Убийство в Тамбовском экспрессе - Валентина Андреева

— Если она была закрыта, то как мы оказались на этих стульях? — парировала подруга, заерзав на сиденье. — Я первая вошла, но ключей у меня нет. Готова вывернуть все карманы, можете проверить.

«Выключатель» ответить не успел — в коридоре вспыхнул свет и мужской голос властно спросил:

— Кто здесь?

— Свои! — мысленно откликнулась я, обрадовавшись возможности сменить компанию. Надоел бандит в маске со своими претензиями до невозможности.

— Я же говорю, что входная дверь открывается автоматически. Не квартира, а проходной двор, — в свою очередь обрадовалась Наташка, ободренная тем, что «Выключатель» мягко отпрыгнул к дверному проему, ведущему в прихожую.

Повторный вопрос был достаточно громким, чтобы его услышали все, и сопроводился коротким глухим хлопком, в результате которого в коридоре погас свет. Почти сразу стало ясно: при открытых глазах темнота не является абсолютной. Свет проникал с улицы сквозь незашторенное окно комнаты. Ну а дальше мы с Натальей мгновенно слетели со стульев на пол и стульями же прикрылись. Если бы еще временно оглохнуть, честное слово, я ощутила бы полный комфорт. А из коридора доносился шум яростной борьбы, оранжируемый тяжелым роком, навязанным соседями. Дикая пляска смерти.

Наталья попыталась выудить из кармана мобильник, чтобы потихонечку, «под шумок», вернее, яростный шум схватки, вызвать милицию, но помешал стул, выступавший в роли ее телохранителя. Впрочем, он помешал не только Наташке. Один из противников, кажется, «Выключатель», от мощного толчка соперника пролетавший мимо, споткнулся о Наташкины ноги и прихватил стул с собой. Вместе они врезались в стенку и распались. Стулу не повезло больше, чем его «захватчику», судя по характерному треску, он рассыпался. Человек моментально вскочил и, не выпуская из рук спинку стула, прямолинейно ринулся на врага, в свою очередь готовящегося дать последний и решительный бой. По-хитрому. Согнувшись почти пополам, он по-кошачьи мягко перемещался из стороны в сторону, сбивая «Выключателя» с толку. Несмотря на относительную темноту, у меня зарябило в глазах и возникло непреодолимое желание их закрыть. Я бы и закрыла, но помешала какая-то шмотка, прилетевшая из эпицентра схватки. Это навело меня на мысль, что противники скоро начнут швыряться мебелью, что крайне вредно для нашего с Наташкой здоровья, а посему следует немедленно очистить помещение от своего присутствия. Наташка это тоже поняла, причем без всяких материальных намеков (шмотками в нее не бросались), и благоразумно откатилась ко мне — посовещаться. Совещание длилось всего несколько секунд. Арена борьбы бесспорно переместилась в угол комнаты, и ее участникам было не до зрителей. Зачем они победителю? Едва ли ему нужен лавровый венец, тем более что лаврушка давно потеряла свой венценосный имидж, превратившись в обыкновенную кулинарную приправу. Кстати, надо бы пакетик прикупить. Приобретенный по случаю прошлогодний веник лавра благородного общипан полностью, по сути он стал голиком… О чем это я? Ах, да… О том, что ни я, ни Наташка никогда и никому не навязывались.

Прокладывая себе путь моим стулом, мы оперативно выползли в коридор, где подруга на ощупь подхватила свою оброненную волею обстоятельств сумку.

— Блин, открытая! Так и знала! — расстроилась она на самом тихом уровне громкости. — Ир, я встаю и бесшумно беру на себя дверь, ты ползешь до упора, зондируя пол руками. Может, у меня что-нибудь из сумки вывалилось. Нет! Не надо. Лучше ногами. Здесь что-то хрупает, наверняка лампочку и плафон пристрелили, осколки разлетелись. Эти придурки умные, позаботились о своей безопасности в плане порезов и перебрались в комнату. Слышишь, как мужественно лупцуются? Без слов и стонов. Шипящие матерные выражения не в счет.

— Правильно, — согласилась я, пытаясь отделаться от стула. Как ни поверну, везде сплошные ножки. — Нецензурщину и словами-то грешно назвать. На месте бойцов я бы переняла положительный опыт телевизионщиков и заменила ее пиканьем.

Неожиданно появился отвратный запах. Кажется, кто-то из бойцов применил газовый баллончик. А может, это от страха защипало в носу.

Под напором подруги дверь открылась, высветив узкое пространство коридора и обеспечив мощный доступ к ушам музыкальных раскатов. Наташка просочилась наружу. Не мешкая, я стартовала за ней, нечаянно пнув то, что в порядке очередности под обе ноги подвернулось. Сначала под правую, потом под другую. Как мне показалось, достаточно весомое. Подозрение пало на фонарь «Выключателя», и хотя полной уверенности не было, я прихватила этот предмет, вдруг он выпал из Наташкиной сумки. Заодно я прихватила с пола еще что-то мягкое и буквально вывалилась в коридор. Что именно покинуло квартиру вместе с нами, я определила позднее — на досуге, полеживая на ледяном асфальте, и то частично, а пока судорожно вытащила из сапога ключи и передала Наташке. Она мгновенно закрыла дверь на все замки и удивленно уставилась на свою сумку. Однозначно закрытую.

— Бывает, — утешила я ее. — Стереотип мышления. Тебя зациклило на якобы открытой входной двери, вот и кажется, что все вокруг, включая сумку, нараспашку. Главное, ты сейчас правильно воспользовалась ключами. Пусть ребята пока сами с собой разберутся. Наедине. Оба не правы. Вломились в чужую квартиру без приглашения и устроили там… Уверена, до убийства не дойдет. Иначе бы «Выключатель» вырубил не лампочку, а… Словом, убирай ключи, не будем выносить крупногабаритный сор из избы в места общественного пользования. Для этого есть эти… как их обзывают… А, «мусора»! Не знаешь, за что их так? Впрочем, не ломай голову. Вернее сказать, «мусорщики». Жаль, скоро сменят кличку. Сейчас вызовем, и пусть они выступят в качестве миротворцев. Вызов лучше сделать на свежем воздухе и не со своего телефона. Надо срочно с кем-нибудь познакомиться в скверике и попросить мобильник. Ой! Кусок моей шапки из-под какой-то тряпки выглядывает. Неплохое сочетание — желтое с коричневым. Даже не заметила, когда шапку потеряла.

— Тебе повезло, — убирая ключи в сумку, вибрирующим голосом заметила подруга. — Я голову потеряла и не заметила. Наверное, потому, что ей пришлось в шапке париться. Перегрелась. Ты не знаешь, чего мы тормозим с бегством?

Я нагнулась, чтобы застегнуть сапог, и тут заявил о себе «сор из избы». Кто-то из противников с силой ломанулся в закрытую дверь, пытаясь ее открыть. Отшатнувшись, Наташка потеряла ориентацию и закружилась на месте, а я едва не ткнулась носом в свою шапку, оброненную на пол. Действительно, ну что мы здесь торчим? Трезво мыслящие особи на нашем месте давно бы уже сверкали пятками на безопасном от погони расстоянии.

Подхватив всю кучу разом и отметив ее тяжесть, я благоразумно отложила вопрос рассортировки на «потом». Ноги оказались умнее головы и сами понесли на улицу. По пути успела кинуть клич: «За мной!» Именно в этот момент и оборвалась громобойная музыка, а из соседской квартиры со смехом высыпала разноголосая толпа молодежи. «За мной» вниз по лестнице проследовали все, кроме Наташки. В отличие от меня, ноги у нее подчинялись только голове. Подруга прибыла на первый этаж с оказией — лифтом, в то время, когда меня с судорожно прижатым к груди матерчатым свертком уже выносило из подъезда вместе с «основным составом». На улице Наталья еле отбила меня от развеселой компании, ударившейся в хороводную пляску. Шлепнувшись в снег, я едва не потеряла свою ношу. Выронила ее позднее, когда с Наташкиной помощью встала на ноги и, отряхиваясь, автоматически взглянула на окна покинутой квартиры. Привыкшая к порядку Наталья чертыхнулась, подхватив шмотки, сунула мне, напомнив, что нельзя разбрасываться чужими вещами и надо быть скромнее — я совсем не бронзовая «Венера», чтобы любоваться на тот фонарный столб, которым прикидываюсь, никто не будет.

Беззвучно открывая и закрывая рот, я пыталась привлечь внимание подруги к захватывающему зрелищу: с балкона покинутой нами квартиры вниз по веревке скользил кто-то из противников. На уровне между первым и вторым этажом он спрыгнул и исчез в кустах.

До родного дома мы с Наташкой неслись без оглядки, будоража выгуливаемых в сквере собак. Самые настырные, выйдя из-под контроля хозяев, явно признали в нас вожаков стаи, почетным эскортом скакали по обе стороны, радостно облаивая всех встречных и поперечных. Чуть поотстав, со свистом и адресованными питомцам и нам гневными призывами немедленно остановиться, бежали хозяева.

Мы уже вышли на финишную прямую, когда меня попытался сбить с ног какой-то придурок, ринувшийся наперерез. То ли не видел, куда летит, то ли видел и принял нас за весьма сомнительных особ, которых следует задержать. Вбил в себе в голову, что пару лет назад мы у него кошелек украли. Попытка перехвата ему не удалась, уже отмечала, что мои ноги сами по себе мыслят не хуже головы. Я в них запуталась чуть раньше и растянулась на дороге во весь рост за несколько метров до добровольного народного дружинника. Вставать не хотелось. Так и лежала, подмяв под себя свою ношу. Какая никакая, а все передышка, с детства не люблю физкультуру и спорт.