След менестреля - Андрей Астахов

лицо. Оно было по-детски спокойным и необыкновенно красивым. И я снова заплакал. Не от отчаяния, от боли.

- Она не умрет, - сказал женский голос.

Я вздрогнул, обернулся. У одного из камней стояла Алиль.

- Не плачь, Ллэйрдганатх, твоя гаттьена не умрет, - богиня сделала шаг в мою сторону. – Ты извлек серебряную пулю, и разрушительное действие серебра прекратилось. Ее рана скоро заживет.

- Надеюсь, - я вытер слезы. – Кроме надежды у меня ничего нет.

- Я пришла не успокаивать тебя, Кириэль. Ты боишься потерять Уитанни, и я поняла это сегодня. Ты искренне и горячо любишь ее, и она привязалась к тебе. Странный союз гаттьены и человека, такого прежде никогда не бывало. Я сама удивлена.

- Что ж тут удивительного?

- Ты прав. И я хочу сказать тебе вот что, Ллэйрдганатх: когда придет время, я могу снять с Уитанни оковы Служения, и она станет обычной женщиной. Не гаттьеной. И вы сможете иметь детей, если захотите. Но есть нечто, что ты должен знать. Твоя цель – вернуть де Клерка в ваш мир и вернуться туда самому, ведь так?

- Да, Алиль.

- Уитанни не сможет последовать за тобой воротами Омайн-Голлатар. Это неминуемо убьет ее. Она дитя нашего мира, и ей не дано его покинуть.

- Я не смогу взять ее с собой?

- Да, Кириэль. Это правда. Ты человек необычный, такой же, как и твой отец. И тебя, и его цепь событий связала сразу с двумя мирами, этим и вашим. Ты сможешь покинуть Элодриан, но тебя ждет выбор – либо навсегда остаться в этом мире и сохранить любовь Уитанни, либо покинуть нас и расстаться с Уитанни навечно. Это не моя прихоть, Ллэйрдганатх. Законы мироздания суровы и незыблемы, и ни богам, ни людям их не изменить. Подумай над моими словами.

- А де Клерк?

- Ты знаешь ответ на свой вопрос. Де Клерк обязан вернуться обратно, в ваш мир, иначе все мы погибнем. Погибельная тень Айтунга окончательно накроет Элодриан, погрузив нас в вечную тьму. Даже тебе этого не остановить.

- Алиль, - произнес я, захваченный новой мыслью, - ведь если де Клерк вернется обратно в свой четырнадцатый век, в то время, когда он еще не встретил колдуна Тейо, я не смогу родиться. Меня просто не будет. Ни в моем мире, ни в вашем. Ведь он мой отец.

- То, что случилось, уже случилось. Возвращение де Клерка домой не отразится на тебе, Ллэйрдганатх. Оно остановит действие Духа разрушения. Не мучай себя напрасными страхами.

- Я не боюсь, - сказал я, глянув на безмятежно спящую Уитанни. – Но ведь и я, если останусь в вашем мире, могу невольно принести в него дух нашего мира!

- Нет. – Тут Алиль улыбнулась. – Вы с отцом слишком разные. Не жди рассвета. Уитанни нужна помощь, и Даэг может ей помочь. Возьми лошадь и вези ее в Лиден-Мур. Чем быстрее ты привезешь ее к Даэгу, тем быстрее она поправится.

- Спасибо тебе, Алиль.

- За что?

- За правду.

- Спеши, Ллэйрдганатх, - богиня начала таять в воздухе, превращаясь в полупрозрачный, колышущий силуэт. – Приходит время твоей главной битвы…

Глава 11

Глава одиннадцатая

- Она будет жить, - сказал Даэг ан Грах, выйдя из шатра, где лежала Уитанни. В руке у него была фляжка. Эльф поднес ее к губам, сделал глоток и передал мне. Крепкий душистый самогон ударил в небо и теплом разлился по моим внутренностям, согревая и успокаивая.

- Я верю в это, - я вытер рот рукой и отдал фляжку эльфу. – Но я боюсь неожиданностей.

- Гаттьены живучи, - ответил Даэг. – Их жизненная сила кроется в животворной магии Алиль, которой щедро напитана наша земля. Но в этот раз ее спасло чудо. Ты вовремя извлек пулю. Еще немного, и магия серебра убила бы ее.

- Вот она, - я протянул ему пулю, извлеченную из тела Уитанни. Старый эльф взял ее двумя пальцами, поднес к глазам.

- Даже не предполагал, что серебро может быть таким смертоносным, - произнес он. – Но все логично. Дух разрушения последователен во всем. Ты передал нам секрет альдорской стали, а наши враги узнали об убийственном воздействии серебра на гаттьен. Вполне предсказуемый поворот событий.

- Это из нашей мифологии, Даэг. В моем мире считается, что оборотня можно убить только серебряной пулей или серебряным клинком.

- В твоем мире есть оборотни?

- Иногда мне кажется, что их даже больше, чем хотелось бы. Только не все могут увидеть их истинное звериное обличье.

- Я понимаю, о чем ты говоришь, - старый эльф вернул мне пулю. – Подари ее Уитанни. Пусть носит на шее, как талисман.

- Это все Маргулис, - со злобой сказал я. – Даже не сомневаюсь в этом. Он их просветил.

- Маргулис?

- Человек, из-за которого я попал в ваш мир. Но я вернул ему долг с процентами.

- Может быть, ты ошибся, убив его, - неожиданно сказал эльф. – Но я не могу тебя осуждать. Это был бой, а в бою мы мыслим иначе.

- Да, - сказал я, - точнее, не мыслим совсем. У меня был исцеляющий посох, а я даже не вспомнил о нем. И чуть не погубил Уитанни.

- Это было замешательство. Не вини себя, Ллэйрдганатх.

- Даэг, я хочу видеть ее.

- Успокойся, во имя вечности. Она в порядке. Но уж если не веришь мне, то иди. Я буду в своем шатре.

Уитанни лежала на койке, укрытая меховым одеялом до подбородка, и была в сознании: увидев меня, он улыбнулась и попыталась поднять голову, но я жестом велел ей лежать неподвижно. Придвинул табурет, сел рядом, взяв ее теплые пальчики в свою ладонь.

- Уитанни не мрать, - сказал я, чувствуя, что у меня опять закипает в горле. – Все хорошо, солнышко мое.

- Уитанни а-тарр круанн, - ответила она слабым голосом.

- Да, немножко болеешь, но ты обязательно поправишься. И мы снова будем