Зеленая угроза - Роберт Ладлэм

Милях в сорока к юго-западу от Вашингтона на невысоком холме стоял небольшой дом, который, по-видимому, был когда-то жилищем фермера. Сверху открывался вид на чахлую рощу, пруд, которому грозила серьезная опасность превратиться в болото, и сорок акров клочковатых полей, теперь густо заросших сорняками и колючей ежевикой. Неподалеку от дома стояли полуразвалившиеся останки старого сарая. Заросшие поля были когда-то обнесены забором, но теперь слеги попадали, а столбы покосились и кое-где уже гнили, валяясь в высокой траве, колючих кустарниках и сорняках. Изрытая колеями проселочная дорога отходила от плохонького местного шоссе, шла параллельно забору и заканчивалась на испещренной пятнами машинного масла бетонной площадке перед входом в дом.

На первый взгляд единственными признаками, говорившими о том, что на этой полуразрушенной ферме до сих пор существует какая-то жизнь, служили маленькая спутниковая антенна на крыше и микроволновая релейная вышка на ближнем холме. Но в действительности лачугу охраняла современнейшая сигнальная система, а внутри находились принадлежавшие ЦРУ компьютерная техника и электронные устройства самого последнего поколения.

Хэл Берк сидел за столом в кабинете и слушал, как дождь барабанит по крыше того, что он иронически называл своей «случайной дачей». Кто-то из братьев его деда возился с этим жалким клочком земли на протяжении многих десятилетий, пока тяжкий труд и постоянные неудачи не свели его в могилу. После его смерти ферма прошла через руки нескольких тупых кузенов и десять лет назад в качестве части оплаты старого семейного долга досталась сотруднику ЦРУ.

Он не располагал ни деньгами, ни временем, чтобы выращивать что-нибудь на здешних полях, но высоко оценил уединение, которое обеспечивалось местоположением фермы. Никогда в дверь этого дома не барабанили никакие незваные гости — даже местные Свидетели Иеговы. Он находился так далеко от больших дорог, что сюда не дотягивались даже загребущие щупальца быстро разраставшихся северных предместий Вирджинии. В ясную погоду Берк, выйдя ночью наружу, мог видеть болезненный оранжевый свет, отбрасываемый огнями Вашингтона и его широко раскинувшихся спальных районов. Этот свет ложился на небо широкой дугой на севере, северо-востоке и востоке и постоянно напоминал Берку о людишках-му равьях и безмозглой бюрократии, которую он так неудержимо презирал.

Поездки в Лэнгли и из Лэнгли сюда по плохим местным дорогам и переполненным шоссе часто оказывались очень продолжительными и неприятными, но надежно защищенное коммуникационное оборудование — установленное за счет федерального правительства — позволяло ему успешно вести дела прямо с фермы, если бы вдруг возник какой-нибудь внезапный кризис. Аппаратура функционировала достаточно хорошо для того, чтобы ее могло официально использовать ЦРУ. Самое совершенное «железо» и программное обеспечение, полученные из другого источника, позволяли ему совершенно безопасно управлять отсюда разветвленным хозяйством операции «Набат». Он приехал сюда сразу же после полуночной встречи с Хансоном. События быстро развивались, и он должен был поддерживать тесный контакт со своими агентами.

Колонки его компьютера прозвенели, сообщив о поступлении шифрованного донесения от группы охраны, действовавшей в Нью-Мексико. Он нахмурился. Рапорт поступил с опозданием.

Берк устало потер глаза и набрал пароль. Мешанина из случайных букв, цифр и знаков сразу же начала видоизменяться. Сначала появились осмысленные слова, а потом и целые фразы — по мере работы программы дешифровки. Берк читал сообщение, и его тревога делалась все сильнее и сильнее.

— Будь оно все проклято, — пробормотал он. — Кто же на самом деле этот ублюдок, черт бы его побрал? — Он поднял трубку безопасного телефона, стоявшего рядом с компьютером, и набрал номер своей коллеги из ФБР. — Кит, вы меня слышите? — не тратя время на приветствия, спросил он. — Сложилась такая ситуация, с которой мне не разобраться без вашей помощи. Труп должен исчезнуть. Немедленно и окончательно.

— Труп полковника Смита? — ровным голосом спросила Пирсон.

Берк нахмурился.

— Если бы так, — с трудом выдавил он.

— Введите меня в курс дела, — потребовала Пирсон. Он слышал в трубке шелест; очевидно, она одевалась во время разговора. — Только на сей раз без всяких уверток. Одни факты.

Офицер ЦРУ быстро рассказал ей о неудавшейся засаде. Пирсон слушала, храня ледяное молчание.

— Я уже устала подчищать следы после провалов вашей частной армии, Хэл, — в сердцах сказала она, когда он закончил.

— У Смита оказалось прикрытие, — бросил в ответ Берк. — Этого мы совершенно не ожидали. Все были уверены, что он работает в одиночку, как волк.

— Вы располагаете описанием второго человека? — спросила Пирсон.

— Нет, — сознался офицер ЦРУ. — Было слишком темно, и моим людям не удалось рассмотреть его.

— Замечательно, — язвительно процедила Пирсон. — И становится все лучше и лучше. Хэл, вы понимаете, что теперь Смит получил твердые доказательства того, что в покупке джипов для террористов, которую я повесила на Движение, есть что-то подозрительное? Почему бы вам не сделать следующий шаг и не нарисовать большую четкую мишень у меня на лбу?

Берк подавил желание бросить трубку на рычаги.

— Кит, от конструктивных предложений было бы больше пользы, — сказал он, справившись с приступом ярости.

— Сверните «Набат», — предложила женщина. — Вся операция пошла неудачно с самого начала. А теперь, когда Смит ежеминутно наступает мне на пятки, у меня совершенно не осталось свободы маневра, чтобы перевести все стрелки на Лазаря.

Берк покачал головой, как будто она могла его видеть.

— Я не могу этого сделать. Наши люди уже получили приказы на дальнейшие действия. Если мы сейчас попытаемся остановиться, то подвергнемся куда большей опасности, чем если будем продолжать работу.

Последовала продолжительная пауза.

— Я хочу, чтобы вы, Хэл, запомнили одну вещь, — с нажимом произнесла наконец Пирсон. — Если «Набат» провалится, то пойду ко дну не я одна, понятно?

— Это угроза? — медленно спросил Берк.

— Считайте это констатацией факта, — ответила она. В трубке послышались гудки.

Хэл Берк нескольких минут сидел, уставившись на экран, рассчитывая свои дальнейшие шаги. Неужели Кит Пирсон оказалась слабой в коленках? Он очень надеялся, что это не так. Он никогда не испытывал особой симпатии к этой темноволосой красотке, но всегда уважал ее за храбрость и стремление победить любой ценой. Без этих качеств она была бы всего лишь еще одним препятствием — препятствием, которое «Набат» не мог бы оставить без внимания.

Он принял решение и стал быстро барабанить по клавишам, составляя новые инструкции для остатков группы из Нью-Мексико.

Секретная видеоконференция Движения Лазаря

В разных концах мира тайно собрались немногочисленные группы мужчин и женщин всех цветов кожи и расовой принадлежности. Они сидели перед мониторами и видеокамерами, имевшими прямой выход на спутники связи. Они являлись элитой Движения Лазаря, лидерами его самых важных ударных ячеек. Все они, казалось, горели от нетерпеливого желания начать действия, которые готовили на протяжении многих месяцев.

Мужчина по имени Лазарь стоял в непринужденной позе перед огромным экраном, на котором были одновременно видны все его собеседники. Он знал, что ни один из них не сможет увидеть его реальное лицо или услышать его реальный голос. Как всегда, были включены его продвинутые компьютерные системы, работали хитрые программы, создававшие различные идеализированные изображения, которые видели различные ячейки Движения. Столь же сложные программы обеспечили перевод его слов на разные языки.

— Время пришло, — сказал Лазарь и чуть заметно улыбнулся, увидев, как взволнованно зашевелились все его отдаленные слушатели. — Под знамена нашего дела стекаются миллионы людей в Европе, Азии, Африке и обеих Америках. Стремительно нарастает политическая и финансовая мощь нашего Движения. Очень скоро правительства и корпорации содрогнутся, узнав о нашем возросшем могуществе.

Ответом на его уверенное заявление явились одобрительные кивки и взволнованный гул лидеров Движения. Лазарь поднял руку, призывая к вниманию.

— Но не забывайте, что наши враги тоже не сидят сложа руки. Тайная война, которую они вели против нас, потерпела неудачу. И потому они развязали открытую войну, о неизбежности которой я предупреждал. Бойня в Санта-Фе и в Чикаго, конечно, лишь первые из многих злодеяний, которые они готовят.

Он смотрел в камеру, зная, что каждому представителю разбросанных по всему земному шару ячеек будет казаться, что он обращается непосредственно к нему.

— Война началась, — повторил он. — У нас не осталось никакого выбора. Мы должны нанести ответный удар — стремительно, твердо и без раскаяния. Везде, где возможно, мы должны стараться действовать так, чтобы не страдали ни в чем не повинные люди, но мы должны уничтожить нанотехнологические лаборатории — адские котлы, в которых варится смерть, прежде чем наши враги смогут обрушить новые ужасы на нас и на весь мир.