Силуэт танцующей звезды - Ксения Дронова

А через час, когда дети со счастливым визгом носились по раздевалке, заставляя родителей, пришедших за ними, добродушно ворчать и даже немного сердиться, Женька вдруг сделала нечто для себя неожиданное. Почему-то в тот момент, когда Коля, зажав под мышкой мешок с обувью, почти прошел мимо нее, она вдруг потрепала его по волосам, и сама замерла, не веря себе… Ее собственная рука только что дотронулась до пушистых локонов чужого ребенка, и это было так просто и естественно, как будто она прикоснулась к маминой щеке, или к папиному плечу… Вот так же без раздумий, легко она гладит своего Блинчика, но это жест близости, это — нечто необыкновенное для нее!.. Почему она это сделала? Как это вдруг ее непослушная рука забыла о своей нелюбви к прикосновениям, к ласкам?..

Когда-то давно, на танцах, она заставляла себя класть руку на плечо партнера и почти силой удерживала свою ладонь в его ладони, но так было надо, у этих жестов была конкретная цель — танец. Если она хотела — а она очень хотела!! — научиться танцевать, то ей нужно было мириться с чужими прикосновениями к своему телу, и трогать кого-то в ответ… И она, конечно, мирилась с этой напастью, но не более того. И вообще, она ведь практически каждый день ездит в транспорте и тоже всякий раз абстрагируется от происходящего, иначе она сойдет с ума, пытаясь отодвинуться от всех этих бесконечных рук, ног, тел, голов… Но чтобы захотеть до кого-то дотронуться — это для нее странно.

Правда, однажды в холодный осенний вечер, почти ночь, Трофим подошел к ней и взял ее за руку, и Женька резко отшатнулась от него, и вырвала из его ладони свою озябшую ладошку, потому что страшно испугалась своей реакции на его прикосновение… Ей понравилось! Трофим в тот раз ничего не понял, но потом снова и снова брал ее за руку, и они так гуляли. Так Женькин папа когда-то водил ее в парк, на набережную, просто по улицам. Он шел, возвышаясь над ней, такой большой и сильный, и Женька чувствовала себя самой счастливой девочкой в мире, прыгая рядом и то и дело, повисая всем своим детским тельцем на его руке, а он смеялся и шутил… Маме Женька никогда не позволяла брать себя за руку, только папе. Потом и Трофиму. А теперь — никому.

Женька нервно дернула плечом и прервала поток воспоминаний. Хватит с нее, она уже устала от собственных размышлений. Венера была права, вчера она сказала дельную вещь — ей, Женьке, надо перестать копаться в себе и в мире вокруг, стремясь все проанализировать и разложить по полочкам. Нужно позволить себе жить и делать то, что хочется… Ей вдруг захотелось погладить ребенка по голове — и что в этом плохого?.. Даже если он не примет ее неожиданную ласку, отвернется, даже отскочит, что ж с того? Бывает и так…

А Коля поднял на нее глаза и улыбнулся. Светлой, очень короткой улыбкой. И пусть только на миг, но лицо мальчика утратило неподвижность и как будто засветилось, а в уголке рта образовалась очаровательная ямочка. Один яркий всполох — и снова та же бледная холодность, понурая спина и мешок с тяжелыми ботинками в руках, и этот обреченный кивок матери, статуей возникшей в дверях раздевалки.

Но все равно, теперь-то Женька знает, что этот ребенок умеет улыбаться. А маска молчания — это его защита от мира… Что ж за мир, господи, если маленькому человеку все время нужно от него прятаться! Упрямо нахмурившись, Женька посмотрела на удаляющихся маму и сына Савельевых… Ничего, она что-нибудь придумает. Она пробьет эту ужасную неестественную неподвижность, потому что это преступление — позволить, исчезнуть детской улыбке!

На следующий день Коля Савельев не пришел, как и Аня Развинова, Митя Новиков и Вика Латыпова, — Женя не удивилась бы, если бы отсутствовала вся группа. В городе опять свирепствует грипп, Светлана Александровна уже второй месяц настаивает на вакцинации, но то группа не в полном сборе, то кто-нибудь из детей приболеет, и дело опять откладывается в долгий ящик. Слава богу, хотя бы самых маленьких привили. Так что, конечно, все дело в простуде…

Но почему-то Женька не может отделаться от неприятных мыслей. Вдруг Коля не заболел, а… Что? Что с ним могло случиться? Она слишком много придумывает, стоило малышу одни раз улыбнуться ей, и она уже готова кинуться на его защиту, грудью снося все препятствия на своем пути!.. Женька усмехнулась — да, она фантазерка, и для всех будет лучше, если она направит свою энергию в другое русло. Займется тестами, например.

Но даже к концу рабочего дня она не сумела полностью сосредоточиться па других детях. Ругая себя за это, клятвенно обещая самой себе «в конце концов, перестать валять дурака», Женька, тем не менее, думала о Коле, и уже часов в шесть, отчаявшись успокоиться, она достала из ящика все Калины рисунки и разложила перед собой на столе. Словно наваждение какое-то — стоило ей увидеть все эти бесконечные каракули и узоры, как она сразу же почувствовала себя «в своей тарелке». Как будто вытряхнула из туфли острый камушек, который был слишком мал, чтобы мешать ей ходить, но достаточно велик, чтобы причинять неудобство… Все разом встало на свои места.

Почему она раньше думала, что Колины рисунки начисто лишены конкретики, что это одна сплошная абстракция, узоры, в которых нет ни смысла, ни какого-нибудь содержания, ни даже намека на него, ничего?.. Сейчас, разложив рисунки рядами и внимательно изучая их, она заметила повторяющийся мотив. Даже несколько мотивов, если пристально вглядеться. Вон те кривые фигуры, похожие на смятые ромбы, в правом верхнем углу, — ведь они же есть почти на каждом Колином рисунке! Только они не всегда четкие. Иногда их очень трудно выделить из клубка волнистых линий, оплетающих друг друга и обрывающихся у края листа, но все-таки они здесь, на том же месте…

Женька выдохнула и со стуком уронила руки на крышку стола — оказывается, от волнения она перестала дышать и застыла в неудобной позе, с прижатыми к груди руками и вытянутой шеей. Какое она сделала открытие! Как же долго она ходила вокруг да около таинственного замка, а ключик — вот он! Ей нужно было всего лишь открыть глаза и как следует посмотреть, а она!.. Хотя, что ей дают эти повторяющиеся ромбы в углу листа и резкие линии, оплетающие их? Только сам Коля может точно сказать — что все это значит. Но теперь она, по крайней мере, знает, о чем его спрашивать!

Быстро одевшись и закрыв за собой дверь кабинета, Женька спустилась по лестнице, стараясь не стучать каблуками. В пустом здании ее ботинки производят воистину ужасающий шум… Она опять засиделась допоздна, снова мать будет ругать ее и отчитывать за позднее возвращение. Хотя после ее удачного свидания с Денисом мама слегка успокоилась, к тому же еще и Венера пришла в гости. Наверное, мама подумала, что ее непутевая дочь снова будет прежней — веселой, общительной, раз и парня от себя не прогнала, и подружка появилась. Как же маме хочется наладить ее жизнь!