Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович

– Кто-то умер?

– Много кто. И из них как минимум трое сегодня ночью. – Гуров спустился на первый этаж и облокотился на подоконник. Лучи яркого солнца хлестнули сыщика по лицу. Он прищурился. – У нас со Стасом есть кое-какие соображения…

– Соображения – это хорошо, молодцы, что соображаете! А я тут при чем? Грамоту вам за соображения выписать?

– Не стоит. Обойдемся без грамоты, товарищ генерал. Вопрос в другом… Не могли бы вы прояснить кое-какую ситуацию…

– Какую ситуацию?

– Неделю назад один из крупных криминальных авторитетов столицы, Анатолий Бушманов, справлял в ресторане свой юбилей. То есть, по сути, был своего рода «сходняк»… На юбилее присутствовало множество криминальных элементов. А закончился сей праздник стрельбой. С жертвами, между прочим. Вам что-нибудь известно об этом, Петр Николаевич?

Орлов ответил не сразу. В трубке послышалось какое-то шевеление и недовольное посапывание. Видимо, генерал неохотно выбирался из постели. Гуров терпеливо ждал.

– Известно, Лева, известно. Но этим делом занимается ФСБ. Они взяли все под свой контроль, учитывая масштаб происшествия и личности фигурантов этой стрельбы. Всем остальным службам доступ закрыт… И я не понимаю, почему тебя это вдруг заинтересовало… Во что вы там влезли?

– Как я уже сказал, у нас есть соображения… – спокойно парировал полковник. – Пока, правда, официально не подкрепленные свидетельскими показаниями, но скоро будут подкрепленные, товарищ генерал. Мы подозреваем, что три сегодняшних убийства организованы именно Анатолием Бушмановым. И связаны они как раз с событиями недельной давности. Со стрельбой на его юбилее.

– Давай-ка так, Лева. – В голосе Орлова появились покровительственные нотки. Он старательно подбирал нужные слова. – Вы там особо не горячитесь, парни… Отдохните немного… И я жду вас сегодня в десять у себя в кабинете. При личной встрече все и объясню. Как понял, полковник?

– Отлично понял, товарищ генерал. В десять будем у вас.

– Вот и славно, – удовлетворенно буркнул Орлов. – И это… Повторяю: не горячитесь. Ясно? Все! До встречи!

Гуров сунул мобильник в карман и обернулся. Крячко уже спускался по лестнице.

– Ну что? Что сказал главный? – спросил он.

– Сказал, чтобы мы не горячились и в десять были у него в кабинете.

– Ясно. И что ты намерен делать?

– Ну… – Гуров сверился с наручными часами. – До десяти времени еще много… Я намерен нанести визит господину Бушманову. Ты со мной?

– А когда было иначе? – ухмыльнулся Стас. – Бригада уже в пути. Будут минут через десять-пятнадцать. Дождемся их? Или?..

– Дождемся.

Глава 5

– Вот здесь, значит, и работает полковник Крячко?

Мадам Бордо неторопливо и грациозно проплыла по периметру кабинета и опустилась на кривоногий кожаный диван вдоль правой стены. Приложила ажурный белоснежный платочек к легкому рассечению над бровью. Изящно забросила ногу на ногу. Качнула босоножкой с бронзовым отливом, но Конев никак не отреагировал на это движение. Он не стал занимать ни один из рабочих столов, а взял вместо этого стул и расположился напротив женщины.

– Полковник Крячко и полковник Гуров, – уточнил он. – Это их общий кабинет.

– Ну да… Разумеется. – Мадам Бордо еще раз с интересом огляделась по сторонам. – Надо же! Я столько лет знакома со Станиславом и столько лет в криминале, а в этом суровом кабинете угро до сих пор бывать так и не приходилось.

– Повезло, – скупо обронил Конев.

Невзирая на природную красоту этой женщины, отрицать которую было бы по меньшей мере неразумно, она не вызывала у лейтенанта симпатий. Скорее наоборот.

– Да, повезло, – откликнулась она, откинувшись на спинку дивана. – Это точно. – И, встретившись глазами с Коневым, добавила: – Так я под вашей защитой? До тех пор, пока не вернется Крячко?

– Не совсем, – все так же сухо и подчеркнуто официально произнес лейтенант. Он словно ставил между собой и женщиной невидимый заслон, избегая панибратских отношений. – Вы – свидетель, Татьяна Игоревна. Я правильно назвал ваше имя-отчество?

– Правильно. Хотя можете звать меня просто Татьяна.

– Воздержусь. Меня зовут лейтенант Конев, и, как я уже сказал…

– А имя у лейтенанта Конева имеется? – лукаво прищурилась мадам Бордо.

– Анатолий Сергеевич…

– Толя, значит.

– Анатолий Сергеевич, – с нажимом поправил собеседницу Конев. – Давайте я еще раз обрисую вам ситуацию, Татьяна Игоревна. Чтобы между нами в дальнейшем не возникало никакого недопонимания. Я – сотрудник уголовного розыска. Вы – важный свидетель по делу о двойном убийстве. Пока что свидетель…

Мадам Бордо удивленно вскинула брови. Вновь поднесла платочек к незначительной царапине.

– Вы хотите меня в чем-то обвинить, лейтенант Конев?

– Для начала я хотел бы задать вам пару вопросов. В отеле «Лотос», как вам уже известно, убиты две ваши… сотрудницы. Почему именно они, Татьяна Игоревна? Выбор убийцы случаен? Или он заказывал именно этих двух девушек?

Женщина едва заметно усмехнулась и слегка переменила позу, из-за чего небольшой вырез изумрудного оттенка юбки обнажил часть ее бедра.

– Я вам не нравлюсь, лейтенант. – Это прозвучало не столько как вопрос, сколько как утверждение. – Не нравлюсь ни как женщина, ни как человек… Это из-за моей профессии? Или что-то личное? – Конев собрался было ответить, но мадам Бордо перебила его раньше, чем он успел раскрыть рот: – Впрочем, причины не важны, лейтенант. Будем откровенны друг с другом. Вы мне тоже не слишком симпатичны. Вы слишком… закомплексованный. А от своей закомплексованности – сухой и черствый… Я понимаю, что это ваша защитная маска, лейтенант… Но я не люблю людей в масках. Не люблю и не доверяю им. Так с чего тогда, скажите на милость, двум людям, испытывающим друг к другу антипатию, вести откровенные задушевные разговоры?

Конев был немного сбит с толку ее речью. Он несколько раз кашлянул в кулак, поднялся со стула и навис над женщиной подобно утесу. Впрочем, мадам Бордо не стала поднимать головы.

– С того, что я – следователь, а вы…

– Это я уже слышала, – небрежно откликнулась она. – Но вас, видимо, неверно информировали относительно меня, лейтенант. Или вы сами чего-то не поняли… На все вопросы я уже ответила в разговоре с полковником Гуровым и полковником Крячко. Так что, если вас что-то интересует, спросите об этом у любого из них… А для меня вы не следователь. Для меня вы просто незнакомец.

Мадам Бордо элегантным движением отбросила со лба челку. На Конева она так и не подняла глаз, хотя прекрасно слышала, как он недовольно сопит над ее головой. Повисшая в разговоре пауза, казалось, длилась целую вечность. Лейтенант, не выдержав, шумно выдохнул, опустился обратно на стул, достал из нагрудного кармана рубашки сложенный вчетверо лист с фотороботом подозреваемого и, развернув его, продемонстрировал свидетельнице:

– Можете хотя бы сказать… Татьяна… Вам знаком этот человек? – Сам не понимая почему, Конев позволил себе робкую, слегка глуповатую улыбку.

Мадам Бордо лишь мельком взглянула на портрет, после чего сфокусировала взгляд на растерянном лице лейтенанта и, улыбнувшись, спросила:

– Сколько тебе лет, Толя?

– Двадцать четыре. Но…

– И давно ты тут работаешь?

– Два года. То есть сразу по окончании юридического…

– И уже лейтенант оперативного отдела. Неплохой карьерный рост, Толя. Быстрый… Я помню себя в двадцать четыре… Наивная рафинированная девчонка, считавшая, что весь мир за секунду обязан пасть к ее ногам. Но так не случилось. Мне потребовалось гораздо больше времени, чтобы заявить о себе… Чтобы заставить себя уважать, заставить считаться с моим мнением… Чтобы стать в Москве тем, кем я сейчас являюсь. Это был чертовски долгий и трудный путь, Толя. А сколько понадобится тебе для покорения столицы? Сколько времени, по-твоему, должно пройти, чтобы твое имя звучало так же грозно и веско, как имя полковника Крячко? Или полковника Гурова?