Пунктирные линии - Девни Перри

что он знал, что я собираюсь все бросить. Потом он очаровывал меня, и я поддавалась на его уговоры. Я забывала, что он был самовлюбленным человеком, а я всего лишь прекрасным украшением в мире, который вращался вокруг него.

Как мог кто-то в присутствии Клары не захотеть попасть в ее поле зрения? Этот парень, Деван, должно быть, был слепым.

— Я забеременела. Очевидно. Это не было запланировано, но он обвинил меня в том, что я сделала это нарочно, хотя я принимала противозачаточные средства.

— Серьезно?

Она пожала плечами.

— Ребенок означал, что Деван не будет в центре внимания. По сей день я не знаю, поверил ли он когда-нибудь, что это было случайно. Мы ссорились из-за этого. Я говорила ему, что между нами все кончено. Он извинялся, и у нас все было хорошо в течение недели. Пока это не закончилось. Это был отвратительный, нездоровый цикл, но я не хотела его отпускать. Не ради себя, а ради Августа. Я была уверена, что если мне удастся помочь Девану пережить беременность, он встретит нашего сына и поймет, что любовь — это не соревнование. Что ее будет достаточно и для него, и для ребенка.

— Так и произошло?

— Нет. — Она оторвала взгляд от стены и посмотрела на Августа. — К моему третьему триместру мы уже расстались. Я подозревала, что он уже нашел другую женщину, которая будет его боготворить. К тому времени я уже не думала об этом. Когда Август только родился, я сказала ему, что между нами все кончено. Он не стал спорить.

— Он вообще был вовлечен в это?

— Нет. Деван никогда не собирался меняться. Он никогда не был бы хорошим отцом. Я не хотела расстраивать Августа, когда Деван даст обещание, которое не сможет сдержать. Поэтому я дала ему выход. Я не потребую от него ни денег, ни поддержки, если он откажется от всех своих родительских прав. Спроси меня, сопротивлялся ли он.

Конечно, он не сопротивлялся, тупой сукин сын.

— Мне жаль, что ты прошла через все это в одиночку.

— Не стоит. У меня была Ария. И Броуди. Вскоре после этого Броуди сказал мне, что переезжает в Уэлком, штат Аризона, и спросил, не хочу ли я поехать с ним. Новый город. Начать все сначала. Это было проще простого.

Всегда ли Броуди планировал предложить Кларе возможность переехать в Аризону? Или он сделал это после ссоры с Деваном? У меня было чувство, что я был не единственным мужчиной, который делал все, что мог, чтобы защитить ее.

Как бы то ни было, Клара и Ария были хорошими союзниками, которых стоило иметь на своей стороне. Броуди повезло, что у него были они обе.

Клара глубоко вздохнула.

— После того, как я порвала с Деваном, у меня были дни, когда я злилась на себя за то, что не смогла видеть его насквозь. Он был… привлекательным. Я не горжусь тем, что позволяла его внешности влиять на мои суждения. Но когда Август был еще ребенком, однажды я просто перестала злиться. На себя. На Девана. Я взяла от него все самое лучшее, а он был слишком погружен в себя, чтобы понять, что, уезжая из Вегаса, я забрала это с собой.

— Мне нравится имя Август.

Она грустно улыбнулась.

— Так звали моего отца. Я когда-нибудь говорила тебе об этом?

— Нет.

— Если бы у меня была девочка, я бы назвала ее в честь мамы. Надеюсь, однажды у Арии родится еще один ребенок, и, если это будет девочка, она сможет взять это имя. Милли. Так ее звали.

— Красивое имя.

— Мне тоже нравится. — Она подвинулась на диване, слегка повернувшись боком, так что голова Августа оказалась у нее на коленях.

Приглушенный свет от телевизора освещал комнату. В ее взгляде плясали золотистые искорки.

Как он мог позволить ей уйти?

Как я мог позволить ей уйти?

Двое глупых мужчин.

— Я все равно должен был прийти к тебе. Несмотря на фотографии в Фейсбуке. Я думал, ты счастлива и живешь дальше, но мне следовало прийти и найти тебя.

— Только тогда у меня не было бы Августа. — Она грустно улыбнулась мне. — Время никогда не было на нашей стороне, не так ли?

— Нет, не было. — Если бы я встретился с ней год спустя, после того, как Деван исчез из поля зрения, или если бы она приехала сюда годом раньше, до Холли…

Или если бы в девятнадцать лет я не был так поглощен словами своей матери.

Ты кусок дерьма, Карсон. Ты ничего не стоишь.

Убирайся с моих глаз. Я ненавижу тебя. Мне противно смотреть на тебя.

Ты ничтожество. Позор. Ты облажался.

— Моя мама умерла, — выпалил я.

Клара напряглась.

— Когда?

— Незадолго до того, как я переехал в Элирию. После ее смерти я захотел навсегда уехать из Темекьюлы.

— Ты поэтому вернулась сюда? Когда Джемма наняла частного детектива в первый раз, он сказал, что ты здесь. Мне это всегда казалось таким безумным. Я думала, ты уже давно уехал, как и все мы.

— Да. — Я вздохнул. — Однажды, когда я уже во второй раз жил в Сан-Диего, мне позвонил офицер полиции из Темекьюлы. Мама попала в автомобильную аварию и была в коме.

— Карсон, мне так жаль.

— Должен ли я тебе рассказывать об этом? Это может быть трудно услышать.

— Пьяный водитель? — догадалась она. Ее собственные родители были убиты пьяным водителем, и последнее, чего я хотел, это причинить ей боль.

— Да. — Я кивнул. — Я ожидал, что пьяной окажется она, но это было не так. Я думаю, это единственная причина, по которой я вернулся. Если бы она причинила кому-то боль… Что ж, я изо всех сил пытался простить свою мать за многое. Но это был бы конец.

— Ты вернулся, чтобы позаботиться о ней, не так ли?

— Возможно, она этого не заслуживала. Но я все равно это сделал. — Я пожал плечами. — Мне потребовалось много времени, чтобы понять, что она больна. Что она ненавидела себя так сильно, что это было все, что она знала. Что она вымещала свою ненависть на мне, потому что я был единственным человеком, который у нее был. И мне потребовалось много времени, чтобы избавиться от ее призрака. Чтобы понять, что я не тот, за кого она меня принимала.

— Ты хороший человек, Карсон Эйвери.

Я перевел взгляд на Августа, свернувшегося калачиком между нами. Этот ребенок даже не подозревал, как ему повезло, что у него такая мать, как Клара.

— После того, как она