Северная корона - Георгий Реймерс

Заложив руки за голову, Лева лежал и глядел в потолок. Собственно, потолка, как такового, и не было. Сквозь прозрачный свод было видно, как по глубокому синему небу — медленно плывут облака. Кучевые, белые, совсем как на Земле, но только с зеленым оттенком. А снизу розоватые. Это восходит Оранжевая. Странно здесь все!

— Ну и жарко снаружи! — отдуваясь, проговорил вошедший Игорь. — А красота там какая! Эх вы, лежебоки! Отсыпаться, что ли, сюда прилетели?

Ни слова не говоря, Лева повернулся к стене. Он явно был не в духе.

— Куда же идти? Ты сам говоришь, что жарища, — улыбнулся Алексей.

— Вообще-то долго не выдержишь, но выйти посмотреть можно. А здесь, как в раю! — Игорь расстегнул скафандр и с наслаждением подставил грудь веющему от решетчатой стены ветерку. — Ну как, Левушка, нравится резиденция?

— Великолепная! Вместо потолка — небо, плюнуть и то некуда. Вместо порядочной кровати — гибрид матраца с кушеткой. А вместо…

— Эй, братва, пошли обедать! — раздался бодрый бас.

— Может быть, завтракать? — спросил Игорь, глядя на восходящую Оранжевую через огромное в полстены окно.

— По мне хоть и ужинать, было бы что жевать, — усмехнулся Прохор.

— Куда идти? — поинтересовался Алексей.

— В кафе-автомат. Я здесь обнаружил такую точку общепита. — Прохор подошел к Леве и, ухватив его пониже спины, высоко приподнял. — Вставай, фелис лео!

— Да отпусти же! — взвизгнул тот, болтая ногами в воздухе.

Прохор тихонько опустил его на пол.

— Вечно у тебя дурацкие выходки! — проворчал, поднимаясь, Лева. — Обедать! Сказал тоже! От этих пилюль любой фелис так дойдет, что и мышей ловить перестанет.

Прохор хитро улыбнулся.

— Однако сегодня меню поинтереснее.

— Да ну! — обрадовался Игорь. — Какое приготовлено угощение?

Не успел Прохор ответить, как створки двери разошлись. На пороге стояли Аола и Тата.

— К вам можно?

— Пожалуйста!

— Где это вы пропадали?..

Онемев от восхищения, Игорь залюбовался прекрасной женщиной Лоны. Если и в скафандре она поражала своей красотой, то теперь…

Вскинув голову, увенчанную искрящимся, похожим на диадему, украшением, Аола подняла на Игоря огромные синие глаза. Что с ним? Взгляд неспокоен, лицо залито румянцем. Почему он так пристально смотрит?

Легкая полупрозрачная одежда, окутывая Аолу зеленоватым туманом, не скрывала очертаний ее фигуры. Похожее на тогу платье, спускаясь с плеч, облегало высокую грудь, талию и свободно спадало, оканчиваясь выше колен. На маленьких ногах изящные туфли. Словно забыв, что перед ним женщина иного мира, Игорь даже не пытался подавить охватившее его чувство восхищения и любви.

Аола поняла его состояние, и ее щеки поголубели. Она смущенно опустила голову. Из-под пышных дымчатых волос сверкнули разноцветные искры диадемы.

Глядя на Тату, одетую, как и Аола, но только в ткань сиреневого цвета, Алексей испытывал те же чувства, что и Игорь, если не сказать больше.

Увидев, что пауза слишком затягивается, Тата преодолела смущение и напустилась на парней:

— Что молчите! Пригласили бы хоть присесть!

Все уселись. Друзья стали слушать Аолу. Она сказала, что сперва их ознакомят с историей Лоны, возникновением и развитием цивилизации. Аппаратура показа, установленная в Зале Первичных Знаний, запрограммирована и готова к действию. В свободное время они могут осматривать окрестности, привыкать к особенностям природы и климату. Как правильно распределить свое время, пользоваться бытовой автоматикой и переговорными аппаратами, словом, все возникающие вопросы она, Аола, будет им разъяснять. Потом они посетят различные места планеты, ознакомятся с главными техническими достижениями лонов, предприятиями, научными и культурными центрами. Лоны надеются, что люди тоже расскажут им о своей планете.

— Конечно! — воскликнул Игорь. Он был в восторге, что у них такой прекрасный «гид», а главное — Аола почти все время будет с ними.

— Я понял, — продолжал он, — что мы увидим все поверхностно. Ваши достижения пройдут перед нами, как в кинофильме. А нельзя ли ознакомиться поглубже, перенять опыт, как у нас говорят.

— Для этого нужно затратить много труда, — ответила Аола. — Тот, кто хочет у нас учиться, должен надолго остаться здесь. Пока об этом говорить несвоевременно.

— Скоро ли мы можем вернуться на Землю? — задал Алексей давно мучивший его вопрос.

— Мы отправим вас обратно, когда пожелаете. Лоны никого не принуждают.

— Однако, как говорит мой лучший друг, — кивнул Лева в сторону Прохора, мы сюда попали, выражаясь мягко, не совсем по своей воле.

— Я не принуждала вас улетать с Земли, — ответила Аола. — Вам было предложено, и вы вошли в звездолет добровольно.

— Попробуй не войди! — усмехнулся Лева. — В пустыне без воды долго не протянешь. Что же — подыхать нам?

— Перестань! — оборвал Алексей.

— Не надо так, — мягко сказала ему Аола. — Теперь я вижу, что поступила неправильно. Но я не знала, что у вас нет возможности вызвать нужный транспорт.

— Почему же вы на Земле предпочли отмалчиваться. Не лучше ли было объясниться с нами сразу? — не унимался Лева.

— Я была в скафандре. Шлем является преградой для мысленных контактов.

— А потом, в ракете, когда сняли шлем?

— Там вы были ошеломлены и на объяснения пришлось бы затратить слишком много времени. Отлет не следовало задерживать.

— Да перестань ты, наконец! — взорвался было Алексей и осекся под укоризненным взглядом Аолы.

— Все получилось хорошо, — подытожил Игорь. — Мы рады, что попали сюда. А на него, — указал он на Леву, — не обращайте внимания. Этот парень одержим духом противоречия. Ему всегда хочется спорить.

— Сейчас мне гораздо больше хочется плотно поесть и как следует выспаться, — поправил его Лева.

— Однако ты уже несколько раз принимался спать. Сколько же можно?

Лева смерил Прохора негодующим взглядом.

— Разве это сон? Спать днем и маленькими порциями способен только кот.

Все рассмеялись. Аола встала.

— Лоны не теряют время на длительный сон. Вы тоже к этому привыкнете, сказала она. — Но небольшой отдых иногда бывает нужен. Вам сейчас приготовят укрепляющий бассейн и одежду. Потом примете пищу и отдохнете в комнате для сна, — сказала она и вышла.

— Хм, одежду! — Лева покосился на Тату. — Ты что, так и будешь щеголять в этом сверхлегком наряде? — Ему было неприятно, что она решилась одеться слишком, по его мнению, фривольно.

Тата вспыхнула, но сдержалась и спросила: