Пунктирные линии - Девни Перри

Я не осознавал, как сильно ругался, пока не появился ребенок, который собирал деньги за каждое нецензурное слово.

— Ария с ума сойдет. — Клара достала из кармана телефон и сделала несколько снимков. Затем она протянула руку Августу. — Твоя тетя Ария посадила это давным-давно.

— Она хороший садовод.

— Да, именно так. — Хихикнула Клара, и этот музыкальный звук перенес меня на двенадцать, почти на тринадцать лет в прошлое, когда жить на этой свалке было тяжело. Но, черт возьми, это было и хорошо тоже.

Все напряжение, которое я испытывал этим утром после очередной бессонной ночи, растаяло. Мы сможем сделать это сегодня, потому что мы были вместе.

Я смогу сделать это сегодня, потому что здесь была Клара.

— Пойдем? — Я мотнул подбородком в сторону нашего конца свалки.

Она кивнула, одарив Августа улыбкой, и затем мы втроем отправились по тропинке, которая когда-то была такой же знакомой, как прогулка по коридору в моем собственном доме. Сначала мы миновали большую кучу старых крыш. Затем ряд блоков двигателя, которые Лу разложил по размеру. Затем две стопки шин, три ржавых грузовика, которые нужно было обойти, а затем…

— Все по-прежнему на месте, — прошептала Клара.

Палатка, которую соорудила Джемма, почти не изменилась.

Брезентовый полог, служивший входной дверью, был покрыт грязью, запылился и слипся от многолетнего воздействия непогоды. Но стены были целы. Металлические листы и брезентовая крыша по-прежнему плотно прилегали друг к другу.

— Ого! — удивила меня Клара, взяв инициативу на себя и устремившись к двери.

— Что там внутри? — спросил Август, обегая ее.

Его любопытство поднимало настроение. Он воспринимал это как ребенок, как крепость и приключение. Он видел в этом то же, что когда-то видели и мы.

Клара была рядом с ним, когда он просунул голову в дверь. Она толкнула его в плечо, и они оба наклонились, чтобы войти внутрь. Я присел на корточки и присоединился к ним, опустившись на колено, чтобы осмотреться.

Воздух был затхлым и пах землей. Общая комната осталась прежней. Картины, которые Кэтрин нарисовала в своей спальне, были на месте, почти такие же идеальные, как и раньше, потому что стены защищали их от дождя.

Клара их тоже сфотографировала.

— Я не знаю, захочет ли она их увидеть, но на всякий случай.

Она не сфотографировала комнату Джеммы, которую я занял после того, как девочки уехали в Монтану. Комнату, где Клара была моей. Она даже не заглянула туда. На меня она тоже не смотрела.

Думала ли она о тех драгоценных ночах? Вспоминала ли она? Они были так же свежи в моей памяти, как и вчера. Мягкость ее губ. Сладкий аромат ее волос. Нежное прикосновение ее рук.

Нет. Остановись, черт возьми. Перестань вспоминать. Я вскочил на ноги и вышел на улицу, стряхивая с себя прошлое. Эти гребаные воспоминания убивали меня.

Как и слова, которые она сказала мне вчера вечером в коридоре.

Мы не говорили об этом утром. Мы вежливо поговорили за завтраком, оба рассчитывая, что Август поддержит разговор. Потом ехали сюда в молчании, и я отошел в сторону, чтобы ответить на звонок Холли.

— Куда теперь? — спросил Август, выскакивая из палатки.

Клара не ответила сыну. Она просто направилась по узкой тропинке к тому месту, где когда-то стоял «Кадиллак».

На том месте, где он был, была заметна дыра. Другие детали были отодвинуты в сторону, вероятно, чтобы освободить место для экипажа, который смог вытащить его отсюда.

Я изучал выражение лица Клары, пока она смотрела в пространство. Я бы все отдал, чтобы узнать, о чем она думает. Интересно, представляла ли она двух подростков, смотрящих на звезды.

Она не удостоила меня ни единым взглядом, прежде чем продолжить свой путь, ее грациозные шаги резко контрастировали с руинами вокруг нас. Клара всегда была слишком хороша для этого места, но сегодня она особенно выделялась. Возможно, дело было в белом платье, которое она надела. Или в ярких цветах, вышитых спереди, которые тянулись от горловины до подола, доходившего до середины бедра.

Она всегда ходила в белом? С тех пор как она приехала сюда, я видела ее только в светлом.

Я шел позади нее и Августа, пока они шли по дорожке. Я точно знал, куда она направляется, и не хотел, торопить ее.

Забавно, но мне так хотелось, чтобы она зашла в это место. Но теперь, когда она была здесь, я ей был не нужен. Не тогда, когда у нее был Август.

Я никогда не видел такого дуэта матери и сына, как у них. Может быть, это из-за того, что она была его единственным родителем — я предполагал, что она была его единственным родителем, — но у них была такая связь. Это было похоже на ниточку, натянутую между ними, которую было видно, если присмотреться повнимательнее.

Когда я догнал их, Клара стояла у задней двери фургона доставки, уставившись на закрытую дверь.

Август отошел от нее и склонился над ржавой банкой, которую Ария когда-то использовала для полива своих растений.

— Хочешь, я открою ее? — спросил я.

Она сделала глубокий вдох и, выдохнув, кивнула.

— Да.

Щеколда была ржавая и тугая, но после сильного рывка она поддалась. Скрежет металла о металл эхом разнесся по двору, сопровождаемый оглушительным скрипом, когда я открыл дверь.

Я запрыгнул на заднее сиденье, осматривая пространство. Затем протянул руку, чтобы помочь Кларе подняться, чтобы она не испачкала платье.

Она не отпускала мою руку, оглядываясь по сторонам. Ее хватка усилилась, когда она увидела груду старых книг и одеял, сваленных у дальней стены.

Когда-то сюда забралось какое-то животное и превратило страницы и ткань в клочья.

Клара наклонилась, поднимая что-то с пола. Маркер. Тот самый, которым они отмечали обратный отсчет на стене. Она подняла его, внимательно осмотрела и бросила в кучу мусора.

— Он маленький.

— Все это кажется таким маленьким.

Место, которое когда-то казалось таким огромным, как отдельный континент, со временем, возрастом и реальностью сократилось до трех акров.

— Я не буду это фотографировать. — Она отвернулась, вырвала свою руку и оказалась на земле прежде, чем я успел моргнуть.

Я бросил последний взгляд, желая, чтобы все было не так, ради Клары, и оставил это, не потрудившись закрыть дверь. Затем я побежал, чтобы перехватить их по пути в гараж, поскольку ключи были у меня.

Войдя первым, я включил свет.

— Я удивлен, что он работает.

От многолетнего простоя в воздухе стоял густой запах бензина и масла. Я понятия не имел, будет ли работать оборудование, но я бы поручил это кому-нибудь другому.