Воланд де Морт - Константин Владимирович Денисов

class="p1">— Точно! — я тоже мгновенно вспомнил этот разговор, — и как это могло вылететь у меня из головы? Вот ведь сукин сын!

— Смотри! — Маша указала мне на пол. Комнату ровно пополам делила толстая красная линия. Я её сразу заметил, но сначала не придал ей значения.

— Ты думаешь, она здесь не просто так? — спросил я, — думаешь, это граница?

— Ага! — сказала Маша, — там его зона, а здесь наша!

— И что, эту границу переходить нельзя? — спросил я.

— Думаю, что да, — кивнула Маша.

— А кому нельзя, ему или всем? — уточнил я.

— Наверное, ему, — тоже озадачилась Маша, — если нам будет нельзя, то как же мы тогда доберёмся до выхода?

— Логично, но не очень справедливо, — сказал я, — или всё же он тоже может пересекать эту черту, когда заварушка начнётся, и эта граница работает только до того момента, пока её кто-то не нарушит?

— Не знаю, — растерялась Маша.

— И я не знаю, — вздохнул я, — и боюсь, что мы этого так и не узнаем, пока уже не будет поздно, и это знание не будет играть никакой роли.

Мужик стоял перед дверью, иногда перекидывая топор из одной руки в другую, и как будто бы нас не замечал. А если и замечал, ему было наплевать на наше присутствие.

— Может попробовать шагнуть за линию, — сказала Маша.

— Погоди! — осадил я её, — это нужно будет делать, только когда мы будем готовы активно действовать. Потому что интуиция подсказывает мне, что как только граница будет нарушена, вечер перестанет быть томным.

— Что? — не поняла Маша.

— Начнётся конфликт, который уже остановить будет нельзя. И шаг обратно за красную линию не поможет, — сказал я.

— Ты уверен? — спросила Маша.

— Не на сто процентов, но, судя по всему, это так. Иначе было бы слишком просто. Мы могли бы изматывать его, шагая туда и обратно. И у нас было бы слишком широкое пространство для манёвра. А судя по всем предыдущим локациям, местные фантазёры, которые всё это устроили, обратно откатывать ситуацию обычно не дают. Если я ошибаюсь, поправь меня, но я не помню места, где мы могли бы вернуться и переиграть, — сказал я.

— Да, такого вроде бы, в самом деле, не было, — задумчиво сказала Маша, — так что делать?

— Придумать, как его завалить, — сказал я, — и дело это сложное, но реальное. Судя по всему, он туповат. Немного на автопилоте существует. Это и есть наш шанс, потому что без магии наших сил с ним справиться не хватит. Ты посмотри только, какая гора мяса!

Маша вдруг направилась вперёд, прямо к этому бугаю.

— Ты далеко? — спросил я её удивлённо.

— Не волнуйся, дальше, чем хватит поводка, не уйду, — обернувшись, ответила она, — хочу попробовать с ним поговорить. Не переживай, красную линию я переступать не буду.

— Ладно, — согласился я, — дерзай!

И направился следом, потому что, длинны тросика ей бы не хватило, чтобы подойти к красной линии, и пришлось бы кричать издалека. А при установлении доверительного контакта всё же лучше находиться поближе.

— А вдруг красная линия, это никакая не граница, и она ни от чего его не удерживает? — вдруг обернулась Маша, и в глазах её был испуг, — мы же сами это предположили, но ведь точно-то не знаем!

— Если что, бежим назад, к летающим ножам, — сказал я первое, что пришло в голову.

— Да? — скептически посмотрела на меня, Маша, — ладно! — однако сказала она и пошла к красной линии.

Я держался метрах в трёх позади, на максимальном расстоянии, которое позволял тросик. Не хотелось отвлекать на себя внимание. То, что Маша сможет каким-то образом очаровать этого гиганта, было чуть ли не единственным шансом отсюда выбраться. Как его можно победить, я не представлял. И идея с ножами тоже была так себе. Ведь надо будет нам самим их быстро преодолеть в обратную сторону, а с наскоку можно и самим попасть в мясорубку.

— Эй! — крикнула Маша, остановившись, не доходя метр до красной линии.

— А? — вздрогнул здоровяк и посмотрел на неё мутным взглядом.

— Как тебя зовут? — уже спокойнее сказала Маша, добившись, что на неё обратили внимание.

— А? — тупо глядя на неё, спросил здоровяк.

— Имя у тебя есть? — терпеливо спросила Маша, — вот меня Маша зовут! — и она приложила ладошку к своей груди, — а тебя? — и она вытянула к нему руку ладонью вверх.

— Ня? — после паузы спросил здоровяк.

— Тебя, тебя! — обрадованно кивнула Маша, посчитав, что диалог худо-бедно начался, — Маша, — она снова приложила ладонь к своей груди, а потом опять протянула к нему, вопросительно глядя в мутные глаза.

— Гора? — с вопросительной интонацией сказал здоровяк.

— Маша, — она снова приложила ладонь к себе, — Гора, — она протянула руку к нему, — Гора, — она указала на здоровяка, — Маша, — она снова коснулась себя.

— Маша! — не очень уверенно сказал здоровяк, вытягивая в нашу сторону топор.

— Маша, Маша! — радостно закивала кинетик.

— Гора! — здоровяк приложил топор к своей груди, и его губы тронула неуверенная улыбка.

— Работает! — радостно обернулась ко мне Маша, испытывая настоящий азарт от этого контакта, как будто нашла общий язык с инопланетной цивилизацией. Хотя большой разницы с происходящим и не было. Этот Гора был, в самом деле, как инопланетянин.

— Продолжай! — подмигнул я кинетику.

— Как дела? — спросила она у Горы.

— А? — уставился на неё он.

— Да, словарного запаса не хватает, — вздохнул я, — нужны вопросы, на которые можно дать односложные ответы, а не такие, на которые и нормальный то человек не знает, что ответить.

— Сейчас сам пойдёшь договариваться! — зашипела на меня обернувшись, Маша.

— Да нет, у меня не получится! — тут же начал отнекиваться я, — здесь девочка нужна!

— Тогда заткнись, умник! — шепнула она и повернулась к Горе.

Однако к совету моему прислушалась и начала формулировать вопросы, на которые можно было дать простые ответы.

— Ты охраняешь