Право на нас - Марина Анатольевна Кистяева

знал, как себя своего.

Его четверка. Те, с которыми он рос, которых знал, как себя самого.

Всегда вместе. По жизни идущие одной дорогой.

- Вы со мной, парни? - Даров сглотнул.

Одно дело - интернат. Война... Другое - реал. Тут всё иначе. Здесь другие законы.

Колян хмыкнул и вгрызся в кусок.

- Тут такой замес начинается, а мы типа в сторонке должны постоять? Не жирно ли будет?

По венам потекло тепло. И с вискарем это тепло никак не было связано.

- Я не ебу, что мне предложит Варанов. Что он задумал.

- А ты в курсе, кем был его отец? - это Николай.

- Вор в законе.

-Твой дед...

- Заткнись.

- Ну а что? Не, я сейчас серьезно. Реально. Мы много мозговали, думая, почему ты -наследник империи Барановых...

- Повторяю - заткнись.

Его угрозы никто не воспринимал всерьез. Не только он знал своих парней.

- Не будешь же ты отрицать, что Барановы - сила. Я глянул инфу, что творилось тут двадцать лет назад и знатно прифигел. - Леня отправил в рот дольку огурца, не успевшую покрыться морозцем. - Причем, заметь, пришлось шариться по библиотекам, рыскать в печатных изданиях, потому что, как оказалось, инет помнит не всё. Точнее, не всё освещал в те годы.

- Или кто-то подчищал...

- Ну да. Или кто-то подчищал. Короче, тут знатный передел был. Твой дед делил территорию с другими бандитами. Не хило они так...повоевали.

Богдан покачал головой. Меньше всего ему нравилась тема бандитских разборок. За власть платили кровью пацанов. Сколько молодых полегло в те годы? И не только молодых.

Сейчас времена другие. Большинство вопросов решаются цивилизованным образом.

Но он и его парни каком боком ко всему этому?

Башка шла кругом. Богдан реально не понимал.

- И у меня мысль была - не потому ли тебя в интернат сунули? - Лёня упрямо продолжал гнуть свою линию.

- Вот ты душнила. Может, потом расскажешь ху из ху? - его толкнул Андрюха.

- Могу и потом. Но против фактов не попрешь. Мы должны понимать с кем имеем дело.

Мы...

Душу снова согрела теплота.

Он дома.

И это, черт побери, круто.

Они пили, ели, говорили. Даже совсем не мерзли. Их никто не беспокоил.

Ближе к вечеру они перебрались в дом, засели в гостиной, врубили плазму.

Перекидывались шуточками, заказали ещё еды на вынос.

- Лопнешь, деточкаИ- крикнул Андрюха Деме, когда тот диктовал оператору заказ.

Лёня был абсолютно прав. Он проделал неплохую работу. Но Богдан не сомневался - ему дали узнать лишь то, что полагалось.

В отношении Варанова, которого батей не поворачивался язык назвать, у него было двояко. Хотелось, суке, вдарить. В асфальт закатать.

Было и другое. Более непонятные, сложные чувства.

Первым к себе в комнату ушел Богдан. Долго стоял под душем, меняя градус воды.

Когда вышел, упал на кровать.

Ни о чем не думать.

Ни о ком.

Решать вопросы начнет завтра.

Было за полночь, когда в дверь постучали.

- Бога, разговор есть, - в комнату вошел Демьян.

-Давай.

- Ты мне скажи... Я должен знать, - друг всверлил в него взгляд. - Ты тронул Рыжулю? Богдану не надо было уточнять, что имел в виду Демьян.

- Пусть обломятся сволочи.

- Нельзя девочек обижать...

- Нельзя.

Мужские взгляды перекрестились. От него парня первыми отказались, изнасилуй он Тоньку.

Да, они не лезли в личную жизнь друг друга. Кто кого трахал - проблема и забота того, кто трахал. Всё. Никто никого не трогает.

Но всё-таки были темы, от которых коротило каждого.

- Рассказать не хочешь?

- Водка осталась?

- Есть. Пошли в кухню что ли. Ебать, как аристократы прямо. В кухню, в столовую...

Они спустились вниз и быстро накидали на стол. В основном накидали сыра и остатки мяса. Бывало, что и «рукавом» закусывали. И ничего, отлично шла горькая.

Первую выпили молча.

- Херово было, да?

- Херово не то слово. Яйца в узел сводило и пар из ушей шел.

- Надо было всё-таки её красть, - Дема разлил по ещё одной. - А что, Бога, идеальный же был план! И поножовщины избежали бы. Признайся, что сглупил! Давай-давай! Отправили бы вас в какое-нибудь горное шале, так и быть, скинулись баблом, и уж там...

Богдан грустно усмехнулся.

Шале и Тоня - это несбыточная мечта. Запредельная.

Его же реальность иная. И пока её никак не удавалось подкорректировать.

Но он постарается. Тут без вариантов.

- Надо было выходить.

- Надо.

- Варанов условия какие поставил?

- Да никакие. Предложил сотрудничество на самом деле. Ещё постебал, что никто мне - и вам! - Богдан ткнул пальцем в сторону друга, - за красивые глаза ничего не даст. Будем, мол, пахать.

- Хм... Пахать.

-Ага.

- Типа даст удочку?

- Дёма, а вы не в теме? Он те же слова сказал.

-Да пошёл ты.

Они ещё выпили.

- С Тоней не говорил?

- Какое... Я напугал её до чертиков.

- Да, что у вас там произошло...

Богдан шумно сглотнул. Что произошло... Хороший вопрос.

- Приревновал я с дуру. Блять, такой чернотой накрыло, думал расхерачу комнату.

- К кому приревновал? Зачем? Нихуя не пойму.

- К Оленю к кому же ещё. К Артамонову.

- Так он вроде свалил из города, - напрягся Дема.

- Ага, прощальные объятия у них состоялись. Она шла за сестрой, тут он. Прости, люблю, прощай. Ну и затискал её. А его кореш фото сделал и потом ей прислал. А я аппарат как раз в руке держал, вам только звонил.

- Еба-ать, - протянул Дема, а у самого, гада, уголки губ вверх поползли.

- Смешно, да?

- Братан, извини, но ты реально лоханулся. По полной.

- Думаешь, я не в курсе? Я по стене начал херачить, думал разнесу всё к чертям... А Тонька в слезы-сопли. Выдала мне про Артамона, а сама...

Богдан поморщился и потянулся за бутылкой.

- Нажрусь сегодня.

- Сегодня можно...

- Дём... Я понял, что сорвусь. Дел натворю. Потом не разгребу...

- Влип по самые яйца, да, брат?

- По самые яйца, - подтвердил Богдан, отчего-то улыбаясь.

Он напугал Рыжую. Есть такое дело.

Но не тронул. Не изнасиловал.

Кстати, в прямом смысле даже пальцем не тронул в тот день. Знал, что сорвется. Поэтому больше орал и рычал.

А она плакала.

Как-то так получилось, что