Дочь княжеская. Книга 2. Часть 2 (СИ) - Чернышева Наталья Сергеевна

Ель не спала. Она растянула на пяльцах белую ткань и старательно расшивала ее двусторонней гладью. Увидела гостей, отложила работу. Обрадовалась, но в уголках глаз стояли слёзы. Хрийз с жалостью смотрела на неё.

Личико Ели осунулось, под глазами залегли тени, в уголках губ появились горькие складки. Нежно-голубые, почти белые волосы, прошило алыми прядями — так проявлялась седина у перешедших на сторону добра третичей и их детей от местных женщин в первом поколении. (Второе поколение до седины пока ещё не доросло).

— Как ты? — спросила Хрийз, присаживаясь на краешек постели.

— Хорошо, — ответила Ель.

Она потёрла переносицу кончиками пальцев, будто пыталась вспомнить что-то, и

У неё не получалось. Потом сказала:

— Хрийз… ты ведь Хрийз, правда? Я плохо помню. Всё как в тумане.

— Это ничего, — Хрийз взяла её за руку, и пальцы Ели дрогнули в ответ на прикосновение, — Это пройдёт.

— Ты спасла меня…

— А ты меня. И вообще… я там не одна была.

— Учить много приходится…

Ель кивнула на книги, стопкой лежавшие на столике.

— Да уж. Многовато ты пропустила… А у нас через десять дней выход в море представляешь? По льду! На всю восьмицу. Практические занятия, всё такое.

Пойдёшь?

— Если сдам зачёт, пойду, конечно, — заверила Ель, — Если отпустят.

— Отпустят, я думаю…

— Не знаю, — качнула Ель головой. — Тут доктор сТруви… лечит. Он жуткий, Хрийз.

По-настоящему жуткий…

Ель отвернулась, пряча глаза. Хрийз её понимала прекрасно. Кому понравится реветь на глазах у всех? А сТруви правда жуткий. Сама ёжилась, вспоминая.

— Ничего, — Хрийз погладила подругу по руке, — Ничего, он зато врач хороший…

Ты уж точно поправишься тогда.

Мир вокруг расцвёл яркими сполохами. Хрийз непроизвольно перешла на магическое зрение и теперь видела ровный сияющий свет Желана, серую сумеречную волну, стоявшую за дверью — Лилар, разлитый по палате, изрядно смазанный след

Хафизы Малкиничны, тусклое мёртвое серебро побывавшего здесь чуть позже

Хафизы неумершего. И лесную весну Кота Твердича, этот ушёл совсем недавно.

Хорошо! Хорошо, что Кот Твердич не бросил Ель. А может, сложится что-нибудь между ними? Ель по-настоящему в него ведь влюбилась тогда, не посмотрела, кто он есть, а он… «Мне с нею было хорошо», — сказал он тогда, и вряд ли врал.

В ауре Ели жили рваные раны, не спешившие зарастать. Они были так похожи на описанные в дневниках сТруви, прямо почти точная копия вставленного в записки магического скана. Наверное, и восстанавливается точно так же. По протоколу номер два…

— Хрийз, прости, — сказала Ель слабым голосом, — Мне бы поспать…

— Да, конечно, — поспешно сказала Хрийз, вставая, — Мы ещё придём, завтра придём, ты не против?

— Нет, конечно. Я… — голос её сорвался, но Ель собралась и всё же докончила:-Спасибо тебе.

— Ладно, оставь. Ты меня от Дахар избавила, себя ей отдала. Так что — никаких счётов. Поправляйся быстрее!

— Ага, — счастливо улыбнулась Ель, и уснула.

Мгновенно. Хрийз испугалась — не умерла ли… Но нет, подруга действительно просто спала. Сон — лучшее лекарство, глядишь, поможет.

Часом позже Хрийз сидела в больничном кафе, держала в руках кружку с горячим счейгом, сама себе удивляясь: ощущение было, будто камни тяжёлые весь день на себе таскала. Неприятно болела голова. Лилар косилась, но молчала. Желан ворчал, что тут совсем не умеют счейг заваривать, и что булочки недостаточно мягкие, вчерашние, должно быть.

На тень, упавшую на столик, Хрийз не сразу среагировала, думала о своём.

— Вы позволите? — любезно спросил Канч сТруви, отодвигая для себя стул, но не садясь.

— Ой… то есть, да, — отозвалась Хрийз, вот уж кого не ожидала увидеть, да ещё здесь.

Желан инстинктивно подался в сторону. Всё-таки аура у старого упыря впечатляла, и прятать её он даже не думал. Лишь Лилар осталась сидеть ровно, только улыбалась кончиками губ и с интересом нового собеседника рассматривала.

«Прикидывает, как с ним справиться, если вдруг что», — поняла Хрийз. сТруви сел, положил руки на столик и внимательно посмотрел на Хрийз.

— Что? — занервничала та.

— Понять пытаюсь одну вещь, — с задушевной лаской сказал тот, — Кто же из нас двоих настоящий упырь, вы или я?

— Вы, конечно, — нервно ответила Хрийз.

— Не похоже. Вы, светлость ваша, из меня уже столько крови выпили что на добрую бочку хватит и ещё останется. Триединый Вечнотворящий, за что мне такое наказание?

— Канч, — тихо предупредила Лилар. сТруви поднял палец, мол, не вмешивайтесь.

— К Снахсимоле входить я вам запрещаю. До самой её выписки. Вы что творите

Хрийзтема?

— Я-a… я ничего… — залепетала Хрийз, — Я…

— У вас после практического занятия будет шестндвешь дней отдыха. Явитесь ко мне в отделение, поработаете немного под моим наблюдением. Утки там выносить и чистить, без всякой магии… Например.

Лилар откинулась на спинку стула, сложила руки на груди. С любопытством слушала.

— С чего вы взяли, что можете без специальной лицензии вмешиваться в ауры пациентов, ваша светлость?

— Я… оно само… — Хрийз замолчала, осознав, насколько жалким выглядит её лепет.

— Откуда, кстати, у вас такие знания?

— В книге… прочла…

— В какой книге?

Хрийз беспомощно посмотрела на Лилар, на Желана. Вздохнула, ответила, понурив голову.

— В вашей.

— В моей? — искренне изумился сТруви.

— Ну да. В вашем дневнике это было. Вы в Адалорви врачом работали.

— Ах, вот оно что… И откуда у вас мои записи? Впрочем, не отвечайте, я, кажется, знаю, откуда! Точнее, от кого!

Старый неумерший изрядно рассердился, хотя и постарался скрыть свои эмоции.

Кажется, Тахмир попал!

— Надо было его Ненашу тогда отдать, — высказался сТруви, и понятно было без уточнений, кого именно, — вне очереди.

— А… почему Ненашу? — оторопело спросила Хрийз.

— Ненаш бы не влюбился! — отрезал сТруви, — Ладно, я в ближайшее время что-нибудь придумаю… в ответ. А вы, как я сказал! К подруге не ходите, готовитесь на санитарку в хирургическом отделении. Я вам покажу, как не в своё дело лезть!

Вы у меня ещё споёте! Под дудочку.

С этими словами он встал и откланялся.

— Блин, — только и сказала Хрийз.

Желан тихонько перевёл дух, искренне радуясь, что его не задело. Лилар свела вместе кончики пальцев и улыбалась.

Зараза!

ГЛАВА 8

Шли Зимовеевы дни.

Самое тёмное время года.

Корабли концерна «Сияна» выходили в море добывать криль.

Подлёдный лов в промышленных масштабах впечатлял. Хрийз ходила вниз, смотреть на добычу: в глазах рябило от мелких цветных панцирей, чем-то схожих по свойствам с лепестками стекляников — полупрозрачные, нежные оттенки сиреневого, синего, алого, золотого, коричневого, розового…

Желан потребовал долю улова, и приготовил такое, что Хрийз потом долго изумлялась, как не проглотила следом язык. На запахи заглянул народ с другого сейнера; хватило и им. Старший штурман ругалась, требуя от поваров оставить парня в покое, ему, мол, совсем другим делом заниматься следовало. Но сама при том уплетала блюдо за обе щёки и нахваливала…

Зеленоватая заря пылала над горизонтом всего четыре часа в сутки, и на полчаса показывался крутой горб солнца, неяркий, зеленовато-багровый, бросавший на застывшее море ало-коричневую дорожку. Всё остальное время висела надо льдами безлунная ночь, наполненная потрескивающим шорохом и яркими сполохами северного сияния. Хрийз не уставала любоваться небесной иллюминацией. Год назад она не обращала внимания, да и городские огни забивали своим светом величие зимнего неба. Сейчас в душе рождался детский, праздничный восторг от красоты окружающего мира…

Лилар, правда, хмурилась, читая в небесном сиянии знаки, ведомые только ей.

Хмурилась, но помалкивала и вообще старалась сливаться с окружающей мебелью чуть больше, чем полностью.