Белый орк - Сергей Николаевич Чехин

— Ага, чтобы получить стрелы в спины?

— Не, — лениво протянул рыцарь. — Какой смысл тратить на вас снаряды, если вы уйдете и не вернетесь.

Довод показался Архату весомым. Безродные сбились в плотную кучу и потопали прочь от дома, на всякий случай ощетинившись копьями. Как только шайка вышла из укрытия целиком, Исмаил ущипнул соседку за другую ягодицу.

— Мог бы просто сказать, — прошипела Сандрия, кладя на тетиву вторую стрелу. Первая угодила какому-то варвару в шею, и теперь он катался по земле, захлебываясь кровью.

Мигом позже к веселью присоединилась Тарша. Пока разбойники бежали до спасительной избы, девушки успели прикончить четверых. Итого двадцать три, в уме подсчитал коварный доспех. Теперь уж точно его словам никто не поверит, даже такой дурак как Архат. Противостояние грозилось затянуться до ночи, и тогда лучницы потеряют всякое преимущество.

Однако помощь пришла внезапно, когда ее совсем не ждали. С высокого утеса в безродных полетели стрелы и камни — жители Верхнего хутора решили выяснить, что за шум, а драки нет. Увидев, что соседи в беде, похватали луки и пращи и принялись изгонять проклятых душегубов с родных земель. На практически открытой местности сражаться было куда сподручнее, чем пытаться выбить безродных из крепости.

Впрочем, толку от пускания стрел было мало — снаряды летели куда попало, а если и попадали в цель — то на излете, растеряв всю убойную мощь. Но подобный разворот сильно испугал орков, и они принялись метаться из стороны в сторону, не зная, куда деться. Один попытался скрыться в доме, но смекалистый хозяин подпер дверь. Верзила пару раз дернул ручку и упал, сраженный выстрелом Тарши.

Осознав, что смерть близка, безродные внезапно вспомнили о славных орочьих традициях и решили умереть как воины, а не загнанные в западню шакалы. Проревев боевой клич, Архат бросился на Исмаила, размахивая копьем. Часть разбойников последовала его примеру, но далеко не все добежали до двери.

Сандрия, ойкнув, вкатилась в дом. Рыцарь заслонил спиною вход и грудью принял первый удар. Броня выдержала укол копья, лишь слегка промявшись. Взмахнув верным двуручником, Исмаил отогнал особо ретивых орков, образовав перед собой небольшой пятачок свободной земли. Расстояния как раз хватило, чтобы перенести вес на левую ногу и ударить снизу вверх, наискосок. Враги отшатнулись, но один замешкался и получил сокрушительный удар в пах. Бедняга недолго мучился — его затоптали соратники, едва он упал им под ноги.

Остальные принялись яростно тыкать рыцаря копьями. Древки примитивного оружия были куда длиннее клинка, поэтому Исмаилу удавалось отражать в лучшем случае два-три выпада из множеств других. Это мешало перейти в наступление, но и бежать было некуда — позади прекрасная принцесса, и рыцарь не мог допустить, чтобы мерзкие твари надругались над ее прекрасным телом. Вообразив, как поганый безродный срывает с Сандрии ее чудесные розовые трусики, Исмаил воспрял духом (больше, увы, было нечем) и бросился напролом.

Драться двуручником в плотном окружении не представлялось возможным. Исмаил отбросил меч и принялся дубасить орков кулаками, а некоторых и покусывать забралом. Безродные, ощутив скорую победу, осмелели и перестали трястись перед нежитью. Каким бы загробным жителем он не был — убить его можно и это произойдет в течении нескольких секунд.

Дверь избы, которую рыцарь перестал подпирать, резко распахнулась. Первой в атаку бросилась Стрела. Схватила ближайшего орка за ногу, рванула на себя, опрокидывая, и вцепилась в горло. Следом выбежал Рансу с топором наперевес. В сенях остались девушки-лучницы, пуская во врагов снаряд за снарядом. Тут-то вся безродная смелость и улетучилась. Внезапная контратака обратила разбойников в бегство и те помчались вниз по дороге, сверкая пятками.

Товарищи провожали их стрелами, правда, больше для острастки. Пока не услышали громкий лязг. Измятый, как угодившее под копыта ведро, и окровавленный рыцарь протянул к Сандрии перчатку и тихо сказал:

— Кажется, я умираю.

* * *

— Сделай что-нибудь! — воскликнула Тарша, тряхнув Рансу за плечо.

— Что например? — огрызнулся эльф. — Тут не лекарь нужен, а кузнец.

— Среди вас есть кузнецы? — обратилась девушка к стоящим рядом крестьянам. Те покачали головами, и лишь один старик заявил, что может попробовать вправить вмятины. При виде его здоровенного боевого молота Исмаил почувствовал себя значительно лучше. По крайней мере в привычном тоне велел «огурцам» отойти прочь.

— Я нежить, — прошелестел рыцарь, печально коснувшись перчаткой нагрудника. — И обычные средства бессильны. Лишь один ритуал в силах поставить меня на ноги.

— И какой же? — недоверчиво протянул эльф.

— Поцелуй прекрасной девушки…

— Ох, ну началось! — Рансу всплеснул руками. — И эта прекрасная девушка, разумеется, моя Сана. Да?

Исмаил погрозил пальцем.

— Твое неверие развеет чары ритуала. Пошел вон отсюда!

— Сана не будет тебя целовать и точка!

— А с каких это пор ты стал за нее решать? Ты ей кто, отец?

— Нет, но…

Тарша утробно рыкнула.

— Давайте я его поцелую! Раз вы такие неженки!

— Тебе нельзя!

— Почему это? Разве я некрасива?

— Красива. Для всяких извращенцев вроде Шайна.

Сандрия устала от грызни, грозящей перейти в драку, наклонилась и чмокнула доспех в забрало. До того лежавшая ничком железка пришла в движение, загудела как ветер в пещере, и поднялась на ноги.

— Ну вот. А ты сомневался.

— Жулик, — фыркнул Рансу, скрестив руки на груди. — И вымогатель.

Крестьяне, вдоволь насмотревшись бесплатным балаганом, поинтересовались, что делать дальше. Ведь безродные наверняка вернутся, и, скорее всего, не одни.

— Нужно строить заставу, — ответил Исмаил. — Нужны бревна, так что разберите пару ваших шалашей.

Крестьяне ответили, что скорее разберут рыцаря, чем свое жилье, построенное потом и немалой кровью. Доводы о том, что без заставы они лишатся вообще всего поселка, упертых стариков не вразумили. Пришлось буквально на ходу придумывать новый план.

— Тогда несите свои запасы, — распорядился доспех. — Морковь, картошку, что вы там выращиваете. Только в мешки все сложите.

Старики здраво рассудили, что утыканный стрелами и малость потоптанный урожай все же сгодиться в пищу и разошлись по домам. Верхние хуторяне тоже присоединились к общему делу. Несколько минут спустя по дороге загрохотали груженые телеги. После под чутким руководством бывалого ветерана варвары принялись складывать из мешков баррикады. Получились две стены высотой в орочий рост по обе стороны дороги. Перед ними воткнули вилы, косы и простые остроги, чтобы