Знак Зорро - Джонстон Мак-Кэллэй

- Это началось десять лет тому назад, когда я был пятнадцатилетним юношей, - сказал он. - Я слышал рассказы о преследованиях. Я видел, как мучили и грабили моих друзей. Я видел, как солдаты били моего друга, старого туземца. Тогда я решил сыграть эту игру. Я знал, что будет трудная игра. Я притворился, что мало интересуюсь жизнью, так, чтобы никогда имя мое не могло быть сопоставлено с именем разбойника, в которого я решил превратиться. Тайно упражнялся я в верховой езде и учился владеть оружием.

- Клянусь святыми, он это делал! - проворчал сержант Гонзалес.

- Одна половина меня самого была медлительным доном Диего, которого вы все знали, а другая - "Проклятие Капистрано", которым я надеялся когда-нибудь стать. Наконец наступило время, и работа моя началась. Это трудно объяснить, сеньоры, но в тот момент, когда я надевал плащ и маску, часть дона Диего отпадала от меня. Тело мое выпрямлялось; казалось, новая кровь текла в моих жилах, голос становился сильным и твердым, огонь загорался во мне. Когда же я снимал плащ и маску, я снова становился безжизненным доном Диего. Разве это не странно? Я подружился с громадным сержантом Гонзалесом и не без причины.

- Ха! Я догадываюсь о ней, кабальеро! - воскликнул Гонзалес. - Вас всегда утомляло, когда упоминалось имя сеньора Зорро, и вы не желали слушать о насилии и кровопролитии, но зато вы всегда расспрашивали маня, в каком направлении поеду я с моими кавалеристами - сами же ехали в другом направлении и вершили ваше проклятое дело.

- Вы превосходный отгадчик, - сказал дон Диего, смеясь, как и все вокруг него. - Я даже скрестил с вами шпагу, так что вы и не догадались, кто был сеньором Зорро. Помните ли вы дождливую ночь в таверне? Я слышал вашу похвальбу, вышел, надел плащ и маску, вернулся, бился с вами, убежал, снял маску и плащ и снова возвратился пошутить с вами.

- Ха!

- Я посетил гациенду Пулидо в качестве дона Диего, а через короткое время вернулся, как сеньор Зорро, и имел тогда разговор с сеньоритой, которая находится здесь. Вы почти что поймали меня в ту ночь у брата Филиппа - я подразумеваю, в первую ночь.

- Ха! Вы сказали мне тогда, что не видели сеньора Зорро.

- Я и не видал его! Братья не имеют зеркал, считая, что это предрасполагает к тщеславию. Остальное, конечно, было нетрудно. Вы легко поймете, каким образом я очутился в своем собственном городском доме в виде сеньора Зорро, когда комендант оскорбил сеньориту и сеньорита должна простить мне этот обман. Я посватался за нее, как дон Диего, и она отвергла меня. Тогда я попытался сделать это же, как сеньор Зорро, и она полюбила меня. Может быть, в этом также был своего рода метод. Она отказалась от богатства дона Диего Вега ради человека, которого полюбила, хотя и знала, что он отвержен обществом и находится вне закона. Она показала мне свое истинное сердце, и я в восторге от этого. Ваше превосходительство, эта сеньорита будет моей женой, и я полагаю, что вы дважды подумаете, прежде чем причинить впредь какие-либо неприятности ее семье.

Его превосходительство протянул руку в знак согласия.

- Было трудно дурачить всех вас, но это было сделано, - продолжал дон Диего. - Только долгие годы практики дали мне возможность исполнить свой замысел. Теперь же сеньора Зорро больше не будет, так как в этом не будет надобности; кроме того женатый человек должен хоть немного да позаботиться о своей жизни.

- А за кого я выхожу замуж? - спросила сеньорита Лолита, вся вспыхнув, так как она говорила эти слова там, где все могли слышать их.

- Кого вы любите?

- Мне казалось, что я люблю сеньора Зорро, но мне кажется теперь, что я люблю их обоих, - сказала она. - Разве это не стыдно? Но я предпочту вас, сеньор Зорро, чем того дона Диего, которого я знала.

- Постараемся установить между ними золотую середину, - ответил он, снова засмеявшись. - Я сброшу старые медлительные привычки и постепенно преобразуюсь в того человека, каким вы желаете меня видеть. Все будут говорить, что женитьба сделала из меня мужчину.

Она остановилась и поцеловала его тут же перед всеми.

- Мучная подболтка и козье молоко, - выругался сержант Гонзалес.