Командор - Алексей Волков

Бой на берегу тоже прошел почти без потерь. Странные поселенцы – или как их называть? – панически бежали после первого же залпа. Очень многих люди Озрика перехватили и уничтожили. По мнению сэра Джейкоба, зря. Лучше было бы продать их плантаторам на Барбадосе. И опять-таки, у многих поселенцев были при себе золотые украшения, а вот оружия, как ни странно, не было почти ни у кого. В итоге сэр Джейкоб потерял не более трех с половиной десятков людей, а поселенцев было уничтожено несколько сотен. Точный счет не вел никто. К чему?

Лишь в одном месте беглецам удалось положить на месте семнадцать человек – целый отряд. Сами же они оставили всего два трупа. Возможно, в том месте прорывалась группа их отборных воинов?

Честно говоря, сэру Джейкобу больше хотелось верить именно в это. Сталкиваться в лесу с людьми, умеющими нести потери в восемь раз меньшие, чем грозные флибустьеры, ему совсем не хотелось. Хватит и тех, кого он сегодня потерял в обмен на не очень богатую добычу.

На берегу, где находился лагерь неизвестных, пираты захватили шесть лодок, родных сестер сбежавшей, но заставить их двигаться не смогли. Самый тщательный осмотр не обнаружил никакого подобия весел. Странный винт на корме – вот и все. Но не могла же крохотная безделушка передвигать целую шлюпку!

Однако будь эти люди настоящими чародеями, разве позволили бы они уничтожить себя с такой легкостью?

Сплошные загадки! С десяток захваченных пленниц, как назло, не знали ни английского, ни испанского. Лопотали что-то на языке, которого не понимал ни один из матросов, и после коллективного использования были добиты без малейшего сожаления.

Ближе к вечеру стало известно о новых потерях. Кто-то из беглецов перебил шестерых матросов и освободил двух только что захваченных пленниц. Озрик, возглавив своих головорезов, сам отправился на поиски наглецов, но тем удалось скрыться в лесу.

Ночь прекратила поиски. Почти вся эскадра перешла к тому времени в удобную бухту, и лишь фрегат Ледера остался на якоре напротив захваченного лагеря. Сэр Джейкоб прекрасно понимал, что даже его авторитет не предотвратит неизбежную попойку. Если и есть в мире то, с чем бороться бессмысленно, то это пьянка на берегу после удачно завершенного дела.

Сэр Джейкоб тоже побывал на берегу. Он осмотрел диковинную одежду убитых, подивился ужасному бесстыдству женщин, принял активнейшее участие в дележе скудноватой добычи, заглянул в диковинные лодки и вернулся на свой фрегат.

Он сидел в своей каюте, когда-то казавшейся ему роскошной, и в одиночку наливался ромом. Сэр Джейкоб одним из первых спрыгнул на палубу плавучего дворца и лично прикончил троих обитателей железного чуда. Последний из этих троих, старый и толстый, тем не менее сумел проткнуть одного из флибустьеров багром, обратным движением вытащил из бедолаги комок кишок и попытался атаковать сэра Джейкоба. Даже несколько раз пронзенный капитанской шпагой, Фомич (его имени сэр Джейкоб, естественно, никогда не узнал) никак не хотел умирать и все пытался дотянуться до противника…

Но настроение командору испортил вовсе не отчаянный старик. Не он один такой – достаточно вспомнить подлого капитана потопленной позавчера каравеллы. Сэра Джейкоба потрясло совсем другое: роскошные помещения дворца, в которые он успел заглянуть. По сравнению с ними его каюта выглядела убогой, как халупа бедняка. А что за странные светильники освещали коридоры? Кое-кто пытался вытащить их из гнезд, но светильники немедленно гасли.

Ах, как было бы здорово привезти такие в родовой замок и удивлять гостей их ровным немигающим светом! Наверняка дворец был набит и другими сказочными чудесами, каждое из которых могло обеспечить сэра Джейкоба до скончания дней. И пусть даже все они действовали только на самом странном корабле – он бы нашел способ отбуксировать плавучий дворец к родным берегам и сделал бы его своей резиденцией.

Сэр Джейкоб представил, как вытянулись бы от зависти лица многих лордов, и тяжело вздохнул. Как жаль, что насладиться всем этим можно лишь в мечтах!

Но почему, собственно, в мечтах? Разволновавшись, сэр Джейкоб принялся покусывать мундштук трубки. Поселенцы явно имели самое прямое отношение к дворцу. Ведь их лагерь на берегу явно был временным – одни сделанные на скорую руку шалаши. Защита от дождя, но никак не жилища. Скорее всего, обитателям морского дворца просто захотелось немного отдохнуть на берегу, ведь любого моряка порой тянет на сушу.

Но раз люди высадились туда, чтобы отдохнуть, а настоящим их домом был дворец, то среди них должны быть и те, кто разбирается во всех этих чудесах. Механики или колдуны. Остается только отловить их, а уж там найдется способ восстановить хотя бы часть утраченного.

Черт бы побрал этого Озрика! Видел же, что беглецы безоружны, но в плен брать не стал. Правда, командор сам сказал ему, что пленных можно не брать. Да, промашка вышла… Как теперь узнаешь, не перебиты ли в суматохе самые знающие? Все покойнички выглядят одинаково.

И все-таки остров не настолько велик, чтобы на нем надежно спрятаться. Да и провианта у беглецов наверняка нет. Если подумать, то они просто должны гореть желанием сдаться, хотя бы ради надежды сохранить жизнь. А если они до сих пор и сопротивлялись, то лишь потому, что Озрик даже не пытался брать пленных.

Надо будет отрядить всех свободных людей на поиски уцелевших, решил сэр Джейкоб. Только пусть на сей раз берут живьем всех, кого найдут.

Однако, проснувшись поутру, сэр Джейкоб уже не был так убежден в правильности принятого вчера решения. Ночью многое видится иначе, но утром в дело вступает Его Величество Расчет.

Нет, конечно, попытаться отловить чародеев можно, но не следует забывать и об испанском галионе. Умеют ли беглецы творить чудеса, вопрос еще достаточно спорный, а вот полмиллиона песо – вещь вполне реальная. Только безумец рискнет упустить эту воистину королевскую добычу. А себя к сумасшедшим сэр Джейкоб не причислял. Он лишь благородный джентльмен, вынужденный тяжким трудом зарабатывать на хлеб насущный.

Командор позавтракал в полном одиночестве, выпил большую чашку кофе, подумал и вызвал на флагман своих капитанов.

Первым, как всегда, явился Озрик. Был он немного угрюм от вечерней неудачи и зол на весь свет. Смит и Хадсон прибыли вместе, со следами вчерашнего кутежа на лицах. Но и свою работу они вчера проделали безукоризненно.

Позже всех объявился Ледер. «Гром и молния» стояла на прежнем месте, а оттуда до бухты было не менее получаса ходьбы на шлюпке. Посыльному тоже ведь требовалось время, чтобы добраться до его фрегата.

– Итак, джентльмены, – начал сэр Джейкоб, внимательно оглядев собравшихся, – вчера мы наломали немало дров. Вернее не мы, а Озрик.

Капитан «Стрелы» вздрогнул и уставился на сэра Джейкоба недоумевающим взглядом. Уж он-то твердо рассчитывал на похвалу, а своей единственной ошибкой считал безуспешные вечерние поиски обнаглевших беглецов.

– Простите, сэр, но я не понимаю… – выдохнул Озрик. – Мы сделали все, что в человеческих силах.

– Перебив без толку прорву людей, – мрачно кивнул Фрейн. – Разве можно вредить самому себе?

И он вкратце обрисовал возможную ценность пленных. Капитаны слушали его внимательно, согласно кивали головами.

– Не может такого быть! – возразил Озрик. – Будь они чародеями, не попались бы так легко в ловушку! Да и умирали они без фокусов, как простые люди.

– Я говорю не о волшебниках, – пояснил сэр Джейкоб. – Я не знаю, кто эти люди. Продали ли они душу дьяволу, или помнят всеми забытые секреты древних ремесел, или же в самом деле знакомы с колдовством… Это мы могли узнать только от них. Кто был на плавучем дворце, тот поймет меня. Нигде не найти и сотой доли чудес, которые мы там видели!

– Разрази меня гром, если вы не правы, сэр! – воскликнул Хадсон. – Верно, сам дьявол дал им этот дворец за особые заслуги, но, увидев, что подарок уплывает от его слуг, забрал его назад. Я тоже был бы не прочь потолковать с кем-либо из его владельцев.

– Потолкуешь с ними, как же! Я тут пробовал объясниться с одной ведьмочкой, так она несет какую-то тарабарщину. Ни черта не понять, – поделился своим опытом Фред.

– Это московитский язык, – не без довольства сообщил Озрик. – Одна из пленниц говорила по-английски и призналась мне, что они московиты.

После сообщения Озрика установилось продолжительное молчание. Капитаны пытались вспомнить, что они знали о Московии. А знали они о ней не больше, чем о Китае. Вроде бы довольно большое азиатское государство за Польшей и Швецией. Народ там, как и везде в Азии, необразованный и дикий. Ни флота, ни мануфактур. Зимою страшные холода. Глухомань, одним словом.

– Странно, – первым нарушил затянувшееся молчание Ледер. – Я что-то не слыхал, чтобы в Московии научились делать такие чудесные вещи.

– Я же говорил: они снюхались с дьяволом. Человеку не под силу создать такое, – убежденно сказал Хадсон.