Побеждаю и сдаюсь (СИ) - Анастасия Разумовская

class="p1">Яр неподвижно смотрел на оставленную гостьей бумагу.

Глава 20

Уязвимость сильных

Лэйда не любила лошадей. Некоторые поэты деревянными конями называли корабли, но Морская герцогиня всегда морщилась от таких стихов. Впрочем, поэзию она тоже не жаловала. Но лучше уж скакать верхом, чем трястись в карете. Меняя коней на каждой переправе, герцогиня сразу же отправлялась в путь, поражая спутников железной волей. Она казалась не человеком, и тем более — не женщиной. Ни отдых, ни еда, казалось, ей были не нужны. По крайней мере, так, возможно, думали окружающие.

Сама же девушка знала, что гонит её вперёд.

Ей пришлось сделать лишь одну остановку: с неба повалил снег и дальнейший путь стал слишком опасен. И Лэйда рычала и металась по комнате трактира, проклиная всех богов за задержку. А потом рухнула и проспала до самого утра. Утром напуганные боли смилостивились: снег ровной полосой сверкал на солнце. И Лэйда снова вскочила на коня…

Она влетела, не разуваясь, не тратя времени на то, чтобы очистить сапоги от снега, в холл, промчалась по каменной лестнице и вихрем ворвалась в самое светлое место Берлоги — кабинет герцога. Яр сидел за столом, опершись на руки, лицо его было тёмным. Видимо, не спал всю ночь. Медово-карие глаза вспыхнули было радостью при виде жены, но тут же потухли.

— Яр! — заорала Лэйда. — Какого юдарда киснешь? Почему нет вина, девок и музыки?

Шуточка была вполне в духе герцогини, но муж даже не улыбнулся. Прищурился.

— Тебе письмо, — сказал, как будто ворочая камни, и кивнул на жёлтый лист бумаги.

Лэйда удивилась, схватила документ, пробежала глазами. Расхохоталась.

— Вот Берси… Вот гадёныш! Кстати, Яр, теперь, когда Эйд не у дел, может Уль вернёт мне моего мерзавца?

Какая-то волна прошла по лицу Медведя, но Лэйда не заметила. Она была настолько счастлива, что всё вокруг освещалось её собственным счастьем.

— Думаю, нет, — тяжело ответил Яр, откинулся на спинку кресла и прямо посмотрел на жену. — Твой… Берси грабил Серебряный щит. А это — земля уже не твоей юрисдикции…

— Зато Берси — моей юрисдикции, — гневно прорычала Лэйда. — Согласно древнему закону, Хранитель Морского щита сам судит своих чаек. Сам награждает и сам карает…

— Берси не за что награждать, — глаза Яра всегда темнели в минуты гнева. — Он подонок и негодяй…

— Да, — Лэйда рассердилась. В самом деле, какого юдарда Яр на стороне тех, кто против неё? — Подлец, мерзавец и негодяй. Но это — мой мерзавец…

Яр резко вскочил. Глаза его стали совсем тёмными.

— Твой? Почему ты так за него бьёшься?

Лэйда могла бы сказать, что дело не в Берси. Совсем не в нём, а именно в праве морских герцогов, в покушении на это право. В том, что — спустишь один раз, позволишь короне покарать преступника, которого должна карать сама, а затем оглянуться не успеешь, как будешь жить по указке королевы. Или короля.

Но тут Яр внезапно хрипло процитировал:

— «Целую твои ножки и то, что между ними»? Поэтому?

Лэйда задохнулась от бешенства.

— Да, я читал письмо, предназначенное тебе, — мрачно признался Медведь. — И даже не собираюсь просить за это прощения…

— Именно поэтому! — прошипела Лэйда вне себя. Её вдруг захлестнул шторм обиды. Яр? Яр её подозревает? В… Фу, какая гадость! — Именно из-за ножек!

На миг она пожалела о своих словах, когда увидела, как в любимых глазах появилась невыносимая боль.

— И давно он любит твои ножки? — холодно поинтересовался Яр.

Будь на месте Лэйды любая другая девушка, она бы призналась: «Милый, так это было ещё до наших с тобой отношений!». Но это была Лэйда.

— Пойди и спроси его сам, — насмешливо процедила она.

Его подозрения оскорбляли её, возмущали до глубины души. Тем более, сейчас… Это было несправедливо и подло. Неожиданно подло для её благородного мужа. Яр прищурился, губы его сжались в линию.

«Да как он может всерьёз думать про меня такое⁈»

— А та карета, что выезжала из замка, это была твоя любовница?

Медведь мрачно взглянул на жену.

— Не вижу смысла тебе отчитываться.

— А, значит, тебе можно? Ну, конечно, ведь мужчина не может долго без женского тела!

«Что я несу! Богиня, останови меня…». Но Лэйду действительно понесло, как каравеллу на скалы. Ей было больно, и хотелось ударить в ответ. Ударить как можно больнее. Яр пристально смотрел на жену, и его родное лицо становилось чужим.

— Я попрошу Уля отдать тебе твоего… Берси, — холодно процедил он.

«Да нахрен мне этот Берси⁈» — хотела заорать Лэйда, но вместо этого бросила презрительно:

— Я сама его выкраду. Если нужно будет взять штурмом Шуг — я возьму Шуг штурмом. Чего не сделаешь ради любимого мужчины! А твоего Уля повешу на ближайшем дереве.

Это было настолько через чур, что даже Яр, кажется, что-то понял. Он закрыл глаза, выдохнул, открыл.

— Лэйда, остановись. Успокойся, давай….

— Я спокойна! — заорала герцогиня и опрокинула стол. — Я охрененно спокойна, Яр!

Бумаги взлетели в воздух и упали. Яр проводил их взглядом, перешагнул через столешницу.

— Лэйда, давай…

— Не давай! — она ударила его. Сначала кулаком в лицо, а затем коленом в пах. — Ну что, нравится тебе мои ножки?

— Л-лэйда! — зарычал Медведь.

Он согнулся на полам, но почти сразу медленно разогнулся, и глаза его стали совсем чёрными. Девушка неожиданно для себя струхнула. Изо всех сил постаралась не подать виду и лишь гордо вскинула голову. Яр прохрипел:

— Никогда больше не касайся меня…

Она сглотнула. Возможно, Яр хотел сказать «не бей меня» или более благородное «не поднимай на меня руку», но…

— Даже и не подумаю, — прошипела герцогиня. — Ты — отвратительный ублюдок Яр.

— Уйди. Пожалуйста, — тяжело выдохнул Яр.

И тогда Лэйда испугалась по-настоящему. «Да что это с нами?» — беспомощно подумала она. — Акула мне в корму…«. Ей до безумия захотелось шагнуть к нему и сказать: 'Прости. Прости меня, я…», но Медведь отвернулся и повторил:

— Уходи.

— Да пошёл ты нахрен! — прорычала Лэйда, развернулась, опрокинула по пути стеллаж с документами, рванула из комнаты и вылетела в коридор.

Её душили слёзы обиды и ярости. Всё было как-то не так, совсем не так, как она представляла, когда стремительно скакала сюда.

— Ваша светлость?

Слуга попался совсем не вовремя. Лэйда послала его по тому же адресу, что и мужа.

Она выбежала во двор, чувствуя, как в глазах закипают слёзы, а мир расплывается. Лэйда не плакала. Никогда. Ни разу в жизни. Ну, почти…

Девушка даже на миг остановилась у коня, ткнулась в его тёплую взмыленную шкуру мокрым лицом. Но Яр не выбежал следом. Он даже не распахнул окно и не крикнул что-нибудь… хоть что-нибудь.

Тогда Лэйда запрыгнула в седло и бросила коня прочь.

Она так и не призналась ему, что ждёт ребёнка…

* * *

Яр, скрючившись от боли в паху, лежал на полу. Лэйда умела бить. Медведю было невыносимо плохо. Волна горя и обиды заливала его, но рассудок пытался напомнить о своём присутствии. Хорошо, что жена послушалась и ушла. Яр никогда не подозревал в себе столько безудержного гнева. Ещё минута, ещё слово, и он мог бы её ударить…

Осознать это было страшно. Никогда в жизни Ярдард не ударил ни одну женщину.

«Надо успокоиться, — твердил себе принц. — Нам всем стоит успокоиться и разобраться в этой ситуации…»

* * *

— Ну что там с Альдо? — устало спросила королева. — Разобрался в этом недоразумении?

Ульвар озабоченно посмотрел на королеву. Они гуляли по залитому солнцем саду, аккуратно переступая через лужи. Сегодня вновь потеплело. Приближалась весна.

— Ты удивишься, но нет, мам. Под пытками дворецкий показал, что во дворце Южных герцогов говорили о свержении монархии. Якобы Альдо говорил своим лордам: «Тэйсголинги закончились на королеве Леолии. А новые принцы по отцу — Шумэйсы. Почему престол должны наследовать дети именно Медвежьего щита? Южный — древнее и раньше стал щитом Элэйсдэйра».

— Бред какой-то…

— Я тоже так думаю. Нет, мы с тобой знаем, что удар сзади всегда наносят те, кому мы доверяем, но… Нет, Альдо слишком туп для подобного. Мам, я должен признаться: Эйдис действительно была моей фавориткой, и… Ну да, конечно, мы делили ложе. Но это было пять лет назад! Об этом знал весь Элэйсдэйр, уверен. Мы расстались, когда Эйдис стала невестой Альдо… Неужели