "предательское нападение" и "горожан, которые должны сплотиться, чтобы дать отпор зарвавшимся агрессорам без чести и совести".