Аль! Пу-пух… - Руслан Алексеевич Михайлов

сделал очередной шаг. Громадный змей шактир окончательно выправился и с грозным шипением пополз навстречу врагу. Еще несколько мгновений, и в воздухе засвистели многочисленные стрелы и магические разряды, направленные на пожирателя и стоящих на нем троих смельчаков, если не считать коня.

— Вот дьявол! — выкрикнул Завва. — Берегись!

Вокруг него вспыхнул купол отрицания, еще через секунду в него ударило несколько десятков стрел и три разорвавшихся огненных шара. Взревел пожиратель, принявший своей черной гнилой древесиной большую часть повреждений — как туловом, так и корнями, часть из которых он поднял и сомкнул в виде стены перед сидящими на бронированном коне рыцарем и ребенком.

— Вот это жизнь! Вот это схватка! — обрадованно завопил Некроз, и вместе с ним вопила Инвазия. — Завва! Готовься! По моему сигналу ты уберешь заслон!

— Надо уходить! Бежать!

— От кого? От горстки презренных сарацинов? От никчемных трусов? Ни в жизнь!

— Ни в жизнь! — поддержала его и Инва. — Мы должны их всех убить! Убить! Убить! Обязательно убить!

Удар! Треск, шипение, грохот, крики, вопли — все смешалось в момент, когда две громадные твари столкнулись под пологом древнего леса. Во все стороны полетели ошметки коры и чешуя. Вокруг шактира сомкнулись корни-щупальца, а сам змей начал оборачиваться вокруг пожирателя, беря его в убийственный кольцевой захват. При этом площадки поверх панцирей шактира так же приближались к пню, что позволило стрелкам бить в упор. И они не пожалели огненных стрел — за пару секунд на пень обрушился яростный пылающий ливень, затопившийся его злобным прожорливым огнем. Затрещала воспламенившаяся древесина. Пень полыхнул, уподобившись еще бьющемуся мертвецу, отправленному на огненное погребение.

Пожиратель закричал… вибрирующе и протяжно, наполнив Темный Край жалобным эхом, от звука которого тревожно закачались старые многовековые деревья, узнавшие в крике темной твари голос своего давно умершего товарища… А деревья в древнему лесу опасны… они неподвижны лишь до поры до времени, а на самом же деле они спят и лениво сосут соки из земли. И коли они вдруг оживут… Но сейчас мало кто думал о таящейся в старых деревьях опасности. Внимание гостей Темного Края было сосредоточено совсем на другом.

— Да мы горим! Да мы пылаем! — взревел в полном восторге Некроз. — И едкий дым нам в глотки лезет! Сама война пришла за нами и принесла пожар с собой! Вот этот день мне кажется прекрасным! Завва! Убрать заслон!

— Чтоб тебя! — поник маг и его руки окутались черным дымом.

Сплетенная из обугленных и тлеющих корней стена разошлась в стороны. Не успели враги радостно закричать, как свозь брешь прорвался гигантский конь с грозным всадником, пред которым сидело странное создание в трехрогом шлеме, держащее в руках целую гирлянду пузырьков. Не промедлив и мига, боевой конь прыгнул вперед, с легкостью преодолев разделяющее пень и шактира расстояние в несколько метров.

К ужасу седоков шактира всадник оказался прямо на спине змея!

И словно таран рванулся вперед, молотя бронированными копытами по чешуйчатой спине.

Первую площадку, заполненную магами, конь пролетел мгновенно, благо два брошенных копья разбили навешенные щиты, открыв скакуну дорогу. Кого-то смяло лошадиной грудью и копытами, но большинству удалось уцелеть, они остались позади, когда всадник промчался дальше. Однако радовались они недолго — на дне площадки быстро растекалась и курилась цветным паром большая лужа.

— Что за?.. — удивленно спросил один из игроков, глядя, как его ладони покрываются густой белой шерстью.

— Черт! Уходим! — закричал кто-то еще, переваливаясь через перила и летя вниз.

Глупец — от болезни «снежное лихо» так просто не убежишь, она уже успела глубоко запустить коготки в твою трусливую цифровую душу. И вскоре накроет тебя белой шерстью целиком.

Конный рыцарь продолжал мчаться по спине шактира, причем Некроз без устали призывал все новые копья, вонзая и вонзая их словно адский частокол глубоко в змеиную спину. Пришла очередь кричать шактиру… Яростное шипение слилось с вибрирующим ревом пожирателя, обе гигантские твари судорожно тряслись. Летели к земле дымящиеся щепки и сорванная покореженная чешуя. В воздухе звенел ликующий детский смех, едва слышно раздавался звон тонкого бьющегося стекла. Клубы ядовитого дыма будто живые и разумные существа стремились расползтись в стороны и схватить в страшные объятия как можно больше жертв. При каждом прикосновении рождалась новая болезнь — она мгновенно вонзала цепкие коготки в тело несчастного. Некоторым заболевшим повезло — безумный конный рыцарь убил их до того, как они успели воочию лицезреть ужасные метаморфозы собственного тела. Другим так не посчастливилось.

Шерсть возникла там, где должна быть обнаженная кожа. И наоборот — внезапная плешивость привела в уныние обладателей роскошных чубов и челок. Пальцы слиплись вместе. Или вовсе сжались в кулак — и попробуй разожми! А о том, чтобы спустить стрелу с тетивы или же взять в руку меч, не могло быть и речи до тех пор, пока не выздоровеешь. Все больше кричащих, рычащих и воющих тел летело вниз со спины судорожно трясущегося шактира, чей уровень жизни стремительно летел к нулю.

— Трусливые мерзкие твари! — кричал рыцарь Некроз, щедро раздавая удары и пинки. — Никчемные темные порождения, посмевшие посягнуть на святое! Вы все умрете здесь! Не суждено вернуться вам домой! Не суждено обнять жен и мужей! Я очищу вас от скверны! Освобожу ваши грешные души из гниющих заживо тел! И они воспарят! Воспарят к небесам на высший суд!

Полубезумный рык бронированного берсерка пронял многих. Некоторые игроки впечатлились настолько, что предпочли избежать столкновения с этим воющим и орущим двуногим зверем, похожим на выходца из ада, обещающего всем лютую смерь и посмертные муки. Ведь он такой же, как они — игрок! — и при этом он совсем другой. Какой-то более… настоящий…

С длинным тоскливым воем прочь убегал тот, кто совсем недавно был «местным» стрелком-наемником. Это был средних лет светловолосый эльф с синими глазами, белозубой улыбкой и стройным телосложением. Сейчас под пологом крон древних деревьев с диким воем и рыком бежало нечто ужасное, более всего похожее на трехметровую мускулистую гориллу с чудовищными клыками, пылающими синим огнем глазами, всю обросшую густой зеленой шерстью. Это уже не разумный. Это воющий дикий зверь, несущийся прочь со скоростью скачущего во весь опор породистого жеребца. Никто не успел, да и не хотел останавливать превратившегося в больного зверя эльфа —