Любовь как любовь. Лобовы. Родовое гнездо - Наталья Горбачева

Люба была еще слаба и прилегла на кровать, но просила Ларису посидеть с ней. Леня больше не мог держать за зубами своей тайны, он отозвал Ларису в коридор и торопливо сказал:

– Лариса, Настя знает про Глеба… что его отец – Герман.

– Откуда? – на лице сестры изобразился ужас.

– Оттуда, что я дурак! Сам сказал ей. То есть сначала она где-то услышала, может, подслушивала… это она может. А потом завела разговор – не прямо, а так издалека.

В коридоре появился Гриша, разыскивая младших Лобовых. Леня переключился на него, с чувством проговорил:

– Гриша, прости меня за Любу.

– Оставь, ты тут ни при чем…

– Если бы не я, не было никакой Насти. И все было бы как раньше! Зачем я поперся в это кафе?!

Лариса, думая о своем, вдруг сказала:

– Сейчас главное – опередить ее. Чтобы она не успела добраться до Глеба.

– Кто? – не понял Гриша.

– Гриша, пойдем к Любе, – взял его за руку Леня и увел в комнату.

Лариса набирала номер на мобильнике уж; третий раз.

– Господи, пожалуйста, сделай так, чтобы он ответил!

Наконец, Менделеев вышел на связь, сказал, что все в порядке: Глеба из школы привез домой и оставил с соседкой.

– Почему с соседкой? – чуть не плакала Лариса. – Я же просила… Олег! Что там за шум у тебя, ты в ресторане?

– Лара, все хорошо, я с клиентом… – и он отключился.

Она снова стала набирать его номер, безрезультатно. Через несколько минут Менделеев позвонил сам – из тихого места:

– Лара, я не мог говорить, понимаешь? Серьезные клиенты. Я уже еду к Глебу, не волнуйся…

– Я прошу тебя, никому не открывай дверь!

В действительности Менделеев сидел в казино, всю ночь и до сих пор – с перерывом на школу – фортуна была на его стороне. Но надо было вовремя остановиться. Ее звонок был сигналом. Он вышел из игры, поменял фишки на деньги – оказалось семь тысяч баксов, накупил всяких вкусностей, забрал у знакомой киоскерши сегодняшнюю прессу и вернулся к Глебу, отпустив соседку.

– Уроки выучил? – спросил Менделеев, выгружая пирожные на большую тарелку.

Чуть-чуть осталось. С этой Варварой Ерундисовной так трудно, она, понимаешь, как ребенок – от сериалов оторваться не может. Эта Нудисовна ест и спит за телевизором. Даже не покормила, я ее чаем поил, хоть обратила на меня внимание, – затараторил Глеб. – Ты какой-то уставший, Олег!

– Да-да-да, – рассеянно отозвался Менделеев. – Давай, иди доделай, а потом мы с тобой по-по-по…

– По-поговорим, – подхватил Глеб.

– Нет, по-по…

– По-поедим!

– По-посмотрим!

Глеб думал, что Олег дурачится, но тот, что называется, лыка не вязал – от усталости. И как только мальчик ушел в свою комнату, Менделеев, бросив принесенные газеты на пол, заснул на диване.

Через полчаса Глеб радостно воскликнул:

– Олег, я все сделал, давай все-таки по-по-поговорим!

Менделеев сладко спал. Глеб решил, что даст ему поспать еще полчасика, а пока принялся собирать с пола газеты. В каком-то еженедельнике он вдруг увидел свою фотографию, вернее, он с мамой стоял на крыльце школы. Глеб хотел разбудить Менделеева, но пожалел, стал читать заголовок: «Сын замминистра видел отца только по телевизору». Под заголовком была и другая фотография – мама во дворе их дома разговаривала с каким-то мужчиной. Мужчину Глеб сразу узнал – это был тот красивый мужчина, который приходил к ним как-то вечером.

Поздно вечером Лариса вернулась домой, тогда и обнаружили пропажу Глеба. Менделеев ничего вразумительного сказать не мог, потому что «задремал». Обзвонили друзей, соседей, больницы и морги – безрезультатно. Не хотелось волновать родителей, но ночью пришлось позвонить и в Бережки. Там Глеба тоже не было.

Лариса просидела всю ночь на диване, не смыкая заплаканных глаз. Менделеев сидел рядом и утешал:

– Ничего не случится, слышишь? С Глебом все будет в порядке, я уверен, – но сам чувствовал себя отвратительно, не в состоянии понять, что толкнуло мальчика на побег.

– Он не мог уйти просто так, – повторяла Лариса. – Должна быть какая-то причина. Вы не ругались?

– Да нет же!

– Олег, ты уверен, что Настя не звонила?

– Никто не звонил, никто не– приходил, – отвечал Менделеев, хотя был в этом совсем не уверен.

Он проклинал себя за казино и сто раз уже давал себе клятву, что если Глеб найдется, туда больше – ни ногой. А если не найдется… Это будет конец.

– Почему же он ушел? – ныла Лариса. – И почему ты позволил ему уйти? – она перешла на крик.

Сорвался и Менделеев:

– А он у меня спрашивал? Пошел в свою комнату доделать уроки… Откуда я знал?

Потом она просила у него прощения за крик, а он – у нее.

– Я все время себя виню, – искренне говорил Олег, недоговаривая, в чем его вина.

Лариса отвечала, что он не виноват, наоборот, это она…

Рано утром после прокуренной ночи Менделеев вышел прогуляться и подышать свежим воздухом и разговорился с соседкой с первого этажа, которая вышла погулять с собачкой, Пусиком. Та и рассказала, что после десяти вечера видела, как Глеб спускался по лестнице – а она как раз с Пусиком возвращалась с вечерней прогулки и спросила Глеба, куда, мол, собрался, на ночь глядя?

– А он сказал: иду к папе. Ну, я думала, что этот папа ждет его на улице. Хотя сейчас думаю, какой такой папа?

Папы-то нет… – пожала плечами соседка. – А вы Ларисе кто будете?

– Адвокат, – ответил Менделеев.

Услышав эту новость, Лариса испугалась так, будто узнала о смерти сына.

– Значит, надо позвонить ему… – это решение далось ей с невероятным трудом.

Герман явился через полчаса. Выслушав сбивчивый рассказ об обстоятельствах исчезновения Глеба, он жестко сказал:

– Город переверну… – и тут же принялся звонить по своим секретным телефонам, употребляя самые серьезные слова и выражения, связанные с ОМОНом, группой захвата и ФСБ.

Конев энергично ходил по квартире со своим мобильником, и пока он говорил, Лариса неотрывно смотрела на него с надеждой. Менделеев же следил за Ларисой, все более чувствуя,, что много потеряет в ее глазах, когда этот… хмырь разыщет Глеба. А Конев уже в открытую называл сына Ларисы своим.

– Знаю, что делаете все возможное, – говорил он по телефону. – А ты сделай невозможное, поставь всех на уши! Саша, ты знаешь: Конев никогда не бывает в долгу, да… Речь идет о моем единственном сыне.

Потом замминистра вдруг стукнул себя мобильником по лбу и сказал Ларисе:

– Он же меня в министерство поехал разыскивать! – после этого набрал новый номер. – Конев говорит. Кто это?.. Николай, быстро возьми несколько человек из охраны, посмотрите везде: в бюро пропусков, при входе, вокруг министерства… Мальчик, зовут Глебом, восемь лет, худенький… В чем одет?.. Никто не знает. Это мой сын. Если найдешь, сразу звони. Скажи ему, что папа уже едет! Кто ищет?.. Не до него сейчас…