В объятиях тьмы - Александра Айви

— Можно заняться этим как-нибудь попозже. — Шей не смогла удержаться и быстро поцеловала его в щеку, прежде чем броситься к двери. — А сейчас мне интересно, что спрятано в той шкатулке.

— Черт побери! — В библиотеку ввалился Леве. — Чем это тут воняет?

Он был поразительно бестактен!

Седовласая ведьма расставляла свечи по кругу. Не поднимая головы от своего занятия, она ткнула в него узловатым пальцем.

— Придержи язык, горгулья, не то приклею его тебе к нёбу, — проворчала она.

Зашипев, Леве начал сверлить старуху злобным взглядом.

— Ведьма! Мерзость какая! Кто ее сюда звал?

Прислонившись к стене, Вайпер с удовольствием предвкушал, как ведьма превратит горгулью в тритона, помидор или что-нибудь, лишенное дара речи. Но, взглянув на встревоженное лицо Шей, Вайпер схватил Леве за его нелепый хвост и попытался удалить с поля потенциальной битвы. У Шей и без того сейчас полно забот. К чему ей еще беспокоиться, что сейчас ее любимца превратят в жабу.

— Предлагаю тебе закрыть рот или убираться, Леве, — прошипел он ему на ухо. — Кажется, наша ведьма не отличается ангельским терпением.

— Что она делает?

— Пытается открыть шкатулку вон там, на столе.

— Открыть шкатулку? — Воздев руки к небу, Леве решительно двинулся к столу. — Мой Бог! Это и я могу сделать.

— Стой. — Вайпер ухватил его за извивающийся хвост и потянул назад. — Мы не уверены, что на ней нет чар.

— Ох! — Воцарилась благословенная тишина, пока Леве переминался с ноги на ногу. — А что в шкатулке?

— Разумеется, мы не знаем.

— Это займет много времени?

— Сколько нужно, столько и займет.

— А мы не можем пока перекусить?

Он встряхнул Леве. Уж очень велико было искушение его просто придушить.

— Леве, заткнись.

— Ну, могли бы подать закуски, если придется ждать всю ночь.

— Если ты голоден, почему бы не отправиться на кухню и не поискать что-нибудь съедобное?

Горгулья вздрогнул от отвращения:

— Там нет ничего, кроме крови и какой-то жидкой зеленой гадости.

— Тогда закажи себе еду.

— Пиццу? Что-нибудь греческое? — Его глаза радостно заблестели. — О! О! Я знаю! Как насчет…

Наклонившись, Вайпер схватил его за рожки и приподнял, оказавшись с ним нос к носу.

— Возьми телефон, Леве, сделай заказ, да смотри, чтоб ноги твоей здесь не было, иначе я лично оторву твои дурацкие крылья.

Благоразумно пятясь к дверям, горгулья всплеснул руками.

— Клянусь Иисусом, к чему угрозы? Какие они раздражительные, эти вампиры!

Раздраженно переминаясь с ноги на ногу, Вайпер сложил руки на груди.

— Я закончила. — Торжественно взмахнув рукой, ведьма загасила многочисленные свечи. — Можете открывать шкатулку.

Казалось, самый воздух застыл, когда Шей медленно откинула крышку и достала из шкатулки смятый конверт.

— Адресовано мне, — шепнула она посреди гробового молчания. Подняла голову, огляделась по сторонам и глубоко вздохнула. — Прошу меня извинить, но я должна одна прочитать это письмо.

Затем она повернулась и вышла. Вайпер бросился вслед. Он не собирался оставлять ее одну. Рука Данте легла ему на плечо, вынудив остановиться.

— Вайпер, думаю, тебе следует уважать ее желания, — прошептал Данте так тихо, что лишь друг мог его услышать. — Ей точно не понравится, что ты врываешься, когда она хочет побыть одна.

— Слишком опасно…

— Здесь Шей в безопасности. Дом хорошо охраняется от демонов, а на случай появления людей есть сигнализация.

Вайпер тихо простонал:

— Не люблю чувствовать себя беспомощным.

Данте сухо рассмеялся:

— Привыкай, старик. Женщины обожают выставлять нас беспомощными идиотами.

Вайпер зло прищурился:

— Спасибо за помощь.

— Просто дай ей немного времени. Пока она в нашем доме, с ней ничего не случится.

— Хорошо. Но недолго.

Он принялся мерить шагами огромную библиотеку. К черту Данте и его логику, от которой можно сойти с ума! К черту такт и доводы разума! Как ужасно долго тянется время! Краем глаза он видел, как Данте уехал, чтобы отвезти ведьму назад в ее общину, и как Эбби принесла поднос с теплой кровью и молча поставила его на письменный стол.

Куда, черт возьми, запропастилась Шей?

Через час ожидания терпение Вайпера лопнуло. Выбежав из библиотеки, он ураганом пронесся по дому в поисках своей драгоценной Шалотт. По правде говоря, он никак не ожидал, что поиски затянутся. Она должна быть или у себя, или в оранжерее — это ясно.

Но очень скоро Вайпер понял, что ее нет ни там ни там.

А потом обнаружилось, что ее нет вообще нигде в доме.

Не на шутку встревоженный, Вайпер вернулся в отведенные ему комнаты и разыскал крошечный амулет. Он ни на минуту не сомневался, что Шей придет в ярость, когда ее заставят вернуться, словно собаку на поводке. Но сейчас Вайпер был готов к тому, чтобы выдержать ее гнев.

Вайпер сжал амулет в пальцах и почувствовал, как он нагревается. Через десять минут в комнату ворвалась рассерженная Шей. Злое лицо, но глаза красные и распухшие от слез.

— К черту, Вайпер! — зашипела она. — Отпусти.

— Нет. — Сунув амулет в карман, Вайпер бросился к ней, не скрывая волнения. — Тебе слишком опасно убегать.

Она обхватила себя за плечи.

— Я не так глупа. Я не собираюсь убегать, пока на меня идет охота. Просто мне нужно побыть одной.

— Поговори со мной, малышка, — взмолился он. — Скажи, что было в письме?

Она долго молчала, и Вайпер начал думать, что она и не ответит. Она долго жила одна. Слишком долго. Она отвыкла доверять другим.

— Письмо от моего отца.

Глава 16

— От твоего… отца?

— Да.

Вайпер, казалось, тщательно обдумывает ответ, словно разговаривал с дурочкой. Хотя, может быть, она и была такой.

— Но ведь это должно было тебя порадовать?

Шей проглотила комок в горле.

— Это он наложил на меня проклятие.

Протянув руку, Вайпер погладил ее по лицу.

— Разве ты можешь знать наверняка? А вдруг это какой-то фокус?

— Нет. Это правда. В письме говорится — он сделал это, чтобы меня защитить.

Он больно сжал ее подбородок:

— Что?

— Он знал, что его кто-то преследует, но не знал, кто и зачем. Он пишет, что проклятие должно было спрятать меня от врагов.

— Спрятать?

— Проклятие было барьером, за которым демоны, как правило, не могли меня видеть.

Вайпер обдумал ее слова.

— Да. Полагаю, ему это удалось. Почти сто лет никто и слыхом не слыхивал о Шалотт. Тем не менее игра была опасной и безнадежной. Ведь он оставил тебя на милость Эвора.