Северная корона - Георгий Реймерс

Отец не раз говорил: «Гляди, какая невеста растет! Вот закончишь археологический, а она — лесной, в самый раз свадьбу играть».

Прохор улыбнулся. Хорош у него батя, всем взял. И здоровьем, и силой, и умом, недаром к нему в тайгу ученые приезжают советоваться, а вот привычки, однако, устарели. Кого в жены брать, он и сам без отцовской помощи решит. Жить-то с ней ведь ему, а не бате.

Мысли Прохора снова вернулись к действительности. Кто мог думать, что такое получится? Вот уж никогда не мечтал очутиться на чужой планете! Что будет на Земле, когда они вернутся? В живых, поди, мало кого из друзей и родных застанешь. Сколько лет там прошло с тех пор, как они улетели? Ленка, однако, давно замуж вышла, детей, наверное, растит. А батя? Старый ведь он был тогда…

Прохор поморщился и тряхнул головой. Стоит ли об этом думать, все равно ничего не изменишь. Даже, если сейчас вылететь на Землю и то, пожалуй, попадешь ко внукам. Верно Алексей с Игорем говорят. Раз уж прилетели, незачем спешить обратно. Лучше как следует ознакомиться с новой планетой, с ее цивилизацией. Прохор перевернулся на другой бок и закрыл глаза. В голове одно за другим проходили последние события. Значит, лоны такие же, как и мы, только более развитые умственно. Татане зря сказала, что Аола не отличается от нашей женщины. Однако вместе купались, разглядела. Прохор усмехнулся нескромным мыслям. Недаром Игоря к ней тянет, словно медведя на пасеку. Только кто его знает, что получится? Уж очень эти лонки серьезные, особенно Лоэма… А как она хороша! Вот это действительно была бы… Нет, не стоит мечтать. С ней и поговорить-то не пришлось как следует. Гордая!

А что если вызвать ее, по переговорному аппарату? Прохор взял свой «Иояни» и смутился. Что ей скажу?

Но желание увидеть Лоэму было столь велико, что он все-таки решился. Была не была, вызову. В случае чего — извинюсь, скажу захотел проверить аппарат… А может, не надо?.. Но отступать было не в его правилах. Прохор поднес «Иояни» к виску и постарался возможно точнее воспроизвести в памяти образ Лоэмы.

Секунда, другая… Время идет. Наверное, у нее снят аппарат. Ладно, в другой раз. Прохор невольно почувствовал облегчение. Опустив руку, он откинулся на ложе, но тут же вскочил. Перед ним, в полумраке, возник образ руководительницы Ниры — Станции Космических Перелетов. Лоэма смотрела на Прохора внимательно и, как ему показалось, чуть насмешливо. Из ее фиолетовых глаз струилась какая-то гипнотическая сила. Она покоряла и подавляла волю. У Прохора язык присох к небу. Понимая, что не сможет сейчас ничего сказать, он старался во что бы то ни стало выдержать взгляд Лоэмы. Для него это было вопросом чести. «Хоть бы сама заговорила, что ли», — мысленно взмолился сибиряк. Но Лоэма, не произнося ни слова, сощурилась, Прохору показалось, что весь блеск ее огромных глаз сконцентрировался в двух острых, как у лазера, лучах. Они вонзились ему в зрачки и причиняли почти физическую боль. Непроизвольно прикрыв глаза ладонью, он услышал легкий звук, похожий на приглушенный смешок. Прохор вспылил. Да что за черт! Оробел перед инопланетной бабенкой! За это три шкуры с него спустить и то мало!

Отняв руку от лица, сибиряк выпрямился и шагнул вперед. Он не шут и никому не позволит смеяться над собой, даже ей! Прохор поднял на Лоэму сузившиеся от гнева глаза… И резкие злые слова застряли у него в горле. Сурово-холодное лицо Лоэмы расцвело. Голубые губы приветливо улыбались. Из глаз струился теплый переливчатый свет. Они манили к себе и ласкали.

— Лоэма! — забыв обо всем, Прохор протянул руки, как бы желая обнять прекрасный образ.

Видение исчезло. Только на его месте, в пространстве, угасало слабое фосфоресцирующее сияние.

— Чего бродишь, как лунатик? — раздался из угла заспанный Левин голос. Если выспался, — уходи и не мешай.

Прохор медленно подошел к своей постели.

— Да-а, дела, — проговорил он.

— Что еще стряслось? — недовольно проворчал Лева.

— Сон кошмарный приснился.

— Какой?

— Тебя во сне увидел. Давай-ка спи, не болтай языком.

Время на Лоне летело быстро. Хорошо отдохнув, эфовцы стали знакомиться с окрестностями «приюта пятерых», как окрестил Лева отведенную им резиденцию. Это легкое ажурное здание, утопающее в кущах причудливых растений, располагалось у моря. Никаких других зданий или сооружений поблизости не было. Друзья купались, гуляли по лесу, с интересом разглядывали невиданных, совершенно ручных животных и птиц. Одним словом, осваивались.

Аола посещала их часто. Она прилетала на небольшом ходолете с восходом Зеленой звезды, и после завтрака все отправлялись в Зал Первичных Знаний. Так именовалась большая просторная комната. Здесь была стереоскопическая телеустановка, библиотека видеопленок и многое другое.

Показывая видовые и научные фильмы и делая пояснения, Аола знакомила людей с пейзажами планеты, культурой, бытом лонов, главными достижениями их цивилизации.

После обеда Аола обычно оставляла эфовцев одних, но просила без нее не делать ничего выходящего за рамки намеченного распорядка. Иногда, по просьбе кого-нибудь из людей, обычно Игоря, она оставалась и вместе с ними ходила по окрестностям.

Друзья узнали, что планету населяет единый народ. У лонов не было национальностей, государств и денежного обращения. Высокие технические достижения исключали какие-либо нехватки. Единая автоматизированная система снабжения полностью освободила обитателей планеты от бытовых забот. Каждый, не выходя из дома, мог получить все необходимое для жизни.

Автоматически управляемые ходолеты, способные передвигаться по воздуху, суше и воде, являлись по первому требованию, стоило только нажать кнопку карманного вызывного аппарата.

Лоны не строили города. Все жилые здания у них размещались в лесопарках, около крупных энергетических узлов и предприятий. Ходолеты и другой транспорт позволяли каждому быстро прибыть куда нужно.

Лоны, как правило, получали универсальное образование, но если кто-либо желал углублять свои знания и специализироваться в узком направлении, никто ему не препятствовал. Каждый волен был выбирать профессию и трудиться там, где считал применение своих способностей наиболее полезным.

Во главе общества стоял Высший Орган Управления, в который избирались наиболее способные и одаренные.

Как-то, после очередного сеанса показа, друзья вместе с Аолой пошли на прогулку.

— Вот она, осуществленная мечта человечества! — восторгался Игорь, вспоминая увиденное в Зале Первичных Знаний. — Когда мы сможем посмотреть все это в натуре? — спросил он шедшую рядом Аолу.