Военно-морской ленд-лиз - Юрий Григорьевич Сопин

танкера, ранее повреждённого артиллерийским огнём береговой батареи СФ № 221, расположенной на полуострове Средний. Совместными усилиями авиации и береговой артиллерии танкер был потоплен[406].

В 1943 г. «харрикейны», кроме свойственных задач, обеспечивали истребительное прикрытие внутренних конвоев. В частности, в период 25 января – 4 февраля 1943 г. они прикрывали с воздуха конвой Молотовск (ныне – Северодвинск) – Мурманск в составе ледоколов «Красин» и «Лазарь Каганович», обеспечивавших ледовую проводку трёх союзных транспортов и танкера[407].

04.02.1943 г. 14 «харрикейнов» 78-го иап (ведущий – капитан Плотко) штурмовали скопления войск и техники противника на автодороге Титовка – Большая Западная Лица, а также военный лагерь в районе Водопада. В результате штурмовки уничтожено более 120 солдат и 12 автомашин[408].

23.03.1943 г. 10 «харрикейнов» 78-го иап штурмовали колонны неприятельских войск на дорогах к линии фронта. В результате штурмовки уничтожено до 100 солдат и 30 подвод, в воздушном бою сбито три истребителя противника[409].

14.04.1943 г. девять «харрикейнов» 78-го иап штурмовали позиции фашистских войск в районе Западной Лицы, уничтожив до 80 солдат и офицеров, два тягача, 15 подвод, и подавили огонь зенитной батареи[410].

2—3 июня 1943 г. при отражении атак немецкой авиации (18 самолётов) на конвой в составе малого охотника № 124 (МО-124), сторожевого катера № 40 (СКА-40) и катера-тральщика № 411 (КАТЩ-411) шесть «харрикейнов» 27-го иап и шесть «харрикейнов» 78-го иап сбили три истребителя противника (старший лейтенант А.Е. Тульский, младшие лейтенанты П.И. Савицкий и Т.Ф. Чистов)[411].

5 июня 1943 г. при отражении воздушного налёта немецкой авиации (до 32 самолётов) на конвой в составе МО-111, МО-113, МО-122, МО-133, буксирный пароход № 21 с баржей и СКА-11 лётчики 20-го и 78-го иап (на «харрикейнах») капитан А.А. Красильников, старший лейтенанты Б.Г. Ермолин, А.Е. Тульский, младшие лейтенанты В.М. Аверьянов, Н.Г. Кощеев, Н.К. Кравченко, В.А. Кукибный, А.М. Пилипенко и старший сержант Н.И. Кириллов сбили девять самолётов противника (из них восемь истребителей), потеряв при этом шесть своих машин.

В тот же день четвёрка «харрикейнов» 78-го иап в районе Сюльте-фьорда пушечно-пулемётным огнём потопила неприятельский мотобот[412].

6 июня восемь «харрикейнов» того же полка в том же районе потопили ещё один дозорный мотобот противника, а в воздушном бою сбили два немецких истребителя[413].

18 августа 1943 г. восемь «харрикейнов» 27-го иап в районе губы Эйна вели воздушный бой с 12 немецкими истребителями, в ходе которого младший лейтенант И.С. Едуш сбил один из них. Через некоторое время четыре «харрикейна» 78-го иап в этом же районе отразили атаку девяти немецких истребителей на СКА-9. Ведущий группы младший лейтенант В.И. Кириченко сбил один самолёт противника, но и сам был подбит и выбросился на парашюте[414].

28 августа 1943 г. восьмёрка «харрикейнов» вылетела для блокады немецкого аэродрома Свартнес и, встретившись в воздухе с восемью вражескими истребителями, лётчики капитан М.И. Харламов, старший лейтенант Ф.Е. Самарков, лейтенант В.А. Бурматов и младший лейтенант А.Ф. Горбачёв сбили по самолёту противника. Наши потери – три «харрикейна»[415].

После Великой Отечественной войны большинство оставшихся в строю «харрикейнов» списали по техническому состоянию, а около 100 самолётов было передано в Главное управление гидрометеослужбы, но и они в 1950 г. пошли «под нож».

4.1.2. «Супермарин спитфайр»

В 1933 году конструкторском бюро фирмы «Супермарин» под руководством Р. Митчелла был создан проект истребителя-моноплана «тип 224» – цельнометаллического самолета с прекрасной (после определённых доработок под «тип 300» в дальнейшем) аэродинамикой. Мощный мотор, убирающиеся шасси, закрытая кабина, радиатор инжекторного типа и вооружение из шести-восьми пулеметов калибра 7,69-мм – все эти характеристики имелись у этого самолета в 1935 г.

Самолёт – от опытового образца до серийного – прошёл длительный путь – первый серийный «спитфайр» поднялся в небо лишь в середине мая 1938 г. (этот истребитель строился на основе кооперации ряда фирм, изготовлявших его различные узлы, – в этой связи имелись достаточно продолжительные «организационные и технические» трудности).

В начальный период Второй мировой войны «спитфайры» (до конца 1938 г. передано английским ВВС всего 49 машин) обеспечивали только ПВО Великобритании, поскольку «харрикейны» (основной истребитель английской ПВО) не были достаточно эффективны в борьбе с немецкими «мессершмиттами».

Тем не менее один самолёт немцы захватили в качестве трофея, и весной 1941 г. он был продемонстрирован советской делегации, прибывшей в Германию для ознакомления и закупки авиационной техники. Советский лётчик С.П. Супрун[416] совершил на нём два полёта («спитфайр» произвел прекрасное впечатление) и отметил отличную устойчивость и управляемость, простоту выполнения фигур, взлета и посадки[417].

В ходе Второй мировой войны «спитфайр» совершенствовался – война того требовала[418]. Необходимо отметить, что ещё в августе 1941 г. «спитфайры» (в варианте истребителя) продемонстрировали на английской базе в Даксфорде советским представителям, а в октябре (в ходе переговоров в Москве) самолёт официально предложили поставлять в СССР, но И.Ф. Сталин, опасаясь сложностей с освоением сразу двух типов английских истребителей («харрикейн» уже «полным ходом» воевал на фронте), от «спитфайров» отказался.

Первые три «спитфайра» (в варианте разведчика) были переданы советской стороне неофициально – 20 октября 1942 г. – как подарок ВВС Северного флота, так как после завершения операции «Оратор» (разведывательное обеспечение с аэродромов Северного флота проводка конвоя PQ-18)[419] англичане отказались от опасной обратной перегонки самолетов разведчиков.

Все «спитфайры» (в итоге – семь единиц), попавшие «неофициально» на Северный флот, были включены в 118-й отдельный разведывательный авиаполк (орап), лётчиков для которого подбирали опытных – с большим налетом и отличной техникой пилотирования. Необходимо отметить, что советские лётчики ценили «спитфайр»-разведчик, поскольку самолёт был скоростным, маневренным, живучим, простым в управлении, а на высоте легко уходил от всех немецких истребителей.

Одной из основных задач, решаемых в том числе «спитфайрами»-разведчиками, являлось выявление крупных немецких надводных кораблей (линкоры «Тирпиц», «Шарнхорст», тяжёлые крейсера) в портах Северной Норвегии, с которой североморские лётчики 118-го орап успешно справлялись. Так, в сентябре 1943 г. «спитфайр», пилотируемый капитаном Л.И. Елькиным[420], в густой облачности трижды (для надёжности) прошел над немецкой базой, сфотографировал немецкие корабли в базе и, пробыв в воздухе шесть часов, благополучно вернулся на свой аэродром. Развивая тему участия «спитфайров»-разведчиков в этой операции, обратимся к работе А.В. Ткачёва «Охота на “Тирпица”»[421], где он описывает, в том числе, операции английского флота по уничтожению немецкого линкора: «…по данным разведки на 12 сентября 1943 года, линейный корабль “Тирпиц”… находился в глубине Альтен-фьорда. Будучи прикрыт надёжной системой противовоздушной обороны и не менее надёжной системой противолодочных сетей, “Тирпиц”, вероятно, намеревался зимовать в названном районе» (какой разведки – не говорится, поскольку эта фраза взята А.В. Ткачёвым из книги В. Бру «Подводные диверсанты». – Примеч. авт.). Текст скроен таким образом, что… и сомнения не возникает: 12 сентября английская авиаразведка доставила из Альтен-фьорда бесценные сведения о месте базирования и системе защиты линкора «Тирпиц»… В действительности для проведения операции «Брон»[422] английское командование использовало данные, в исключительно тяжёлой обстановке полученные лётчиком-североморцем капитаном Леонидом Ильичом Елькиным, впоследствии Героем Советского Союза. Имя этого выдающегося воздушного разведчика замалчивается в трудах западных историков войны. К сожалению, оно не пользуется должной известностью и в нашей стране, хотя по праву должно стоять в одном ряду с именами Бориса Сафонова и Алексея Маресьева. В конце августа 1943 г. из Англии в СССР, в порт Мурманск, на эскадренном миноносце прибыло подразделение британской воздушной разведки. Тройка «спитфайров», выделенная в его распоряжение, вскоре приземлилась на аэродроме под Мурманском. Самолёты были оборудованы для ведения фоторазведки. Руководство операцией «Брон» осуществлялось из Лондона…

На сей раз охота на «Тирпица» затевалась всерьёз: к операции привлекались шесть океанских подводных лодок и шесть карликовых субмарин типа «Миджет», которые в оперативных документах именовались кораблями «Х». Большие лодки должны были буксировать «иксы» до горловины Альтен-фьорда, а затем ожидать их возвращения… Каждая сверхмалая субмарина транспортировала отделяющийся двухтонный заряд взрывчатки. Очевидно, что «иксы» нуждались в совершенно точном знании местонахождения «Тирпица», поскольку вести поиск линкора им было нечем и не позволяли ограниченные энергоресурсы, нуждались они и в столь же точном знании системы его противолодочной защиты на стоянке. Но в день выхода в море… они ещё не знали, в какой базе им придётся атаковать. Спецгруппа британской авиаразведки никак не могла выполнить поставленную задачу и доставить снимки Альтен-фьорда. Все вылеты оказались безрезультатными. Двенадцатого сентября, когда подводные лодки с «иксами» на буксире начали уже свой путь к Норвегии, «спитфайры» с английскими лётчиками дважды взлетали, но возвращались ввиду