Князь Немертвый - Рацлава Зарецкая

Когда стемнело, я вылезла из постели и отправилась на кухню за водой. В доме было пугающе тихо, поэтому, когда во входную дверь постучали, я вздрогнула и разлила воду в стакане.

В утомленном сознании мелькнула радостная мысль, что это вернулся князь, поэтому я, не посмотрев в глазок, открыла входную дверь и застыла в удивлении.

На пороге стоял вовсе не князь, но мужчина, который был очень на него похож: те же черные волосы, брови вразлет, темные глаза. Правда, лицо было чуть шире, и губы тоньше. Нос с горбинкой, подбородок выдающийся. Ростом мужчина был чуть ниже князя, а телосложение имел весьма сильное, будто постоянно учувствовал в кулачных боях.

— Добрый вечер, прекрасная барышня, — пропел мужчина, довольно улыбаясь. — Меня зовут Борис Владимирович. Я приехал навестить своего младшего брата Глеба.

Глава 14

Мы с Генрихом и Данияром с интересом наблюдали за тем, как брат князя Борис, который тоже был вампиром, как он сказал, с удовольствием пил чай и ел пастилу. Теперь уже его сходство с князем был не таким сильным, каким мне показалось в момент, когда я только увидела Бориса. Движения князя были платными, спокойными, в то время как Борис все делал быстро, совсем не изящно, будто бы был нетерпеливым.

— Как ты выжил? — спросил Данияр у Бориса. Этот вопрос мучил нас всех, но из-за чувства приличия никто из нас не задал его Борису в лоб прямо в дверях.

— Разве это жизнь по-твоему? — немного язвительно произнес Борис.

— Ты меня понял.

Борис закатил глаза и, сделав глоток чая, ответил:

— Когда мы стояли на реке Альте, ко мне ворвались убийцы. Я не смог дать всем отпор, меня ранили, а затем куда-то повезли. Полагаю, что к Святополку. Однако в ночи на убийц напали кровопийцы. Не оставили в живых никого, кроме меня. Самый старый из кровопийц — дед Весьмир — обратил меня. Он собирал армию, которая могла бы выступить против Ордена, что без разбору уничтожал кровопийц.

Я вспомнила Мирину и её отца. Они тоже боялись Ордена и просили у Ярослава Мудрого защиты от него. Интересно, что с ними стало?

— Когда ты узнал, что Глеб жив? — задал новый вопрос насупленный Данияр. Казалось, он не доверяет Борису.

— Когда поймал бежавшего от вас Святополка на Польской границе, — ответил тот. — Он уже был не в себе, а при виде меня вообще последние остатки разума потерял. Говорил, что Глеб жив и сражался с Ярославом против него. Я ему не сразу поверил, но потом подумал, что раз меня обратили кровопийцы, то тоже самое могло и произойти с Глебом. При дворе Ярослава как раз было двое кровопийц и одна ведьма.

— Ты добил Святополка? — включился в разговор Генрих, который знал о прошлом князя только с его слов.

Борис кивнул.

— Однако он уже встретился с Орденом и рассказал им о Глебе.

— Хочешь сказать, Орден с тех пор охотится за ним? — недоверчиво поинтересовался Данияр.

— Именно так.

— И почему же он до сих пор не добрался до него?

— Потому что я и мои люди не сидим в сторонке и тоже на него охотимся, — ухмыльнулся Борис. — Я все эти восемь столетий положил на борьбу с Орденом и не успокоюсь, пока полностью не уничтожу его.

Данияр поймал мой задумчивый взгляд. Он будто бы вопрошал: веришь ему?

Я пожала плечами.

— Так что пусть Глеб остаётся в Москве. Не сообщайте ему о том, я-то я был здесь, — сказал Борис, и мне показалось, что в голосе его мелькнула тоска.

— Почему? Ты же его брат, — заметил Генрих.

Борис с интересом скользнул по нему взглядом, усмехнулся и отрицательно качнул головой.

— Больше нет. Я — охотник, а у охотников нет ни семьи, ни друзей. Только боевые товарищи. — Борис цокнул языком и добавил: — Так что просто выделите мне комнату, где я бы мог переждать день, а затем я уйду.

— Добро, — после недолго раздумий кивнул Данияр.

Борис довольно улыбнулся и, допив свой чай, обратился ко мне:

— Чудесный у вас чай!

— Хотите ещё? — во мне только сейчас проснулась хозяйка дома. До этого момента я лишь с нескрываемым интересом рассматривала Бориса и слушала его речи.

— Охотно, — кивнул он и подставил чашку ближе ко мне.

Я засветилась, наливая сначала заварку, а затем кипяток из самовара. Обычно этим занимались слуги, которых нанимал князь, или же Лиззи, но последняя сейчас сидела с Димой, а слуг мы распустил на время.

— Угощайтесь. — Я поставила чашку рядом с Борисом, однако не успела убрать руку, как он потянулся к чашке.

Наши пальцы соприкоснулись всего на мгновение, и перед моими глазами возник чёткий образ Бориса, обнимающего девушку со светлыми косами. Они стояли у колодца, о чем-то шептались и весело хохотали.

В следующее мгновение я уже снова видела перед собой нашу столовую, Генриха, Данияра и Бориса.

— С вами все хорошо? — участливо спросил последний. — Вы будто призрака увидели.

— Д-да, — выдавила я и через силу улыбнулась. — Просто задумалась.

— Бывает.

Борис допил свой чай, и Генрих проводил его наверх, в гостевую комнату, которая была далеко от той, где лежал Дима. Перед этим Данияр с Генрихом обменялись таинственными взглядами.

— Пойду сменю Лиззи, — сказала я, встав из-за стола.

— Я сам посижу с Димой, а ты отдохни. — Данияр ласково похлопал меня по плечу своей здоровенной ручищей и вышел из столовой.

Я же последовала его совету, и легла спать. Комната, в которой лежал Дима, была напротив моей, а сон у меня чуткий. Так что, если не дай Боже что-то случится, я это услышу.

Собственно, так и произошло.

Я проснулась от громкого крика, наполненного ужасом. Кричал мужчина, и я сразу же подумала на Диму.

Выскочив из спальни, я кинулась в комнату, где лежал раненый. Дверь в неё уже была приоткрыта, и когда я вошла, застала такую картину.

Стонущего Диму с выпученными от страха глазами держал Генрих. Данияр же мёртвой хваткой удерживал пытающегося вырваться Бориса.

— Утихни, — велел ему княжеский воевода. — Тебе меня не одолеть.

— Отпусти меня, дурак неотесанный! — шипел Борис.

— Это он! Он убивал людей! — дрожащим голосом воскликнул Дима, указывая на Бориса. — Я видел это, когда он меня укусил!

Я растерянно переводила взгляд с Бориса, на Диму и наоборот, силясь понять, что тут вообще происходит.

На помощь мне пришёл Данияр, который вдруг заметил, что я стою в проёме двери.

— Диму укусил он, — воевода кивнул на тщетно пытавшегося вырваться из