Одиссея Джоанны Кинг - Анна Завгородняя

— Идем за Джоном, — только и произнес он в ответ на мою благодарность.

Сайлем оглянулся на нас двоих. Посмотрел заинтересованно, а потом поспешил вперед, показывая дорогу.

Когда мы нашли Джона, тот сидел, прислонившись спиной к стене и пытался перевязать себе плечо. Я увидела, что одна нога его сильно повреждена. Через клок ткани, которым док перемотал рану, сочилась кровь. Я опустилась перед ним на корточки и встретившись с доком взглядом, только улыбнулась. Мортимер позволил мне закончить перевязку, а затем поднялся на ноги с помощью капитана и все вместе мы поковыляли в сторону нашей ниши, подобрав свои коробки с едой. Забираться в это гнездо Джону было тяжело и если бы не помощь Сайлеса и Йорка, вряд ли мне одной удалось бы его туда поднять. Уложив Джона на каменную кровать, я сбросила с себя куртку и укрыла ею Мортимера. Потерявший много крови мужчина стал засыпать, даже не поев. Лишь пригубил воды из цилиндра и сонно моргнув, повалился спать.

Сайлем тоже покинул нас. Ускользнул вниз не попрощавшись, но я была настолько усталой, что едва ли обратила на это внимания. Заставив себя поесть тех же пресных лепешек и запив все это водой, я легла на вторую свободную кровать и съёжившись, обхватила себя за плечи руками. Дремота плавно перешла в сон, тяжелый и черный, в котором я все еще убегала от Герры и появившийся на моем пути монстр хватал вовсе не моего преследователя, а меня.

Дернувшись, я проснулась и тут же почувствовала, как твердая рука возвращает меня обратно, прижимает к теплому телу, лежащему за моей спиной. Мы в точности повторяли каждый изгиб. Я не пыталась отдалиться и только сильнее вжалась в объятия капитана.

— Спи, — сказал мне прямо в ухо Йорк.

— Спасибо, — шепнула я в ответ. Мне хотелось, чтобы он понял, что для меня значил его поступок. Мужчина промолчал и тогда я добавила нерешительно, — За то, что спас! — а сама отчего-то вспомнила его слова, те самые, что он произнес, когда поймал меня за руку, удержав от падения в бездну:

— Никогда не отпущу! — мне хотелось верить, что в них был двойной смысл. Очень хотелось. И как только я могла раньше его ненавидеть? Сейчас я не верила в то, что это Ястребы расправились с моей семьей. Нет, только не они! Скорее всего это были люди Уорда…или просто я пыталась найти оправдание мужчине, которого стала не просто уважать?

Капитан положил руку на мою талию и мои мысли тут же разлетелись испуганной стаей. Линкольн сильнее обнял меня и уснул, зарывшись носом в мои волосы. От его дыхания по моей спине пробежали мурашки, а щеки отчего-то обдало жаром.

Чтобы отвлечься, я бросила взгляд на лежащего напротив доктора Мортимера. Он спокойно спал, и я решила последовать его примеру.

Чарльз Уорд был зол. Он мерил широкими шагами свой просторный кабинет и не стесняясь выражений, высказывался о том, чего достоин Отто МакКиган и все его предки и будущие потомки. Уорд был зол. Такие ценные документы, которые были нужны ему просто позарез, теперь были потеряны, но что хуже всего, они находились сейчас неизвестно где!

Когда Чарльз получил донесение, что модуль, на котором Отто вез на Землю документы с Хрона, пропал и связь с ним потеряна, Уорд все еще надеялся, что это какие-то неполадки. Но когда спустя неделю с модуля так и не поступило никаких сигналов, а после оказалось, что он нашелся, только теперь принадлежал одному из плантаторов, купивших корабль на черном рынке на Тагире, Уорд понял, что сбылись его самые страшные опасения — модуль, на котором Седой летел к Земле, был захвачен пиратами, а это означало только одно — коробка находилась в руках некомпетентных людей и у Чарльза появились большие проблемы.

Собираясь с духом, он все же решил позвонить сам и доложить остальным о произошедшем инциденте. Как Чарльз и ожидал, негодование Глав было велико. О стоял, глядя на их изображения, сидящие в креслах за столом его личного кабинета и слушал их язвительные замечания и угрозы, а затем просто ответил:

— Я найду эту коробку, — произнес он решительно, — Даже не сомневайтесь.

— Главы замолчали. Все четверо уставились на него, затем Старший Глава проговорил:

— Я очень на это надеюсь, иначе у всех нас могут быть большие неприятности и Вам, Чарльз, как Пятому Главе это известно, как никому другому.

Уорд склонил голову выражая свое почтение Главам.

— Я больше вас не подведу, — сказал он.

— Надеюсь, — ответил Старший Глава и отключил связь. Его изображение зарябило и исчезло. Следом отключились остальные и Чарльз Уорд остался один. Он налил себе стакан чистой воды, опрокинул его в горло и с шумом поставил на гладкую поверхность стола.

Уорд не собирался помогать Отто. Тот не оправдал его надежд, так что теперь, решил Чарльз, пусть разбирается сам. У него и без Седого теперь хватало проблем и уж точно, более важных, чем судьба какого-то там телохранителя.

Глава 16.

Мортимеру стало плохо на утро следующего дня. Приложив ладонь к его лбу, я почувствовала сильный жар. На щеках мужчины алел румянец, различимый даже в полумраке нашего пристанища. Он был в сознании, но выглядел так, словно в каждую минуту может отключиться. Вся наша вода ушла на раненого, а ушастый Сайлем только покачал головой, глядя на нашего товарища.

— Плохо, — сказал он.

— Я и сама вижу, — ответила я, сидя рядом с доком. Хуже всего было то, что у нас не было ничего, что могло бы помочь Джону, даже воды в достатке. Мы с Йорком едва сделали по глотку, а все остальное ушло для Мортимера.

— Что делать? — спросила я, повернув голову к Линкольну, который не отводил тяжелого взгляда от Джона. Док силился улыбнуться и бодрился из последних сил, но видно одна из ран воспалилась, а может даже и все. Даже в уборную ему пришлось вместе с Йорком, который поддерживал его почти взвалив себе на плечо.

Когда они вышли, я посмотрела на Сайлеса. Длинноухий помощник покосился в сторону, куда ушли мужчины и сказал:

— Ты можешь попросить лекарство для своего друга у директора! — произнес он фразу еле слышно, словно опасался, чтобы мои друзья не услышали его слов.

Я вспомнила то существо с зеркальным лицом и меня отчего-то передернуло.

— Ты думаешь, он даст мне, то что я попрошу? — спросила я и усмехнулась, — Вряд ли!

— Но попробовать стоит! Я думаю, тебе он не откажет! — загадочно проговорил Сайлем, — Ваш друг может умереть… — он резко замолчал и отошел от меня. В проходе появились мужчины. Линкольн помог Мортимеру лечь на кровать, бросил на меня тревожный взгляд. Джон проследил за ним и произнес:

— Не надо так переглядываться, я и так знаю, что со мной все плохо. Я ведь все-таки врач. Это заражение…и вы ничем мне помочь не можете.