Страстное заклинание - Линда Гасс

Шелби позволила себе вздохнуть полной грудью. Она обнаружила, что крепко сжимает ветку дерева, за которым спряталась, и отпустила ее.

Клей снова обрел контроль над собой, но рука его, подсоединяющая маску к кислородному баллону, немного дрожала. Форд с мольбой смотрел на внука. Клей поначалу не отвечал на его взгляд. Достав из кармана расческу, он причесал густые волосы деда. Потом платком отер испарину с его лица. Затем он поправил джемпер Форда и сбившийся набок галстук-бабочку кричащей расцветки.

И только теперь посмотрел наконец ему в лицо и нежно поцеловал в лоб. Как только губы Клея коснулись его, Форд крепко сжал сильные руки внука. Так они несколько секунд держали друг друга за руки, затем Клей вышел из беседки.

Он шел быстро, опустив голову и засунув руки в карманы. Шелби следовала за ним на некотором расстоянии. Ей казалось неделикатным подойти к нему сейчас, хотя она понимала, что им надо поговорить. Он нервной походкой обошел вокруг огромного дома и оказался в небольшой рощице среди тополей и вязов. Шелби плохо знала территорию, поэтому она быстро потеряла Клея из виду. Ей было жарко, она злилась на себя и окончательно перестала понимать что-либо. В растерянности Шелби направилась к дому.

— Почему ты следишь за мной?

Клей неожиданно вырос прямо перед Шелби, испугав ее. Он не только сумел ее выследить, но успел спрятаться и подкрасться сзади. На фоне загара зеленые глаза Клея выглядели еще более загадочными и туманными.

— Ты был разгневан, Клей. Я волновалась.

— За меня?

— Да.

— И это все?

Короткие вопросы Клея обеспокоили Шелби. Он держался очень напряженно, явно боясь притронуться к ней, словно физический контакт мог поколебать его решимость.

— Нет, я все еще в замешательстве по поводу нашего разговора с Мейпсом.

— Не говоря уже о моем разговоре с дедушкой. Я заметил, что ты следишь за мной. Хочу дать тебе совет: если хочешь остаться незамеченной, прикрой чем-нибудь свои рыжие волосы. Я видел их сквозь ветви деревьев.

Голос Клея звучал осуждающе.

— Я не слышала вашего разговора в беседке, — спокойно произнесла Шелби.

В глазах Клея мелькнуло облегчение, но они тут же снова приобрели холодное, почти безжизненное выражение.

— Очень плохо, — сказал он.

Шелби начинала злиться.

— Я действительно видела вас в окно.

Клей не удивился.

— Узнаю отважного репортера! Это, должно быть, напоминало плохое немое кино.

— Скорее грустное, чем плохое. Почему ты так расстроился?

В глазах Клея застыло ледяное выражение.

— Мы обсуждали «Бемби».

— Клей, что с тобой?

— Ничего! — резко отрезал он. Эта вспышка эмоций чуть не лишила его самообладания, но Клей тут же взял себя в руки. — Сейчас я должен уехать, Шелби, — почти официально сообщил Клей. Они стояли у площадки для машин. — Письма мы можем поискать завтра.

Клей вел себя весьма странно. Шелби не знала, что ей лучше сделать — встряхнуть его как следует или наоборот обнять.

— Может, мы можем поговорить сейчас, — предложила она. — У меня миллион вопросов.

— Ну конечно. Только напрасно ты считаешь, будто я знаю на них ответы.

— Ты действительно знаешь ответы на многие из них! Ты утаил от меня какую-то информацию.

На секунду лицо Клея утратило свое непроницаемое выражение, и Шелби увидела в его глазах такую боль, что у нее защемило сердце от жалости.

— Это становится похоже на заразную болезнь, — сказал он.

И на лице снова появилась маска.

— Что все это значит, Клей? Что скрывает твой дедушка?

— У меня назначена встреча, — Клей подошел к машине Шелби и открыл дверцу. — Я позвоню тебе.

Шелби просто необходимо было вывести Клея из этого странного состояния оцепенения. Казалось, он тратит всю свою энергию на то, чтобы оставаться спокойным, сдержанным и ничего не говорить о своем дедушке. У Клея был вид человека, загнанного в угол. Интересно, почему — от необходимости сдерживаться или из-за той информации, которую он получил только что в беседке? Шелби не могла ответить себе на этот вопрос.

Она подошла к Клею и захлопнула дверцу своей машины.

— Я хочу услышать прямо сейчас, о чем эти письма.

— Я не знаю.

— Знаешь! И все время знал!

Шелби попала в точку. Клей схватил ее за плечи.

— Чего ты ждешь от этих писем, Шелби? Что прочитав о давнем прошлом, сможешь найти объяснение своим страхам и неуверенности? Ты одержима прошлым. Я имею в виду не только Дезире, но и все шишки, которые ты набила себе когда-то в школе. Живи дальше, Шелби! Возьми деньги за землю и продолжай жить! Забудь о письмах!

— Я не могу! Я верю, что они помогут мне.

— Разве помогли они твоей бабушке? Она жила этими письмами всю свою жизнь. Мой дедушка сам не свой с тех пор, как узнал, что они все еще существуют. Эти письма приносят зло, Шелби, они никому и ни в чем не помогают, и если мы не оставим прошлое в покое, оно будет возвращаться и вставать у нас на пути — если, конечно, я могу говорить о нас «мы».

Шелби пристально вглядывалась в страдающие глаза Клея.

— Откуда ты все это знаешь?

Клей резко отпустил ее и, повернувшись, направился к дому. Но Шелби преградила ему путь.

— Я хочу знать правду, — настаивала она.

Клей посмотрел на Шелби так, словно не верил своим ушам.

— Правду? — он горько усмехнулся. — Правда — не всегда яркий маяк на горизонте, как тебе хотелось бы думать. Ты живешь, словно выполняя святую миссию по раскрытию истины.

— А ты выполняешь святую миссию увиливать, скрывать и запутывать! Соврал здесь, скрыл правду там, и так до тех пор, пока перестанешь понимать, где же твоя собственная душа.

Рубашка Клея прилипла к груди, на ней проступили пятна пота. Он тяжело дышал.

— С моей душой все в порядке, не беспокойся, — с усилием произнес Клей. — Но приятно знать, что как только я распоряжусь ею неверно, ты тут же напомнишь мне об этом.

Шелби понимала, что зашла слишком далеко.

— Клей, — она протянула руку в его сторону, но Клей отшатнулся. Он подошел к своей машине с откидным верхом, быстро забрался внутрь и включил мотор.

— Клей, подожди!

Он дал задний ход. Шелби не могла позволить ему уехать вот так. Она побежала рядом с машиной, открыла дверцу и впрыгнула внутрь. Однако Шелби немного не рассчитала свои силы и успела каким-то чудом примоститься на самом краю сиденья.

— Шелби! — воскликнул Клей, рывком притягивая ее к себе, прежде чем она успела вывалиться из машины.

Шелби почувствовала, как сильная рука схватила ее за пояс джинсов и толкнула на мягкое сиденье «мустанга». Дверца захлопнулась, чуть не прищемив ей ногу.