Дитё. Князь - Владимир Поселягин

Однако казак, набычив голову, метнулся к пикам, что стояли в импровизированной стойке, но запнулся о мою ногу, случайно два раз ударился о мой кулак головой и упал в беспамятстве.

– Ладно, – сплюнул я. – Сам найду.

Дальше горели ещё костры, но мельтешение у этого тревоги не вызвало, поэтому я скользнул дальше. Где находится император с семьёй, помогли мне понять часовые у огромного особняка. На мой взгляд, их там было даже больше, чем нужно. В это время луна зашла за небольшую тучку, времени было мало, поэтому я решил действовать. Метнув камешек в сторону, я прошмыгнул мимо обернувшегося на шум часового и, ухватившись за лепнину, начал подниматься на стену. Часовой, покрутив головой, продолжил нести службу, переминаясь с ноги на ногу. Подождав, пока он начнёт стоя подрёмывать – всё равно луна вышла и освещала здание, – я продолжил подниматься, надеясь, что никто не обнаружит на белой стене человека-паука.

Поднимался я не просто так, с этой стороны здания на втором этаже были освещены некоторые комнаты – значит, там есть люди. Заглянув в первое окно, я обнаружил за стеклом ванную комнату, где нежилась довольно красивая женщина. Понаблюдал за ней несколько секунд, хорошо разглядеть её мешало нечто вроде вуали на окне, и направился вправо, двигаясь на уровне второго этажа. Пропустив два затемнённых окна, я заглянул в третье. Там за столиком сидел парнишка лет десяти и что-то с недовольным видом выводил пером на листе бумаги. Рядом с ним стоял мужик с усами и пышными бакенбардами, в дорогом халате.

Одно окно было приоткрыто, впуская свежий воздух. Я бы, честно говоря, предпочёл попасть к той чистоплотной девке, но куда было открыто, туда открыто. Толкнув створку, я перевалился через подоконник и упал на пол, мягко приземлившись на руки. Перекатившись на спину, я под удивлёнными взглядами присутствующих одним прыжком оказался на ногах.

– Наше вам, – лихо козырнув, поздоровался я. – Император тут проживает, или, пардон, я не туда попал?

– У вас к нему какое-то дело? – нахмурившись, спросил усатый. Сделав пару шагов вперёд, он закрыл собой мальчишку.

– Да, хочу поговорить с ним как предок с потомком и как потомок с предком, как бы это дико ни звучало. К тому же в прошлой жизни я тоже был правителем довольно сильного государства, так что у нас есть, о чём с ним поговорить.

– Папа, он сумасшедший? – на французском спросил мальчишка у усатого.

– Был бы я сумасшедшим, то вёл бы себя по-другому, – ответил я мальчишке на том же языке, после чего на русском спросил у усача: – Так что, вы позовёте императора?

– Мне бы хотелось знать, кто вы? – подумав мгновение, сказал усатый.

– О, простите за мою бестактность, – изящно поклонившись, извинился я. – Великий князь Российский, экс-правитель Княжества Российского на американском континенте. Я вижу, вы удивлены, но могу объяснить так: я был правителем в другом мире. Вам что-нибудь говорит такое понятие, как Веер Миров?

– Не доводилось слышать, – покачал тот головой, покосившись на стену, где висели две сабли.

– Объясню как несведущему в науке человеку. Представьте себе две совершенно одинаковые планеты, на одной идёт в данный момент тысяча пятьсот восемнадцатый год, на другой тысяча восемьсот семьдесят первый. Так вот правитель одного из государств, что правил на планете тысяча пятисотого года, после смерти переместился на планету, где идёт тысяча восемьсот семидесятый год, при полной памяти о прошлой жизни и в своём, только помолодевшем теле. Он осмотрелся и решил навестить правителя тех земель, где оказался. Я доступно вам всё объяснил?

– Более или менее, – осторожно кивнул усач и сделал пару шагов в сторону стены, где висели сабли.

– Я тоже понял, – пискнул парнишка.

– Это у меня не первая смерть и не первое попадание на другую планету. Привык уже.

– Но зачем вам император? – поинтересовался усач и прикинул взглядом расстояние до сабель.

– Поговорить за жизнь и свернуть голову его внуку.

Усач напрягся и, пристально посмотрев на меня, спросил:

– Почему вы хотите убить моего внука?

– Ага, так вы и есть император. Это я хорошо зашёл… жаль, Шпак на месте, – довольно кивнул я и, присмотревшись, с сомнением покачал головой и вынес вердикт: – Не похож.

Подойдя к столу, я стал выворачивать карманы. Найдя среди монет нужную, сравнил с оригиналом и повторил свой вердикт:

– Не похож, – потом, протянув монетку мальчишке, велел ему: – Сравни.

Пока мальчишка с сомнением переводил взгляд с отца на монетку и обратно, я нашёл десятирублёвую купюру и снова начал сравнивать.

– Ну, тут вроде похож.

– Вы проигнорировали мой вопрос относительно моего внука.

– Ваш внук Николай от сына Александра просрёт свою страну, отречётся и бросит её на произвол судьбы. В течение нескольких лет государство будут сотрясать гражданские войны, в стране фактически не останется дворян, крестьяне и большевики их большей частью уничтожат, меньшей выгонят. Финляндия и Польша отделятся и станут отдельными странами, гадя стране исподтишка, и всё благодаря вашу внуку-ублюдку, – улыбнулся я. – Благо большевики, которые возьмут власть себе, расстреляют вашего внука вместе с женой и всеми детьми. Детей жалко, вашего внука – нет. По моему мнению, этот хлюпик слабохарактерный поделом получил. Ну, а чтобы во второй раз этого не случилось, я решил изменить историю и ликвидировать вашего пока ещё живого внука.

– Вы, сударь, рассказываете сказки и оскорбляете своими домыслами члена императорской семьи.

– Между прочим, я это делаю осознанно и в здравом уме, – сказал я, возвращая мелочь в карманы. – Я понимаю, врывается какой-то незнакомый юноша и говорит чушь, в которую поверить невозможно, но ведь можно проверить, говорю ли я правду. Видите ли, я не соврал, говоря, что умираю не в первый раз. Перемещение с планеты на планету дарует мне некоторые умения, в частности я могу лечить людей, даже восстанавливать утраченные конечности. Но последнее довольно долгая процедура и занимает порядка часа.

– Вы хотите сказать, что можете продемонстрировать это прямо сейчас? – уточнил усач.

– Без базара, – кивнул я.

– Не понимаю, к чему тут базар, но у меня есть помощник, офицер лейб-гвардии, которого я держу на службе за ум и честность, но он в боях потерял руку. Вы можете её восстановить?

– Да, только нужно два тазика жареного или варёного мяса.

Усач прошёл к двери, открыл и велел невидимому мне слуге принести два ведра мяса и позвать поручика Усова.

Осмотревшись, я прошёл к дивану и, плюхнувшись на него, положил ноги на журнальный столик. Под моим любопытным взглядом в комнату прошёл офицер-гвардеец и, косясь на меня, что-то прошептал на ухо усачу, после чего остался в комнате, заняв позицию между мною и членами императорской семьи. Кстати, мальчишку, которого, оказывается, звали Павлом, попросили уйти, но тот категорически отказался, сказав, что это мы находимся у него в апартаментах.

За десять минут комната заполнилась людьми. Зашли два казака с саблями и револьверами за поясом и, поставив у столика вёдра с мясом, остались у дверей, потом ещё два офицера, и наконец, постучавшись, в спальню Павла прошёл молодой офицер лет двадцати пяти, у которого был пустой правый рукав. Причём отрублена рука была выше локтя. Это осложняло дело.

Встав, я слегка наклонил голову и представился:

– Великий князь Александров, Артур Кириллович. Прошу вас, поручик, садиться за стол и поесть мяса. Прежде чем вырастить вам руку, мне нужны материалы для этого.

Усов покосился на императора, что с интересом наблюдал за этим действом, и, получив согласный кивок, уселся за стол и, одной рукой отрезав ломоть варёной свинины, стал быстро есть. Между делом пробормотав, что соли не хватает.

Когда он насытился, я подошёл и велел снять форменный сюртук и нижнюю рубаху. Дождавшись, когда Усов останется с голым торсом, я приступил к священнодействию. Император ахнул, когда руки у меня засветились и от них потянулись к культе крохотные огоньки, оставлявшие за собой медленно тающие следы. Ладони я держал сантиметрах в пяти от руки поручика, и смотрелось всё это при свете свечей очень красиво.

Другие свидетели тоже пребывали в ступоре, только Павел смело протянул руку и коснулся одного из огоньков. Тот втянулся ему в палец, вызвав у мальчишки хихиканье, которое быстро прекратилось после громкой оплеухи от отца. За двадцать минут рука удлинилась и начал нарастать локтевой сустав. Заметив, что Усов уже бледный, я прекратил процедуру и велел ему:

– Ещё раз подкрепитесь, ешьте до предела.

Тот с жадностью набросился на мясо, как будто не ел до этого, и добил одно ведро. Продолжив процедуру, я остановился у кисти, велев поручику подкрепиться, тот, снова проголодавшийся – ещё бы, сколько я у него энергии и материала взял, чтобы вырастить часть руки – продолжил уничтожения мяса.