Измена. Его правда (СИ) - Тверская Вика

“Боится вас потерять”, - пояснила психолог. И я стараюсь уделять дочери как можно больше внимания. Каждый день у нас помимо общих бытовых дел есть “наш личный час”, который мы проводим только вдвоем.

На сегодня у меня назначено три собеседования - сотрудников я все еще подбираю сама, и потом мы с дочкой отправляемся на мастер-класс в глиняную студию.

- Марина? - в дверях застывает девушка, и я не сразу узнаю ее. Оплывшее лицо и располневшая фигура. Неужели это…

- Кира? - вырывается у меня. Как же она изменилась.

Она заходит слегка в развалку. Так она беременная! Но судя по просторной одежде пытается это скрыть. Нерожавших ты, может, и обманешь, но только не меня.

- А я и не знала, что ты тут работаешь… - она осматривает кабинет и садится в кресло передо мной, хотя я ее не приглашала.

Я тоже не знала, что Кира Валеева, которая должна прийти на собеседование третьей, это та самая тварь, разрушившая мою жизнь.

- Не буду тебя задерживать, - взмахом руки показываю ей на дверь.

- Не простила? - она грустно качает головой и складывает руки на животе. - И поделом мне. Страшный грех совершила. Так и не было пока возможности извиниться перед тобой.

- Мне не нужны твои извинения, Кир. Просто уходи.

- У меня муж в СИЗО, - она трет глаза, пытаясь то ли скрыть слезы, то ли вызвать их. - Мне очень нужна работа, и только ты…

- Кира, - обрываю ее. - Тебе лучше уйти.

- Выслушай меня, пожалуйста! Да, я была гордой. Завидовала тебе. Тоже хотела семью. Нормальную. Не со старым жлобом-импотентом, а с классным мужиком. А когда замуж вышла… кто ж знал, что у мужа столько проблем с законом окажется.

Я встаю, прохожу к выходу, открываю дверь и жду.

Кира не трогается с места, и я повторяю, что ей здесь не рады.

- Зазналась… понимаю, - она поднимается и медленно идет вон. - Не хочешь ты мне помочь, попрошу Эдика, чтобы на твоего мужа надавил. Они ведь, как никак, друзья.

И Кира медленно идет вон из моей жизни.

Возвращаюсь за стол и тру виски. Что это было вообще? Не так я представляла нашу встречу. Думала, орать на нее буду, проклинать, но мне… вдруг все равно. Я больше ничего, кроме жалости, к ней не испытываю. Ее для меня просто больше нет.

Самые важные люди сейчас со мной. У меня есть любимое занятие. И я сделаю все от меня зависящее, чтобы так было и дальше.

Нужен новый первый шаг?

Что ж, я постараюсь его сделать!

Завтра в 19.00 в “Моне”. Я буду в красном платье.

Отправляю сообщение своему мужу.

Да!!!

Тут же отвечает Яр.

Да. Я готова к новой жизни и новым отношениям.

Эпилог. Год спустя

Я считаю дни, секунды до начала моей новой жизни.

Опять начинать все с нуля, приводить себя в порядок, искать того, кто возьмет на себя мои расходы.

Но ведь когда-то у меня должно получиться!

Страшно представить, сколько сейчас сил и денег понадобится на то, чтобы я стала хотя бы немного конкурентоспособной. Некогда упругая грудь обвисла, на рыхлом животе появились первые растяжки, а на ногах вылезли вены.

Все, на что я надеялась, ради чего работала, меняла себя, терпела унижения, переступала через гордость, все было… зря?

Неужели это было зря?

Мне тридцать лет, а чего я добилась? Тесная двухкомнатная хрущевка, которую приходится делить со свекровью. Еще и подстраивайся под ее капризы, квартира-то на нее оформлена. И ее не волнует, что деньги вкладывал мой муж. Живешь у меня, подчиняйся.

Вечно орущий ребенок, который был нужен только супругу, а теперь - никому.

“Я решу все проблемы, - убеждал он. - Капельку потерпи. Бабки скоро будут. Заживешь как королевна!”.

И что теперь? Судебное разбирательство длится уже больше года. Надежда, что это ошибка, что все можно будет исправить, уже растаяла.

Как и деньги, их становится все меньше. Точнее, их уже почти нет. Даже машину, и ту пришлось продать.

Все, чем он меня приманил, оказалось обманом. Отель ему никогда и не принадлежал. А крошечную долю отобрали за долги. Квартира, которой он так хвастался и приглашал стать в ней хозяйкой - была всего лишь съемной. В ресторане, где мы часто ужинали, его по старой дружбе кормили в долг. Еще и кредит на свадьбу по глупости дала на себя повесить. “Подпиши, дорогая, вот здесь. Мой свадебный подарок”. Шикарный подарок, что уж.

А теперь эти долги требуют с меня.

“Ваш муж - вор”, - заявляют эти страшные люди. А я-то тут причем? Воровал он до меня, я этих денег и не видела. На кого тратил, с того и трясите.

- Ааааууув! - доносится из комнаты.

Делаю вид, что не слышу. Бабка тебе на что? Ей все равно делать нечего, пусть внуком и занимается.

Я считаю дни, секунды до начала моей новой жизни.

А будет ли она?

***

Роман Ярославович с утра устроил мне разнос.

Бушевал так, что я была уверена - перевернет вверх дном весь дом и меня в придачу. И ведь не поспоришь - прав, во всем прав.

Сначала ему было холодно и скучно - согрели, развеселили. Потом стало жарко и слишком шумно. Свернули балаган. Вдруг захотелось поесть, но трапезу подали с опозданием в двадцать семь секунд, а нужно было немедленно. Ну, как тут не расстроиться?

После плотного обеда вздремнуть бы, да не засыпается. И штаны еще эти неудобные, несите другие. Упс, а теперь их, кажется, снова снимать. К чему опять эти водные процедуры? Я такое не заказывал!

Наконец-то заснул.

Эти трехмесячные малыши такие ангелочки, когда спят. Анюта стоит рядом со мной у кроватки и слегка покачивает ее. Маленькая моя помощница.

- Пять, - шепчет она.

- Что пять, доченька?

- Подгузов пять осталось. Надо еще покупать.

Роль старшей сестры пришлась ей по вкусу. Первым делом, когда забираем ее с садика, спрашивает, как ее “Ромашка” себя вел.

- Тебя заждался, спрашивал, скоро ли из сада придешь, - шутим мы с Яром.

- Опять без меня разговаривал? - поддерживает она нашу игру. А потом гордо вышагивает рядом с коляской и рассказывает всем во дворе, что у нее брат родился, так что ей теперь “ерундой заниматься некогда”. Как есть, деловая.

- Надо написать папе, чтобы пополнил запасы, - тихо говорю ей и мы осторожно выходим из комнаты.

Страшно представить, какой была бы моя жизнь, если бы я не прислушалась к совету психолога. Нет, сразу он меня возмутил. Но чем дольше мы общались с Яром как “друзья”, “знакомые”, “родители Анюты”, тем больше я понимала, что это - мой человек. И я не могу представить рядом с собой никого другого.

Сегодня выходной, и у нас - День семьи. А это значит, что в планах неспешный завтрак с обсуждением совместных планов, прогулка в парке, в обед кафешка, а вечером игры. Анюта обожает “мемо”. Всегда обыгрывает нас с Яром.

А когда уснут дети и наступит ночь, мы будем любить друг друга долго и нежно, а, может быть, страстно и безудержно... Мы будем любить так, как только могут любить люди, которые знают, что могут потерять. Мы будем сжимать друг друга в объятиях очень крепко. Так крепко, как только можно. Потому что мы не хотим больше терять друг друга и никогда уже не потеряем...

Но пока еще слишком рано, день еще не начался. Смотрю на своего спящего мужа и меня накрывает волна нежности. За последний год он подарил мне столько счастья, что никакая другая жизнь мне не нужна.

Яр снова стал тем самым Яром, которого я когда-то полюбила. И теперь я уверена, что так будет всегда.

***

— Ярослав! Не может быть!

Я смотрю на молодую эффектную женщину и не могу понять, кто она.

— Ты меня не узнаёшь?

— Нет... простите...

— Какой ты стал! Красавчик! О! Ну, посмотри вот так, — она поворачивается в профиль. — Неужели не помнишь?

Мне страшно неловко, но я действительно не могу её припомнить.

— Когда мы виделись в последний, раз ты сказал, что если мы снова когда-нибудь встретимся, то уже ни за что не расстанемся. Забыл?

Она весело смеётся.