Парад теней - Анатолий Степанов

- Тоже бином Ньютона, - сказал начитанный Славик.- Сразу же за поворотом на Комсомольский - магазинчики, в которых все есть. Дорого, правда...

- Не играет рояли! - пророкотал Михаил Семенович и бухнулся на заднее сиденье. Что тут за езда! Метров двести, направо и остановились.

- Что брать? - спросил Артем, не сомневаясь, что отовариваться придется ему.

- Жратвы-то у нас навалом, полный холодильник, - размышлял Михаил Семенович. - Значит так: пару бутылок хорошей водки, бутылочку "Чивас Регал", если он есть. Если нет - "Балантайн", коньяка настоящего теперь нигде нет, возьми каких-нибудь ликеров позаковыристее, в красивых флаконах, чтоб глаз радовали. Да, и водички! Всякой-всякой! Сосудов пять-шесть. У тебя хоть сумка есть?

- Вот ведь неугомонный! - восхитился Артем. - Да дадут, дадут мне здесь сумки. Не в совке живем!

Хлопнув передней дверцей, он сильным движением кинул себя на тротуар, в два шага достиг дверей беленького магазинчика и скрылся в нем.

Медленно подъехала темно-синяя "тойота" и остановилась за их "линкольном". Из нее с разных сторон неторопливо вышли двое в черных длинных плащах с поднятыми воротниками. Один подошел слева к Славику, другой справа к Михаилу Семеновичу, одновременно рванули дверцы на себя. Одновременно и негромко выстрелили из двух противоестественно длинных пистолетов, выстрелили каждый по три раза. Пока они стреляли, "тойота" обогнула "линкольн" и двое почти на ходу скрылись в ней.

Артем отошел от кассы и вдруг увидел через стекло беспечно распахнутую в сторону движения дверцу "линкольна". Бросив чеки, он выскочил на тротуар. Нервно взревев мотором, с места рванула "тойота". Из "линкольна" высовывалась мертвая рука.

Артем, присев на колено, с двух рук палил из своей "беретты" по уносившемуся от него скромному японскому автомобилю. Он успел выстрелить четыре раза, прежде чем "тойота" достигла церкви Николы в Хамовниках и, визжа тормозами на крутом повороте, на ходу спряталась за ней.

Наваливалась толпа. Размахивая "береттой", Артем орал:

- Не подходи! Не подходи!

Увидев пистолет, люди пятились. Артем заглянул в салон. Михаил Семенович лежал головой к проезжей части, а Славик, наоборот, головой к тротуару. Будто валетом уснули. Славик в последнем движении, падая от выстрелов и запоздало спасаясь от них, рукой распахнул дверцу. Это он, Артем, не захлопнул ее, выходя. Славик лежал лицом вверх. Одна пуля вошла ему в глаз и разворотила висок, две прострелили грудь. Кровь уже стекала с сиденья на пол.

У Михаила Семеновича не было головы. Вернее, вместо головы был некий бело-красный набалдашник без лица. Ему целили в голову и все три раза попали.

Не хотелось, чтобы Славикова рука торчала из машины. Артем, стараясь быть бережным, попытался положить эту руку на сиденье. Но Славик лежал на самом краю, и рука упала. Кистью в кровавую лужу.

- Славика-то за что? - не понимая, что произносит вслух, и не слыша себя, спросил неизвестно у кого Артем. Сзади шумно и коллективно дышали. Он обернулся. Любопытных собралось уже очень много.

* * *

Они отдыхали, когда в дверь спальни негромко и коротко постучала одна из мышек-девушек, добровольных рабынь, занимавшихся непростым хозяйством Анны.

- Ты спятила? - удивленно поинтересовалась Анна у двери.

- Аня! - Она разрешила мышкам звать себя так. - Срочно к телефону!

- Ты спятила? - опять удивилась звезда.

- Полковник милиции Махов! Требует, чтобы немедленно! - стараясь, погромче пропищала мышка. - Трубку дать?

Анна прикрыла Сырцова простыней и разрешила:

- Давай.

Мышка (здоровенная румяная девица), стараясь не смотреть на нечто ужасно длинное под простыней, сунула в руку певицы отводную радиотрубку и тут же смылась от греха подальше. Анна положила трубку себе на живот, подбила за головой подушки, подтянулась, уселась в них и поднесла трубку к уху:

- Да, я слушаю вас, Леонид.

Сырцов откинул простыню, на локтях подполз как можно ближе, надеясь услышать разговор. Но радиотрубка урчала невнятно.

- Господи! - ахнула Анна, и Сырцов впервые в жизни увидел, как смертельно бледнеют. Малозаметно лицо (потому как под тоном), а от подбородка - в гипсовую белизну. Ее глаза смотрели на Сырцова и не видели его, они вообще ничего не видели. А трубка журчала и журчала.

- Да, - наконец согласилась с чем-то Анна. - Да. Обязательно. - И возвратила трубку на живот.

Сырцов снял трубку с живота, отшвырнув ее в ноги. Тихонько погладил Анну по тому месту, где эта трубка лежала, и спросил осторожно:

- Кого убили, Аня?

- Мишу Кобрина, - назвала имя Анна и от этого пришла в себя. - Леонид позвонил мне, потому что всюду ищет тебя. Он до половины двенадцатого будет там, а потом у себя. Это и велел тебе передать, если ты как-то объявишься.

Сырцов незаметно глянул на часы, было без четверти одиннадцать.

- Считаю, что ты объявился, и передаю.

Она плакала, а он с солдатской быстротой одевался.

* * *

Андрей Альбертович снял очки, держа их в руках и слегка дирижируя ими, торжествующе воспроизводил уже по памяти заключительные фразы отчета-справки.

- Итак, последнее звено цепочки соединило лже-Владлена с известным шоу-продюсером Михаилом Семеновичем Кобриным. Выяснилось, что гастроли дублеров Дарьи и Владлена организовывались именно им. Выяснилось также, что, вступив в сговор с фальшивым Владленом, Кобрин, боясь разоблачения, через своего телохранителя связался с криминальной группировкой, осуществляющей заказные убийства, которая и осуществила ликвидацию так называемого Владлена. С девяностопроцентной уверенностью могу утверждать, что и смерть лже-Дарьи - дело рук Михаила Семеновича Кобрина. Хотя в данном случае он не прибегал к услугам киллеров. Будучи через Дарью хорошо знаком с Горбатовым Д.Е., он сумел, воспользовавшись неустойчивостью последнего, спровоцировать его на агрессивные действия против женщины, которая использовала имя обожаемой им певицы. Таковы первые выводы тщательно документированного расследования, проведенного мной за истекшую неделю.

- Все, что вами сказано об убийстве неизвестной женщины и участия в этом моего покойного брата - только зыбкая версия. - Кирилл Евгеньевич был сдержан, холоден и, боясь завестись, не смотрел ни на Андрея Альбертовича, ни на Галину Васильевну. Он сидел за своим бюро вполоборота и глядел в любимое окно.

- Версия, - частично согласился Андрей Альбертович,- но никак не зыбкая. Я жду вашего согласия на продолжение расследования, в течение которого эта одна из версий станет единственной и доказуемой.

- Вы собираетесь напрямую выходить на Кобри на? - спросила Галина Васильевна.

- Безусловно, да. - Андрей Альбертович глянул на часы (на этот раз на свои наручные) и удивился продолжительности совещания. - Ого, уже десять минут двенадцатого.

- Вы спешите? - спросил Кирилл Евгеньевич. - Мы вас больше не задерживаем.

Андрей Альбертович собрал бумажки, сбивая, подровнял их и уложил в виниловую папочку. Раскрыл, щелкнув варварским отечественным замком портфеля, и внезапно прекратил сборы. Сказал, осуждающе рассматривая профиль Кирилла Евгеньевича:

- Так все же как? Вы санкционируете продолжение расследования?

Ни Кирилл Евгеньевич, ни Галина Васильевна ответить не успели, их опередила секретарша Светлана. От дверей она обратилась к детективу:

- Андрей Альбертович, вас к телефону.

- Прошу извинить меня, но я на всякий случай оставил моим людям номер вашего телефона.

Андрей Альбертович двинулся к двери. Не глядя ему вслед, Кирилл Евгеньевич передернулся:

- Мерзавец.

- Но дотошен и въедлив. - Не отрицая, что ушедший господин - мерзавец, Галина Васильевна все же старалась быть объективной. - Он неплохо работает, Кира.

- Вот только на кого?

- Пока на нас с тобой.

Андрей Альбертович неожиданно быстро вернулся. Войдя в кабинет, он сказал от порога:

- Мне позвонил знакомец из 107-го отделения милиции. Только что на углу Садового кольца и Комсомольского проспекта киллерами убит Михаил Семенович Кобрин.

* * *

Въезд на Комсомольский с Садового перекрыли. Тоскливой цепочкой-очередью автомобили медленно спускались на набережную вдоль Крымского моста. Действуя не столько убеждением, сколько нахальством, Сырцов пробился на своем "гранд чероки" сквозь оцепление и стал впритык за черной "Волгой", которая - он знал - возила полковника Махова.

А сам полковник, без плаща, в идеальном, будто на прием собрался (а может, и вправду собирался), костюме, сидел на белой табуретке у входа в магазинчик (из магазинчика и табуретка) и меланхолически наблюдал за тем, как шустро действовала бригада. Подошел Сырцов, без слов шлепнулись ладонями.

- Быстро ты, - констатировал Махов.

- Анна сразу же меня разыскала...

- В своей постели, - уточнил Махов.

- Да пошел ты! - не зная, что сказать, грубо ответил Сырцов.

- У нее что - бритвенного прибора нет в доме? - Махов кивнул на небритые щеки Георгия.