Украинский синдром - Ирина Голаева

Но если для мира принятие России, ее цивилизации, как пути спасения, действительно сложно, и для многих вряд ли является возможным, то для Русского мира принять русский Ноев ковчег — проще. Для этого есть множество оснований, и одно из важнейших — это общий язык.

Фестиваль русской и славянской культуры

Важно понять, что относится к Русскому миру. А это не только, собственно, Россия, а все братские славянские народы, сохраняющие верность своему языку, культуре, вере. Войти в Русский мир могут и другие народы. Важное условие — это сама вера в мессианскую значимость Русской цивилизации. Тогда раскроется ее слава, которая и может преобразить любую плоть.

Сама по себе плоть не может ни спастись, ни измениться, ни преобразиться. Плоть живет по законам тела. А тело не спасается, спасается духовная составляющая его.

Каждый народ, каждая цивилизация — это тоже отдельное Тело, состоящее из множества людей, которые принимают законы, традиции, жизненное мировоззрение этого Тела. Между собой они связаны тысячами тончайших связей. Иногда отдельно взятый человек может страдать от этого, чувствуя, что общее жизненное бытие убивает его, или ему становится душно, и он хочет убежать от всего. Порвать с этими связями и Телом, в котором он оказался, непросто, тяжело, но реально. При этом человеческая душа не может жить вне тела, поэтому она начинает искать другое тело, более соответствующее ее пониманию жизни и мировоззрению. Поиск подобного — трудный и долгий процесс, но необходимый. Ибо спасение свершается в Теле. А каждому нужно найти свое Тело, с которым он свяжет свою жизнь, с которым и предстанет в итоге в Конце Времен.

Тел в этом мире много. Как много различных культур, народов, цивилизаций. Русская культура сильно отличается от всех иных. Она самобытна. Но еще одно важное, что отличает ее — она духовна. В ней мало рационалистического, прагматического, того, что было бы угодно плотскому бытию. Она, наоборот, направлена на подавление плотских похотей и желаний, на уничижение их, на заботу о духовной чистоте и целостности человека. Поэтому, здесь имеют силу и вес такие понятия, как правда-праведность, честь-честность, вера-верность, подвиг-подвижничество, свет-святость и т. д. Русская литература, искусство, живопись, иконопись — они не человека и его силу прославляют, а духовное страдание, поиск справедливости, красоту родной земли. Поэтому, во всем мире русское искусство всегда имеет большую цену, потому что, такие произведения могли создаться только на этой земле, и подобных им нет. Там другая культура и другое искусство, и оно отличается от русского. Знатоки и ценители искусства это хорошо знают и высоко ценят.

Если Тело Западной цивилизации пронизано идеями Богоборчества, то Тело Русской цивилизации — идеями Богостроительства. Русские — это народ-богоносец. И мир признает за нами это качество. Но признание — еще не есть осознание. Для многих ближе и понятнее образ борьбы с Богом, противопоставление Ему себя и своего мира, особенно, в век научно-технического прогресса и индустриализации. Человек уже вышел в виртуальное пространство, которое с быстротой и успехом осваивает. Все это — последствия именно Богоборчества, когда человек сам стремится показать и доказать, что он — Бог. Об этом сказано и в Писании: «Вы сказали: мы — Боги».

Русская цивилизация пошла по совершенно иному пути. Она поставила перед собой цель не доказать свое равенство Богу, а показать свою сопричастность Ему. Идея Богоподобия стала центральной во всей русской философии и мировоззрении. Отсюда пренебрежение заботой о плотском быте и устройстве, созерцательность, поиск смысла жизни. Отсюда и духовное подвижничество души русской, ее Христов образ. Отсюда и возможность моментального преображения в минуты опасности над родной землей, беззаветная любовь к родине, преданность, верность, милость, героизм и жертвенность. Все эти качества указывает именно на приоритет духовного над материальным, иррационального над рациональным. А дух всегда выше и сильнее любой плоти, и победить его невозможно. Поэтому, несмотря на все тяготы, трудности, казалось бы, неминуемую гибель, Русская земля всегда побеждала и возрождалась с новой силой. Сейчас Россия стоит на пороге нового возрождения и преображения. При этом на новом уровне, с великой славою. Это здесь ощущается всеми. В некоторых эти перемены вселяют страх и панику, для большинства — это радость и торжество.

Слава Русской цивилизации незрима. Но она ощутима, и проходит через века. Эта слава настолько велика, настолько целительна и сильна, что любой, кто соприкасается с ней, физически может ощущать перемены, происходящие в нем, а тем более, в его душе. Но соприкоснуться может не каждый. Даже для большинства русских, проживающих на территории России, эта слава может быть закрыта, и они могут не видеть и не догадываться о ней, а иногда даже хулить свою собственную страну.

Любое духовное виденье проходит метафизически, в тонких слоях души человека. Он может слышать внутри своего сердца некий голос, призывающий его, может чувствовать тоску из-за несоответствия этого мира тому, что должно быть, испытывать неудовлетворенность жизнью. Все подобные духовные поиски необъяснимы языком и не поддаются определениям. Психология пытается дать свои советы, но объяснить необъяснимое она не может. Психология — это низший лекарь души, это еще уровень фельдшера. Излечить душу она не в состоянии. Поэтому, для нее многое из духовного непонятно, чуждо, ненаучно. Да и сама она еще далека от научного знания.

Важно понять, что Русская Цивилизация есть, она славна, она незрима и не массова. То, что ты по рождению русский, еще не говорит о том, что ты принадлежишь ей. Ты можешь принадлежать иному миру. Все зависит от того, какого мировоззрения ты держишься, что ищешь в жизни, какие ценности собой являешь.

Еще важно понять, что Русская Цивилизация — это Ноев ковчег спасения для мира, и прежде всего, для своих единокровных детей (как детей Ноя). Единокровные дети — это весь Славянский мир, включающий в себя множество народов, стран, языков, культур. Но всех их объединяют общие славянские корни. Отказаться от своих корней — значит, отказаться от своего спасения. Можно, конечно, спасаться в религиозном теле, но религия распяла Христа, Сына Божьего. Можно в политическом, но политика вообще — место грязи и лицедейства, она всегда находится в оппозиции духовным ценностям. Можно спасаться в теле своей нации, но национализм слеп, а в Боге нет ни иудея, ни эллина. Можно еще и еще находить для себя те тела, которые составляют интерес твоей души, и ощущать сопричастность тому или иному. Но насколько это является ковчегом, и сможет ли он спасти душу — вопрос открытый.

Тело Русской Цивилизации уходит своими корнями вглубь веков. Само время показало и доказало его жизнеспособность и силу. Оно не раз спасало мир от гибели, помогало в трудную минуту, жертвуя собой. Ни одно иное тело не способно к такой силе самопожертвования и милости, как Русская цивилизация. Жертвой и милостью здесь богаты все. И чем дальше от искусственного мира городов, чем ближе к земле, к простому народу, тем очевиднее это.

Если посмотреть на славянские страны, давно отошедшие от единого Славянского мира, то можно увидеть, что все их объединяет принятие западного образа жизни и мышления, а также негативное отношение к России. Некоторые, как Польша, имеют ультранегативное отношение. Другие более умеренное, кто-то — нейтральное. Но никто из них никогда не заступится за Россию, окажись она в тяжелом положении. Подобное отношение свидетельствует о том, что ни о каком славянском братстве и взаимопомощи говорить не приходится. Промывка мозгов, осуществляемая Западом на протяжении нескольких столетий, не прошла даром. Тем более, сильнейшее психологическое влияние на становление мировоззрения оказала Католическая церковь, для которой Россия с ее Православием является идеологическим противником и конкурентом в понимании путей спасения. Католическая церковь всегда была и остается крайне реакционна к любому инакомыслию и противлению ее политике. А на протяжении нескольких столетий именно она формировала западноевропейскую мировую политику и непосредственно руководила ею. Даже сегодня, когда она, вроде бы, находится в тени и не вмешивается активно в выстраивание европейской политики, заданная ею когда-то общая канва остается в силе. Запад четко знает, кто «враг». Даже, несмотря на процессы по либерализации, демократизации и полной лояльности потенциального врага, Запад будет консервативен и традиционен относительно своих изначальных взглядов. Негибкость и консерватизм Запада в отношении мировых процессов и политики сопредельных государств сильно вредит в итоге ему самому, делая его несговорчивым и неповоротливым в решении ряда вопросов. Запад, как старый фешенебельный теплоход, дорогой, но нуждающийся в тщательной ревизии и ремонте. Многие его категории и форматы уже устарели и отстают от современных политических реалий. Он еще пытается быть «наплаву», но с каждым годом это ему становится все сложнее и затратнее. А деньги, расходы, отсутствие поступлений для соблюдения необходимого баланса — для Запада весьма болезненная тема. Чтобы выжить, надо находить тех, за счет кого придется поправлять свое благосостояние. Западу всегда будут требоваться жертвы, чтобы самому жить. Такова жизнь любого хищника, или паразита.