"Фантастика 2023-154". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Барон Алексей Владимирович

– Пока еще нет, но предвидятся. Хочу заранее уточнить одну вещь. Что ты собираешься делать с Эрслайтом?

– Ты думаешь, что одним из условий мирного договора тебе поставят обязательство отдать его светлой стороне? Мне бы не хотелось отдавать им ребенка.

– Не хотелось бы? – удивился Бэйзел.

– Я не отдам им Эрслайта, – более жестко повторил я. – Но, надеюсь, мы сможем найти с Авориэн общий язык.

– А если нет? – предположил Бэйзел.

– Не хочу загадывать заранее, – я нахмурился. – Надоело думать о грядущих неприятностях… Как бы ты поступил на моем месте?

– Не думаю, что иначе, – Бэйзел сжал мне плечо и поднялся. – Мне пора. Если вдруг вопрос насчет Эрслайта встанет в тупик – я позову тебя.

Я кивнул. Он шагнул к стене, открыл проход и переместился в Мидл. Через миг я тоже очутился там, расположившись на этот раз у окна, предварительно убедившись, что рядом нет никаких предметов, которые мог бы по неосторожности смахнуть, как злополучные часы. Бэйзел вошел в зал, сел на свое место, проигнорировав вопросительный взгляд Ретча и посмотрел на Игнифероса.

– Думаю, стоит сделать по-другому – приведи доводы, по которым стоит лишать его жизни. Лайтфел?

– Я не вижу причин, – Лайтфел хмуро глянул на Игнифероса. – Из-за чего бы мы желали ему гибели. Он, однажды, спас мою жизнь… И, пока он правил в обители, мы удивительно ладили.

– Вы не понимаете – все дело в возрасте. Остальные тоже себя не проявляли до определенных лет. Едва они достигали возраста равного четверти века, то становились неуправляемыми. Их обуревала жажда разрушения. И вы сами убивали их, как бешенных псов. Сколько погибло, пытаясь справиться с их безумием? Нам осталось не так долго ждать.

Весь темный совет опустил глаза.

– Значит, через три года… – произнес Лайтфел. – Но ты ведь можешь и ошибаться.

– Это исключено. Никто из детей моего брата не пережил этот возраст. Не было ни одного, кем бы не завладело безумие.

– Но ведь… – Лайтфел посмотрел на Бэйзела. – Ведь твой род ведет начало от Ментепера…

– Сыновья моего брата успели оставить потомство… – ответил за Бэйзела Игниферос. – На других поколениях наследственность не отражалась. Так что Авориэн может не беспокоиться за своего сына. А теперь – время решать! Я слышал, что вы его однажды уже приговорили, хотя и по несколько другой причине, разве нет?

Почти весь светлый совет поднял руки, из темного – Балахир, Дарт и еще трое бывших когда-то на стороне Бихеста.

– Я слышал, что даже ты, Мерлинда, – продолжил Игниферос. – Даже ты еще не так давно согласилась на его смерть…

Моя мать сделалась мертвенно бледной, ее губы задрожали, а в глазах сверкнули слезы.

– Ты даже не догадываешься, чего мне это стоило! Но никогда, слышишь, никогда я не повторю этого, – она поднялась. – Мой сын достаточно сильный, чтобы справиться с этим. Мое слово сказано!

Она развернулась и пошла прочь. Но в дверях вдруг остановилась.

– Не совсем справедливо решать это без него. Тем более, он даже не знает, что ему грозит. Я позову его сюда.

– Мерлинда! – к ней бросился Ретч.

– Не смей! – только и успел выкрикнуть Игниферос, но она исчезла, а следом и Ретч.

Я вновь оказался в своей комнате. Спустя пару минут они были у меня.

– Не надо мне ничего рассказывать, – предупредил я их.

– Значит, ты все слышал? – спросил Ретч, а Мерлинда, пошатнувшись, прислонилась к стене – по ее щекам текли слезы. – Тогда тебе лучше уехать. Слишком опасно оставаться…

– Нет, – я покачал головой. – Пока оба главы Совета не примут решение, мне нечего опасаться…

– Ты так уверен в Бэйзеле? – прошептала Мерлинда.

– Я даже уверен, что и Лайтфел на это не пойдет, – я поднялся и протянул Мерлинде спящего Эрслайта. – Побудь с ним. Пойдем, Ретч.

Когда мы вошли в зал, там воцарилась тишина. Я молча кивнул Лайтфелу и сел рядом с Бэйзелом как раз напротив Игнифероса, обратив на него спокойный взор. Игниферос внимательно изучал меня, на лбу легли складки морщинок.

– Теперь ты все знаешь, – заговорил он. – Что ты сам думаешь?

– Если я скажу, что не уверен в твоей правоте, такой ответ вряд ли удовлетворит тебя.

– То есть, ты хочешь сказать, что ты не опасен…

– Не так, как ты представляешь это здесь. Я вполне способен контролировать свои поступки.

– Даже те, которые совершаешь во сне?

– Теперь, да. Я… нашел книгу в библиотеке Ментепера и окончательно разрешил этот вопрос.

Игниферос на миг смешался, глянул вокруг. И по выражению его лица я понял, что он решил сменить тактику. Теперь он намерен обсуждать все только со мной.

– Однако, ты понимаешь, что многим из нас трудно поверить в это, положившись только на твои слова. Нам нужны гарантии.

– Гарантии? Что ты мне предлагаешь?

– Раз кое-кто считает, что цена наших опасений слишком велика, можно заменить ее другой. Это знакомо тебе – ты будешь изгнан. Никто из твоих предшественников не мог в безумстве пользоваться магией порталов, так что мы будем защищены. Если же в течение пяти лет ничего не произойдет, ты можешь вернуться, но не ранее. Думаю, против этого уже никто не возразит.

Я тихо рассмеялся.

– Прекрасно разыграно, – промолвил я негромко. – Теперь-то уж никто не откажется от подобной альтернативы.

– Как бы там ни было, ты подчинишься принятому решению.

– Да.

– Значит, ты все же сомневаешься, что с тобой ничего не произойдет через три года?

– Нет. Но меня утомило, что я всех нервирую. В особенности тебя.

– Хорошо, – Игниферос первый поднял руку, за ним потихоньку потянулись остальные.

– Тэрсел, зачем ты это делаешь? – прошептал Бэйзел, склонившись ко мне.

– Я и в самом деле устал. Что решат несколько лет? Почти ничего.

– Но ты ведь останешься один. Ты понимаешь это?

– Да, но я не вижу другого выхода. А ты?

– Если тебе понадобится помощь, только оставшись здесь, ты сможешь получить ее от нас.

– Подними руку, а то никто из наших не смеет это сделать без тебя…

Бэйзелу, наконец, удалось найти мой взгляд.

– Зачем бежать отсюда, когда хочешь убежать от себя?

– Когда-то, после боя на арене с Визонианом, Гаст сказал, что моя мать боится меня. Любит и вместе с тем боится. Теперь, я знаю, что он был тогда прав. То же самое ощущаешь ты. Я готов отдать несколько лет, чтобы одно из этих чувств исчезло навсегда.

Бэйзел опустил глаза и медленно поднял руку.

– Решение принято, – провозгласил Игниферос. – Совет окончен. Итак, Тэрсел, чем быстрее ты покинешь этот мир, тем лучше.

Все поднялись и стали расходиться. Ко мне шагнула Авориэн.

– Нам надо поговорить.

Несколько минут спустя мы молча шли по аллее небольшого парка, раскинувшегося за городским советом. Стоял теплый осенний день. Ветер перебирал только начавшие опадать листья. Самые легкие из них взлетали с песчаной дорожки ввысь в яркую синеву… Я остановился, когда тишина стала невыносимой. Авориэн обернулась ко мне.

– Ты должен отдать малыша, – произнесла она.

– Ты отнимаешь последнее, что осталось у меня.

– Ты не можешь взять его с собой. Если с тобой приключиться беда, он погибнет. Тэрсел, пожалуйста.

– Что ты скажешь ему, как объяснишь? Я… не смогу бросить его.

На глазах Авориэн навернулись слезы. Через миг она оказалась рядом и плакала уткнувшись лицом мне в плечо. Я мягко обнял ее, мои пальцы ласково скользнули по ее волосам. Но она отпрянула в тот же миг. И я опять почувствовал страх. Страх ко мне.

– Ты ведь понял, – прошептала она так тихо, что я едва расслышал. – Я боюсь тебя, боюсь твоего дара, боюсь твоего происхождения… Я откровенна с тобой… Я не хочу, чтобы мой сын стал темным колдуном. Пожалуйста, Тэрсел. Обещай, что отдашь малыша. И поклянись, что не станешь искать встречи с ним, даже, если через несколько лет ты благополучно вернешься…

Я вскинул на нее пораженный взгляд.

– Ты просишь слишком много. Ты хочешь, чтобы я отказался от него навсегда?