История психологии - Роберт Смит

Как и следовало ожидать, многие в это время призывали ввести научный подход к обучению, что заставляло задуматься об изучении естественного развития ребенка. Так, в 1880—1890-е гг. в англоязычных странах приобрела популярность система образования по Гербарту — прусскому философу и педагогу, считавшему, что движущей силой обучения должны быть интересы не взрослых, а самого ребенка, которые в своем развитии проходят определенные стадии. Но реальная действительность массовых школ была иной: большие классы, стандартная учебная программа, вечная озабоченность соблюдением дисциплины, часто подменявшая обучение. Ожидалось, что дети достигнут определенного необходимого уровня знаний, измеряемого с помощью проверки. Создатели французской системы образования конструировали стандарты с целью отбора лучших, но вскоре выяснилось, что первоочередного внимания требуют ученики не с высоким, а с низким уровнем способностей. Педагоги в этой ситуации использовали слово «интеллект», чтобы сравнивать успехи разных детей, а также успехи какого-либо одного ребенка по отношению к общему образовательному стандарту. Оставалось сделать лишь один шаг, чтобы заговорить об интеллекте как естественном объекте, некоей «вещи», заключенной в каждом ребенке. Иными словами, интеллект стали использовать не просто как показатель уровня успешности ученика, а как его объяснение. В этом отразилось чрезвычайно характерное для современного психологического общества расхожее мнение: при объяснении социальных явлений ключевым фактором должны быть не институциональные структуры общества, а индивидуальные способности.

Специальные методики измерения интеллекта впервые проникли в систему образования во Франции. В 1890-е гг. Альфред Бине (Alfred Binet, 1857–1911) внес важный вклад в развитие новой психологии, создав в Париже лабораторию, начав выпускать специальный журнал и разработав методы подготовки психологов- экспериментаторов. Он также принимал участие в педагогических исследованиях и стал важной фигурой в психологии индивидуальных различий и в становлении интеллектуального тестирования во Франции.

Бине был состоятельным молодым человеком, нашедшим свое призвание в психологии. Изначально интересовавшийся гипнотизмом, он с неудовольствием признал, что в своих исследованиях не смог достоверно оценить роль внушения, и вместо медицинской диагностики стал заниматься психологическим изучением личности, сочтя его более надежным способом выявления индивидуальных способностей. В 1880-е гг., когда гипнотизм как экспериментальный и терапевтический метод привлекал широкое внимание, было показано, что индивидуальная реакция на внушение у разных людей может существенно различаться. Этот феномен был замечен Фрейдом, и то же увидел Бине, который сохранил интерес к индивидуальным различиям со времен своих исследований гипноза. Бине принадлежат остроумные наблюдения над развитием его собственных дочерей, Алисы и Мадлен. К примеру, он проследил связанные с темпераментом и стилем деятельности различия в том, как девочки учились. Он также выявил различия в интеллектуальной активности ребенка и взрослого. В 1891 г. Бине начал работать (без жалованья) в новой лаборатории физиологической психологии, открытой в Сорбонне, а в 1894 г., после ухода на пенсию ее основателя Анри Бони (Henry Beaunis, 1830–1921), возглавил лабораторию. С этого момента, вплоть до своей преждевременной смерти, Бине играл исключительно активную роль в развитии экспериментальной психологии, интересуясь главным образом проблемой индивидуальных различий. В 1899 г. он вступил в Независимое общество по психологическому изучению ребенка (La societe libre pour l’etude psychologique de l’enfant) и стал одним из его ведущих сотрудников; участие в Обществе и привело его к исследованиям, результатом которых стало создание теста интеллекта.

Вместе со своими коллегами и студентами Бине в 1890-е гг. приступил к экспериментальному изучению индивидуальных различий. Несмотря на то, что им использовался ряд методов, уже применявшихся в то время в Германии (например, измерение сенсорной чувствительности методом едва заметных различий и определение времени реакции), его подход отличался от немецкого двумя существенными чертами. Во-первых, Бине и его сотрудники ориентировались на методы углубленного изучения (сходные с клиническим обследованием) людей, в некоторых отношениях выдающихся. Сам Бине опубликовал работу о «великих вычислителях» (grands calculateurs) и феноменально одаренных шахматистах (способных, в частности, играть вслепую сразу на нескольких досках). Во-вторых, Бине интересовал уровень развития высших психических способностей — таких как способность к пониманию и эстетической оценке, что резко контрастировало с общим направлением немецких исследований — изучением элементарных процессов восприятия. Иными словами, Бине анализировал такие способности, которые имели значение для реальной жизни, а не только в искусственно сконструированном мире лаборатории. Он писал: «Если мы собираемся понять, чем именно два индивида отличаются друг от друга, то начинать следует с изучения наиболее сложных, характеризующих умственную жизнь человека процессов… хотя подавляющее большинство занимающихся этим исследователей… подходит к вопросу противоположным образом». В 1895 г. Бине и Виктор Анри (Victor Henri, 1872–1940) опубликовали обзорную работу «Индивидуальная психология» (La psychologie individuelle), очертив контуры этой новой области и сформулировав ряд исследовательских тем. По их словам, основной задачей этой области является «осветить практическое значение… [проблемы индивидуальных различий] для педагога, врача, антрополога и даже судьи» [48, с. 411, 417]. Необходимость что-то делать с детьми, умственно отсталыми людьми, расовыми отличиями и преступниками определяла предмет психологии и одновременно придавала ей важное социальное значение. Это оставалось справедливым для развития этой дисциплины и в следующем, XX столетии.

В 1904 г. французское правительство создало для изучения проблемы умственной отсталости специальную комиссию, и Бине был приглашен в ней участвовать. Особую сложность представляли пограничные случаи: исходя из различных критериев, таким детям ставили различные диагнозы, и именно такие школьники часто отнимали много времени у учителя и всего класса. Уже тогда понимали: в результате постановки неверного диагноза могут пострадать дети, не являющиеся в действительности умственно отсталыми. (Осознание того, что стигматизация людей — помещение их в категорию умственно отсталых и ненормальных — сама по себе оказывает на них пагубное влияние, пришло лишь позднее.) Цель, к которой стремились тогда администраторы, была ясна: если умственно отсталых можно выявлять достаточно рано и безошибочно, то их следует изымать из обычных школ. Это позволит оставшимся нормально работать на уроке, а умственно отсталые смогут получить соответствующее образование в специально созданных школах. Дополнительный вес проблеме придавал характерный для того времени страх, что происходит вырождение населения, особенно в среде городских рабочих, о чем свидетельствовали низкая рождаемость и высокий уровень алкоголизма, психической ненормальности, преступности и проституции. В связи с этим возник и интерес к евгенике. Поэтому решение Бине приняться за разработку особых тестов для выявления проблемных детей имело значение не только для школы. Стоит также отметить, что комиссия поручила психологу разобраться в вопросе, прежде относящемся к компетенции медицины. Позднее разграничение полномочий между экспертами-медиками и экспертами-пси- хологами (и, следовательно, различение клинического диагноза и психологического тестирования) не раз становилось основной темой в борьбе психологов за независимый профессиональный статус. Тесты, подобные тем, что были предложены Бине, стали для психологов важным средством, оправдывающим их притязания на особую специализацию и независимость их профессии.

Бине сотрудничал с Теодором Симоном (Theodore Simon, 1873—

, имевшим опыт работы в заведении для умственно отсталых детей. Темой их совместного исследования стал поиск таких заданий, результаты выполнения которых позволяли бы с уверенностью отличать отсталых детей от нормальных. Это получилось лишь тогда, когда они осознали важность возраста: и отсталые, и нормальные дети могут справляться с одними и теми же задачами, но первым это удается только в более позднем возрасте. В результате Бине и Симон разработали серию из тридцати задач, расположенных в порядке возрастания сложности, успешное решение которых соответствует уровню развития нормального ребенка определенного возраста; эти задания и стали «стандартом» для этого возраста. Свои выводы Бине и Симон опубликовали в выпуске «Психологического ежегодника» (L’Annee psychologique) за 1905 г. Тест призван был решить практическую задачу, но, поскольку в его рамках исследовался набор отдельных умственных функций разной сложности, он мог, судя по всему, служить и для оценки некой общей психологической способности (которую Бине и Симон назвали способностью к суждению), а это уже представляло теоретический интерес. Годом ранее Спирмен выступил с утверждением о том, что коэффициенты корреляции между различными умственными способностями свидетельствуют об общем уровне интеллекта. Поэтому психологи немедленно попытались связать новую тестовую шкалу с теорией интеллекта. Сам Бине общего определения интеллекта так никогда и не сформулировал.