Бастард - Тимур Вычужанин

— Вы в порядке, сир? — окликнул бастарда менестрель, на ходу натягивая сапоги и заправляя в них уже надетые цветастые штаны.

— Да, вполне, благодарю, — Адриан вежливо кивнул барду и собирался пойти по своим делам, но молодой музыкант не собирался его оставлять.

— Ух ты, знатный у вас меч! Хоть и в простеньких ножнах, но всё равно сразу видно, что это славное оружие! — воскликнул юноша. Бастард поспешил одёрнуть свой плащ, чтобы тот прикрыл ножны.

— Ничего необычного, качественных клинков сейчас полно. А теперь, позвольте, мне нужно…

— Вы идёте в «Кость и Стрелу»? К старому Лерджи? Нас с вами по пути, — бард широко улыбнулся и, застегнув последние пуговицы на простеньком чёрном кафтане без рукавов, плохо сочетающимся со штанами, потянул бастарда ко входу в вышеупомянутую таверну.

Обычно в таких заведениях, где собираются исключительно бравые вояки, жутко душно и вообще довольно противно. Всё время слышится нецензурная брань, звуки драки и залихватские похабные песенки, но это место просто ломало установленную систему. Общий зал был настолько опрятным, насколько это было вообще возможно в тавернах. Ни одного сломанного стола, ни одного пьяного, валяющегося под этим самым столом. Наверное, сказывалось то, что в Сарте не было простых наёмников, все они были либо выходцами из Зала Мечей, где на первых же занятиях учили манерам и сдержанности, что роднило всех воспитанников с паладинами Антара в Ланде, либо членами Объединения Вольных Стрелков, которые вообще предпочитали вести себя тише воды, ниже травы, из-за чего некоторые могли недооценить их мастерство, но, как говорится, самый опасный враг тот, кто думает, слушает и молчит. Нельзя сказать, что Адриан был разочарован, можно даже утверждать обратное, но то, что он удивился это, безусловно, чистой воды правда. Молодой бард тут же протащил принца мимо двух составленных между собой столов, за которыми на длинных скамьях сидели одетые в обычную повседневную одежду горожан воины. То, что они воины, можно было без труда определить по оружию, висевшему у них на поясе или стоящему рядом. Они с аппетитом ели, утоляли жажду элем, мёдом и пивом из больших кружек, рассказывали друг другу шутки и истории о свершениях. Часто раздавались раскаты смеха, но не громоподобного и безобразного, к коему привык уже принц, часто путешествуя инкогнито по своему королевству и останавливаясь в придорожных тавернах. Этот смех был искренним, но каким-то не таким, вежливым что ли. За столиками поменьше сидели вольные стрелки. Они, в отличие от рыцарей Зала Мечей, никогда не расставились со своими лёгкими и удобными доспехами, как и с зелёными плащами. Разве что сейчас на их головы не были накинуты капюшоны, и можно было понять, что они о чём-то тихо говорят хотя бы по едва шевелящимся губам. Из дальнего угла таверны, где была небольшая пристройка, примерно равная двум комнатам здесь, доносились звуки, привычные для тех, кому приходилось видеть кулачные бои: удары, тяжёлое дыхание и торжествующие крики победителей, наравне со стонами побеждённых. Вошедшие не вызвали у мирно обедающих путешественников никакого интереса, лишь подтянутый, но старый уже человек в сером фартуке поднял на них глаза. Бард приветственно махнул ему рукой, но хозяин таверны лишь грустно усмехнулся и покачал головой.

— Я слышал шум на улице, тебя выставила за порог Зильда?

— Не за порог, я вылетел из окна подобно птице, ощипанный, но непобеждённый, — гордо заявил бард и стукнул себя кулаком в грудь. Улыбка, красовавшаяся на его лице, могла свидетельствовать о том, что этот полёт был величайшим триумфом в его жизни.

Лерджи снова покачал головой.

— Эх ты, пора бы тебе уже покидать Тирнад, дурень. Если тебя в Школу не приняли, то тебе тут ничего уже не светит, сам знаешь. У тебя даже лютни нет, какой из тебя бард?

— Лучше, чем все эти обалдуи, напялившие на себя нелепые наряды и шапки с перьями, да считающие себя теперь великими музыкантами и поэтами. Они не стоят даже моего плевка в их сторону! — вспыхнул тут же юноша. Этот маленький бард выглядел очень забавно, несмотря на то, что в его глазах полыхал настоящий праведный гнев.

— Ладно-ладно, — старик поднял руки, но было видно, что неудачливый молодой человек его ни капли не убедил, в глазах Лерджи он всё ещё оставался всего лишь маленьким бардом, — ты сегодня снова собираешься снимать тут комнату и обедать? У тебя деньги ещё остались? — юноша презрительно фыркнул.

— Если бы у меня оставались деньги, то это значило бы, что я был плохим мужчиной для Зильды.

— Будь ты действительно мужчиной, то взялся бы за голову, а не вылетал из окон и дверей чуть ли не каждую неделю. Но суть всё та же, у тебя деньги есть? — юноша повесил нос и покачал головой. — Тогда прости, но мне придётся тебя выпроводить. Ты и так уже порядком мне должен, а старику Лерджи тоже надо на что-то жить, да и личность твоя уже слишком во многих местах засветилась. В других заведениях тебя бы даже на порог не пустили, а я жалел, думал, что ты одумаешься, но нет, поэтому, ещё раз прости, но если нет денег, то и ночлега тебе не видать.

Бард провёл рукой по урчащему животу.

— И даже не покормишь по старой дружбе? — Хозяин вздохнул и хотел уже крикнуть что-то жене, в поте лица трудящейся на кухне, но тут юноша развернулся и направился к выходу. — Ну и Бартас с тобой! Мне не нужны твои подачки, я и сам справлюсь!

Адриан догнал его уже в дверях, когда бард хотел в последний раз обернуться и процитировать какую-то обвиняющую фразу, предназначенную хозяину таверны, чтобы пробудить в нём лучшие человеческие качества и в случае, если это не подействует, призвать на его дурную голову гнев богов. Юноша удивлённо посмотрел на спутника, про которого уже забыл, но не спешил сменить гнев на милость.

— Чего тебе? Тоже решил посмеяться надо мной? Ничего, я ещё всем вам докажу, что я великий бард!

— Я хотел предложить заплатить за тебя… — спокойно начал Адриан, но его тут же снова прервал взвинченный юноша.

— Не нужно мне ничьей помощи! — принц удивлённо поморгал, но быстро пришёл в себя.

— Тогда будем считать это услугой за услугу. Я помогу тебе, а ты мне.

— И какую же помощь я должен буду тебе оказать?

— Расскажешь мне о посетителях таверны, пока мы будем обедать, — небрежно бросил бастард первое, что пришло в голову.

Бард тут же оживился и с радостным видом снова потащил принца к сойке. Лерджи был не мало удивлён, снова увидев одного из не самых любимым постояльцев, да ещё и с каким-то неизвестным типом, который не хотел отрывать своего лица, хоть и не был вольным стрелком, т. к. носил не лук, а меч. Старик подозрительно сощурился.