Великая Восьмёрка - Данил Манонин

в раздевалку, где уже висела форма. Она представляла собой облегающий комбинезон с перчатками и носками. Не прошло и пяти минут, как я была готова.

Дальше путь шёл через стеклянный коридор. В окне красовались площадки с оборудованием, учёными, ходящими, как муравьи из угла в угол и что-то создающими. Мне стало жутко любопытно, что уже получилось создать у учёных СССР. Я люблю свою Родину, и не упускаю шанс возгордиться ей.

Наконец, коридор пройден. Мы вошли в одну из палат. Она была совсем непохожа на обычную больничную палату. Была просто огромной. Там, казалось, находится всё возможное для жизни: кровать, письменный стол, шкаф, кресло, диван, даже декоративный камин. Из палаты ещё одна дверь вела к операционной.

– Можете отдохнуть. – уходя, заявил Старец. – Вся палата в вашем распоряжении. У вас 3 часа, а потом мы приступим к процедурам.

Он вышел. Все учёные покинули палату вслед за ним. Я осталась в одиночестве посреди огромной комнаты. И нашла бы, чем заняться, но эти неизвестные препараты не давали покоя. Меня клонило в сон. Недолго думая, я прыгнула на кровать и, укрывшись, заснула…

– Таисия, Таисия! Проснитесь! Нам пора! – сквозь сон слышался знакомый голос. – Вы проспали лишний час, вас уже заждались!

Я начала пробуждаться ото сна, открыла глаза. Передо мной стоял всё тот же пожилой учёный. У него в лице замечалась еще большая строгость, чем раньше. Этот взгляд заставил сон пройти мгновенно. Я встала с кровати, думала спокойно пойти за Старцем. Но последний быстро схватил меня за руку и куда-то повёл. Я не успевала за ним, из-за чего хватка старика всё больше сжималась.

– Доктор! – жалобно проговорила я. – Вы сжимаете мне руку! Мне больно!

– Замолчите и шевелитесь!

– Что произошло? Почему мы так торопимся?

– Мы не должны ждать, пока вы соблаговолите прийти! На кону успех всей операции!

Сколько не пыталась я вытянуть из Старца хоть одно слово о происходящем, у меня это не вышло. Он лишь больше сердился и грубил. В итоге я решила на время замолчать, чтобы окончательно не вывести старика из себя. Хотя не понимала, что именно его так выводит.

Мы прошли мимо указателей с надписями «Морг», «Операционные» и «Склад». Я начала догадываться: меня ведут в одно из этих мест. Вдруг очередной указатель «Склад» свернул в сторону крепкой железной двери. Старец же прошёл мимо него. Остались морг и операционные. Спустя минуту блужданий по лабиринтам исследовательского центра мы дошли до развилки. Указатели здесь расходились в разные стороны. Ах, да! Ну куда ещё можно вести меня, как не в операционную? Ведь Старец сказал: «приступим к процедурам». Это значит, что старик просто хотел отвести меня на процедуры, но перед этим перенервничал от всей этой тяжкой работы. И потому так груб, и нетерпелив. Всё логично!

На миг полностью успокоившись, я была поражена неожиданным поворотом событий. Старец свернул в сторону с указателем «Морг». Всё внутри затряслось. Я никогда не видела трупов вживую, да и те трупы, которых я видела по телевизору, всегда вызывали у меня страх и отвращение. Я всегда думала:

– Как можно показывать такое широкой аудитории? Ладно я, но ведь это смотрят и дети…

Мне ничего не оставалось делать, как морально подготовиться к не очень приятному зрелищу. Одна мысль о встрече с телами умерших вызвала у меня невольную тошноту. Вот, уже видна эта злосчастная дверь в царство мёртвых…

Старец на скорости с шумом открыл дверь. Я зажмурилась. Напрасно… Морг был абсолютно пуст, ни единого трупа. Я смахнула со лба каплю пота и с облегчением выдохнула.

– Доктор, что мы тут делаем?

– Идём в лабораторию…

– В лабораторию?

– Да, в лабораторию! Тут достаточно тихо, чтобы расслышать?!

– Почему вы грубите?!

– Я сказал замолчать!

Старик в два шага подбежал к стоящему у стены шкафу, начал открывать ящики. Открыв один из них, он в секунду с грохотом выбросил всё содержимое наружу и провёл мизинцем по дну. Нащупав маленькую кнопку, он нажал. Стена напротив шкафа дрогнула и зашипела. Старец надавил на стену, та открылась, словно дверь. Смотря на всё это, я не знала, что и думать…

– Д-Доктор, вы… меня пугаете…

– Плевать. Заходите внутрь!

– Нет, постойте! – я собрала всю уверенность в кулак. – Я никуда не пойду, пока не смените тон и не объясните мне, куда вы меня ведёте!

– Как же ты надоела! Я не обязан ничего объяснять!

– Тогда простите, я отказываюсь от этого! Проводите меня до выхода! Впрочем, я и сама постараюсь найти, не могу больше находиться в вашей компании!

Я чуть ли не бегом вышла из морга и пошла по коридору, но Старец догнал меня довольно быстро. Для своих, на вид, шестидесяти он неплохо сохранился. Мне на зло… Он обхватил меня, начал тянуть обратно в морг. Я старалась вырваться, повторяя:

– Отпустите! На помощь!

Старец, видимо, окончательно потеряв терпение, сильно ударил меня по лицу.

– А ну заткнись! Ты пойдёшь со мной. И хватит крутиться!

– Нет! Я никуда не пойду! Пустите!

– Столько денег потрачено! Тебя никто не спрашивает!

– На помощь!

Ещё один удар. От боли я ненадолго встала в ступор. Старец с силой начал затаскивать меня. Так, через пять минут я уже лежала, привязанная к медицинскому креслу.

– Какая же ты, девчонка, упрямая! – буркнул он. – Сколько я с тобой возился!

– Развяжите меня! Вы псих!

– Может быть, ты и права… Я просто очень люблю свою работу…

– Когда я выберусь отсюда, вам несдобровать!

– Хе-хе-хе… Это вряд ли. Когда ты выйдешь отсюда, ты уже не будешь той Таисией… Тебя не узнает никто, если вообще увидит…

– Вы монстр! У меня есть родственники… и муж! Они будут искать меня!

Старец начал листать стопку исписанных листов.

– Да, да, да! Муж, значит? Это тот, который Виктор? Тот, с которым вы в том месяце поженились? Или предыдущий, Иосиф? Три года совместной жизни, развод после громкого скандала… М-да… Тебе 29! И уже два брака. О времена, о нравы! Моя дочь вышла замуж в 27, и уже 20 лет живут душа в душу. Учитесь, молодёжь! Та-а-ак, а что это тут?! Ты знакома с Виктором всего четыре месяца?! Ха! Ещё лучше… И предложение он тебе сделал только из-за того, что ты забеременела от него…

– От… Откуда вы знаете? Впрочем, это не так! Да, я беременна, но Виктор любит меня!

– Да, пожалуйста… Пусть, хоть молится на тебя! Всё