Молла Насреддин - Автор Неизвестен -- Народные сказки

— Зачем возводишь на нас напраслину? — спросил один из них. — Слава Аллаху, никто из нас не скряга.

— Если этот человек говорит правду, — воскликнул Насреддин, — то прости меня, о боже, за напраслину.

Потом он уселся в их круг и стал есть за двоих, но никто не смел и пикнуть.

Большой аппетит

Насреддин велел жене:

— Я пойду в баню помыться, а ты приготовь вкусный обед.

Жена приготовила обед, но нежданно приехал гость, и они, не дожидаясь Насреддина, съели все, что было. После полудня вернулся Насреддин и попросил жену принести поесть, а жена говорит ему:

— Ты устал, поспи пока, отдохни, а потом поешь.

Насреддин послушался жену, прилег, а жена, как только он уснул, собрала со дна кастрюли остатки и намазала ими губы, усы и бороду мужа. Когда Насреддин проснулся, он опять попросил есть, а жена отвечает:

— Какой же ты рассеянный. Ведь не успел еще губы вытереть от обеда!

Насреддин потер рукой около рта — и правда, на губах у него крошки и сало.

— Наверное, — сказал Насреддин, — у меня сегодня хороший аппетит. Ну, принеси хотя бы кусочек хлеба, хочу заморить червячка.

Как Насреддин превратился в своего отца

Когда Насреддин был молод, он однажды забрался в постель молодой мачехи.

— Чего тебе надобно? — спросила она, пораженная.

— Да ты разве не видишь? —спросил он. — Я — это мой отец.

 Бегство от смерти

Насреддину захотелось расколоть орех, но тот выскочил из-под камня.

— Слава Аллаху, — сказал Насреддин, — все стараются убежать от смерти, даже неодушевленные предметы.

Отсутствие аппетита

У Насреддина остановился гость из дальнего города. Насреддин расстелил скатерть, положил на нее несколько лепешек и пошел за кушаньями. Пришел он с едой, а от хлеба и следа нет. Он снова пошел за хлебом, а когда вернулся, то от еды ничего не осталось. Он оставил на скатерти лепешки и опять отправился за едой, вернулся, но хлеба не оказалось. Так повторялось несколько раз: приносил он хлеб — не находил еды, приносил еду — не находил хлеба. Гость съел все, что было приготовлено на всю семью. Наконец Насреддин спросил его:

— По каким делам ты выехал из дому?

— Вот уже давно я страдаю отсутствием аппетита, — сказал гость. — Я поехал, чтобы вылечиться. В вашем городе хороший климат, вода очень хорошая. Вот я и решил на обратном пути домой погостить у тебя с месяц.

— Хоть мне и очень приятно принимать тебя, — сказал Насреддин, — к сожалению, через два дня я должен покинуть город. Не думаю, чтобы впредь я удостоился счастья принимать тебя.

Угощение без продолжения

Насреддин был на угощении у правителя. Когда поели, его спросили:

— Ну, каков обед?

— Очень плох, — отвечал Насреддин. Правитель пришел в гнев, а Насреддин стал оправдываться:

— Вы не спросили меня, почему кушанья были плохие!

— Почему же? — спросили придворные.

— Кушанье без продолжения всегда плохое, — сказал Насреддин, — так как приятные воспоминания о нем сводят на нет всю приятность. Если эмир хочет, чтобы его угощение было приятным для нас, то велит приготовить и ужин.

Корысть

Насреддин с приятелем отправились в соседнюю деревню. У каждого была одна лепешка. Приятель говорит ему:

— Давай закатим пир на славу.

— Да у нас всего ведь две лепешки, — отвечает Насреддин. — Если у тебя нет какого-нибудь корыстолюбивого плана, давай лучше пусть каждый съест свою лепешку.

Будьте милосердны к моей семье

На одном угощении после ужина принесли вареные бобы. Хотя Насреддин проявил свои богатырские силы во время ужина, он яростно набросился и на бобы.

— Если будешь так налегать на бобы, — говорят ему, — то может получиться несварение желудка, а там недолго и умереть.

Насреддин раздумывал некоторое время, а потом говорит:

— Если умру, будьте милосердны к моей семье.

И с прежним рвением принялся за бобы.

Христианин-еретик

Во время христианского поста Насреддин пришел к одному христианину и видит, что тот ест мясное блюдо. Насреддин, не долго думая, уселся рядом с ним и тоже стал есть.

— Разве ты не считаешь наше мясо поганым? Как ты можешь есть его? — поинтересовался христианин. Насреддин на это ответил:

— Не стоит волноваться. Среди мусульман я — такой же еретик, как ты среди христиан.