Охота на миллиардера (СИ) - Мельникова Надежда Анатольевна

— Девочка моя, — плачет мама, врываясь в каюту, — ты такая красивая.

Наша свадьба на воде, как и обещал мой жених. Все настолько шикарно, что о большем мечтать трудно. Я никогда и не думала, что у меня будет именно такая свадьба. Романтичная вечерняя Москва, банкет в ресторане, свадьба на природе и свадебная прогулка по Москве-реке. В качестве изюминки — регистрация самим капитаном корабля.

— Сраный, долбанный, богатый говнюк! — неожиданно выдает Люба. — Он мог остановить это безумие, но он этого не сделал.

— Потому что он ничего ей не предложил, — поддерживает ее Надя, а моя мама непонимающе хлопает ресницами.

— Прекратите, я не знаю, о чем вы обе говорите, — поправляю фату.

Я заметно нервничаю, мое остренькое, сердечком лицо напряжено, мои миндалевидные глаза беспокойно оглядывают присутствующих.

— А я устала молчать! — пьет Люба, закусывая конфетами.

— Я тоже не могу делать вид, что все прекрасно! — вторит ей Надя.

— Ты влюблена, Вера! — кудахчет, словно курица в клетке Люба.

— Замолчите обе. Это не имеет никакого значения.

Боже, как же больно.

— Любовь не всегда взаимна, — вздыхает Надя. — Я всегда знала, что это чертово пари до добра не доведет. Он столько страданий ей принес.

— Девочки, белый цвет символизирует счастье, — мама берет шампанское. — У невесты сегодня самый счастливый день в её жизни, — встревает она, явно не понимая, о чем они.

— Боря — хороший человек, а Верке уже годов под сраку, тут уж и за осла пойдешь. Постепенно они научатся жить счастливо, детей нарожают. А Полянский только трахаться и умеет.

— Не смейте, произносить его имя.

Когда они говорят о нем. По коже то и дело проходит холодная дрожь, словно от прикосновения мохнатых лапок паука.

— Боже, все даже хуже, чем я думала, — села на кресло мама, — я видела, что Борю ты не любишь, но Полянский? Скажите, что это однофамилец.

Я опускаю глаза, смотрю на свои руки в кружевных перчатках.

— Вот откуда у тебя взялись деньги. Полянский — это что? Тот самый Полянский?

— Мама, это все неважно. Сегодня самый счастливый день, — мой голос срывается, — самый счастливый день в моей жизни.

— Миллионы женщин влюбляются не в тех парней, — подтверждает Люба.

— Почему мы обсуждаем это только сейчас, когда у меня фата на голове? — злюсь на подружек, которые молчали все эти долгие месяцы.

— Потому что мы все делали вид, что ты поступаешь правильно. Потому что Полянский — сволочь и говнюк, но ты так сильно влюблена, — рыдает Надя и получает-таки от меня букетом по башке.

— Я в порядке.

Вздыхаю и несколько минут просто стою и смотрю сквозь иллюминатор на воду, ни о чём не думая. Киваю головой и, подбирая подол, иду к отцу, который ждет меня на палубе яхты, чтобы подвести к импровизированному алтарю. Я выйду замуж за Бориса, потому что он готов отдать мне все, а не только член в дни, когда ему заблагорассудится. С Борей мне спокойно и легко, с ним тепло и уютно, он хороший человек и он признавался мне в любви.

Боря мне улыбается, и выглядит абсолютно счастливым. Под ногами лепестки, а в руках шикарный букет. Я знаю, что Боря не любит тратить лишние деньги, но ради меня он готов на все. Разве это не главное? И я двигаюсь по деревянной палубе к нему, своему жениху. Женщина в красивом синем платье и капитан корабля уже ждут нас, как и собравшиеся гости. Все восхищаются моим нарядом, ведущая начинает читать длинную речь. Боря хватает мою руку, вцепившись пальцами в ладонь в кружевной перчатке, он с любовью разглядывает свою невесту. А я смотрю на кромку берега, где золотистый город в свете угасающего дня встречается с рекой.

И в этот момент Люба начинает визжать и хлопать в ладоши, она изрядно набралась шампанского и коньяка в конфетах, ее немного качает. Движения расплывчатые. Все гости оборачиваются.

— Слава богу! Я уж думала этого никогда не случится.

К нашей яхте мчится агрессивная и мощная черная лодка. Невероятной, обтекаемой, почти космической формы, напоминающей доисторического крокодила. Она несется на огромной скорости и наверняка стоит баснословных денег. Такая же крутая, как ее хозяин, что стоит у штурвала в белой, обтягивающей фигуру футболке, легкой расстегнутой куртке и черных солнцезащитных очках.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я никогда не видела мужчину красивее. И по моей коже бегут мурашки, я дышу как будто задыхаюсь, и тесный корсет тут совсем не причем. Его лодка останавливается возле яхты. Я вытягиваю руку из смертельной хватки Бориса.

— Охрана! — кричит Борис. — Вы можете что-нибудь сделать?

Но на Бориса никто не реагирует. Все, открыв рот, смотрят на мужчину, что настолько хорош, что сердце останавливается. Я подхватываю свою юбку и иду к краю яхты.

— Что тебе нужно, Полянский? — мой голос дрожит, в нём зазвучат странные гортанные нотки.

Не могу себя контролировать рядом с ним. Никогда не умела. Я не в силах унять бешеное сердцебиение. Я мечтала, что надену это платье для мужчины, которого полюблю на самом деле. И кто же знал, что мне достанется учесть несчастной идиотки, влюбленной в самого большого говнюка в мире.

— Мне нужна ты, — кричит олигарх, раскидывая руки в стороны.

Качаю головой. Не верю. Ну не верю и все. По коже снова ползут мурашки. Он примчался за мной?

— Это неправда! — кричу ему в ответ.

— Правда! — улыбается своей шикарной улыбкой, стоя на чертовой дорогой лодке.

А я замираю. Я не знаю, что делать, я никогда не знала, что делать, когда оказывалась рядом с Полянским.

— Я не могу без тебя, Образцова! Иди ко мне.

— Я выхожу замуж, Полянский. Слишком поздно.

— К черту твою свадьбу! — цинично смеется олигарх, качая головой. — Ты ведь знаешь, я все равно заберу тебя отсюда. Слово «нет» не для меня.

Качаю головой.

— Верочка! Ты что? — подбегает ко мне Борис, пытаясь схватить за руки и оттащить от края.

Он больше не испытывает восхищения олигархом. Он просил рассказать, и я поведала правду, что у меня были с ним отношения. Боря расстроился, но принял это. А теперь этот подонок примчался, чтобы угробить наш день.

А я не могу дышать, я не могу жить, я не могу… Так сильно люблю другого. Просто люблю… Без причины, без смысла, без логики. Руки заледенели, сердце зашлось от сильных ударов. Гости в шоке наблюдают за происходящим.

Отхожу от края. Я выхожу замуж. Полянский не умеет любить. Его задавила жаба. Это не чувства. Нет у него чувств. Он не тот, кто мне нужен. Он променяет меня на другую уже сегодня вечером.

Глава 44

«Чужая свадьба, чужая свадьба,

Случайный взгляд, распахнутая дверь.

Чужая свадьба, чужая свадьба,

Ну вот и всё — ты замужем теперь».

Борисович сделал громче, специально включив в машине эту старую песню Андрея Державина. Дата на календаре впилась в сознание Полянского, как день, когда предательница Образцова должна была выйти замуж за Бориса. А тут еще водитель пятый раз по кругу слушал одну и ту же песню.

— Если Вам мешает, Руслан Владимирович, я могу убавить звук.

То, что водитель бессовестно топит за Образцову Полянский понял еще тогда, когда он стал нахваливать ее впервые. Ему почему-то нравилось, что его подчиненный из всех женщин выбрал именно Веру. Видимо красавица сумела пробраться не только в сердце самого олигарха, но и в сердце его персонала.

"Всё для всех на этом праздничном застолье,

Только, Господи, за что мне это всё? "

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Чужая свадьба» началась по шестому кругу, и Полянский отшвырнул от себя ноутбук. Он впервые в жизни страдал какой-то непонятной болезнью и ему это не нравилось.

Полянский изо всех сил старался о ней не думать, но она не отпускала его ни днем ни ночью. Сама лезла без спросу в голову, оставляя какую-то щемящую тоску. Слабость раздражала Полянского. Вечерами он мучился, плевал на это дело и шёл спать. Но уснуть не получалось, ни одному, ни в компании.