Риск, борьба, любовь - Вальтер Запашный

Я так увлекся, что уже не думал ни о стоимости изготовления колес, чепраков для лошадей, ни о приобретении самих лошадей, лебедок и прочего. В эту минуту я не сомневался, что главк не сможет отказать мне в средствах на такие трюки.

— Это же какие расходы! — Услышав голос Николаева, я очнулся.

Лицо директора уже не выражало недоверия. На нем была написана глубокая озабоченность.

— У тебя, парень, не голова, а Дом Советов, — протянул он, — ты далеко пойдешь…

— Знаю-знаю, — перебил я, — если тюрьма не остановит.

Мы оба засмеялись.

Николаев подержал в руках мое заявление, подумал и подтолкнул его ко мне:

— Ладно, сделаем! Семь бед — один ответ. Трюк замечательный.

— Не трюк, а трюки, — поправил я.

Он как-то хорошо улыбнулся и сказал:

— Это дорого будет стоить. Но и начинать работать пора. Ты и так засиделся. Три года лечишь своих кошек. Пока ковыряйся с тем, что у тебя есть. А остальное сделаем.

Я ликовал. «Урожай» трюков, собранных в один день, был необычаен. Ведь придумать новый трюк — это все равно, что найти клад.

— Все, что от меня зависит, я делаю. Но мне нужен администратор, — твердо заявил я.

— Ага, теперь давай раздувать штат! — Николаев всплеснул руками. — Собери как можно больше хлама из списанного, сделай себе реквизит и готовься к выпуску.

— Из хлама я сделаю временный, — я подчеркнул слово «временный», — реквизит. А потом обзаведусь таким, от которого даже ты, Колечка, ахнешь.

— Ну, этого ты не дождешься. Уедешь наконец от меня, — он перекрестился и молитвенно закатил глаза.

Рассмеявшись, я взял заявление и пошел к завхозу оформлять заказ на получение ренского колеса. Но через час вновь вернулся к Николаеву.

— Слушай, Коля, сказал «а», скажи и «б». На эти ренские колеса нужны съемные боковые решетки с дверьми, чтобы загнанные в колесо звери не могли выйти.

— Да ты спятил, что ли?! — возмутился Николаев. — Сначала дай ему колесо, потом его распили, потом подсвети, потом сделай второе такое же, а теперь решетки? Что еще выдумаешь?

— Ну подумай сам, — начал я мягко уговаривать директора. — Решетки нужны, чтобы хищник быстрее научился катить колесо. Ведь скоро выпуск аттракциона. Времени на репетиции нет. Ведь нет, Коля? А клетка под колесом не позволит хищнику спрыгивать. И мы все сделаем быстро.

— Какая еще, к черту, клетка?! — буквально завопил Николаев.

— Какая, какая! Простая, на колесах, на длинных ножках.

— Да, ты что, надо мной издеваешься?! — взвился Николаев. — Не будет тебе никакой клетки, потому что по опилкам колеса не катятся.

— Правильно соображаешь! — обрадовался я. — Поэтому мы с тобой сделаем клетку на авиационных колесах. Шины у них широкие…

— Ты доведешь меня до инфаркта, — простонал Николаев, — доконаешь! Тебе палец в рот не клади, всю руку отхватишь.

— Ничего, Коля, не доведу. И клетку, и решетки, и колеса, — все обратно отдам, как только выпущу аттракцион.

— И с чем ты останешься, хвастун?

— А я сделаю новые колеса из нержавейки.

— Боже милостивый! — взмолился Николаев. — За что мне такое наказание?! Откуда на мою голову взялся этот изверг? Избавь меня от него!

— Избавлю, сын мой, — стараясь говорить густым басом, произнес я, — потерпи только до выпуска. Потерпи!

Но до выпуска было еще далеко. А неугомонный характер властно гнал меня вперед, заставлял искать новые трюки, в корне менять традиционные. Сказывалась привычка спортсмена — стремиться к новым и новым рекордам. Вот и сейчас, когда выпуск аттракциона еще казался чем-то почти недостижимым, я уже предавался мечтам о работе с акулами, косатками и осьминогами. Все свободное от репетиций время отдавал чтению специальной литературы, расчетам и созданию эскизов будущего Океанариума.

Я даже подал в Академию наук соответствующую заявку. Там заинтересовались проектом и по моим чертежам создали действующий макет. Будучи собранной, вся конструкция, состоящая из множества бассейнов, фонтанчиков, мостиков, береговой линии, живописных скал и прочего, занимала целый кабинет. Пользуясь тем, что Иваново недалеко от Москвы, я время от времени вырывался в столицу и терпеливо обивал пороги. Помню, как сотрудники Министерства культуры, позабыв о служебных обязанностях, словно завороженные, битый час любовались живыми рыбками, играющими в моем маленьком «океанариуме».

Мне везло: идея везде встречала одобрение, и дело даже дошло до того, что на берегу Черного моря для строительства выделили громадный участок земли. Забивая колышки на место будущих бассейнов и фонтанов, я был по-детски счастлив. Но в дальнейшем оказалось, что помогавшие мне чиновники рассчитывали на мою способность «пробить» деньги, я же рассчитывал, что деньги достанут именно они. А деньги между тем нужны были нешуточные, так что мало-помалу идея моя была отложена до лучших времен, а потом и вовсе забылась.

Смирившись с неудачей, которую тогда считал лишь временной задержкой, я вновь с головой ушел в репетиции. Их было много — утренних, ночных, многочасовых, изнурительных. Но ярче всего я запомнил именно ту, о которой расскажу сейчас.

Я в задумчивости сидел в зрительном зале. Ионис с Гасюнасом томились неподалеку, недоумевая, почему я не даю команду выпускать животных.

Наконец Ионис не выдержал:

— Вальтер, может, начнем? Или «да-ну-его»?

Я встрепенулся:

— Начнем, начнем, конечно. Только вот скажи мне, как усовершенствовать эту устаревшую «пирамиду»?

— А чего это она устаревшая — неожиданно возмутился Ионис. Мы ее сами-то хорошенько не освоили, а ты уже собираешься усовершенствовать. Вон Ампир не желает опираться на Цезаря, и все тут. А Ахилл все время сбрасывает со спины лапы Париса. Не привыкли еще. А ты — «устаревшая»!

— Кошки-то не привыкли, это ты прав. А вот зрителям эти «пирамиды» давно глаза намозолили. У каждого укротителя обязательно есть такой трюк. Поэтому я и говорю: «пирамиду» надо обновить, а тогда уже приучать животных. Вот ты можешь придумать, как изменить трюк, чтоб он казался свеженьким?

Ионис почесал затылок.

— А пусть ее кто-нибудь перепрыгнет, — наконец нерешительно отозвался он. — Ну, скажем, Уголек или Ватан. Пантеры же вон какие прыгучие.

От такого предложения я буквально подскочил:

— Ионис, светлая твоя голова! Да я сам прыгну, только не сверху, а сквозь «пирамиду»!

— Это как же? — вмешался Гасюнас.

— Да очень просто. Смотрите: лев передними лапами опирается на спину тигру. Напротив них тигр стоит в той же позе, опираясь на льва. Так?

— Ну это понятно…