Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

— Рада знакомству.

Петер уселся за стол и кивнул Тильде, чтобы тоже села. Кто знает, может, простые, обыденные вопросы выведут фру Олафсен из оцепенения.

— Когда похороны?

— Завтра, — подумав, ответила она.

Уже лучше.

— Я говорил с пастором, — сказал Петер. — Мы заходили в церковь.

— Его сердце разбито. Хотя он этого не показывает.

— Я понимаю. Харальд, наверное, тоже переживает.

Бросив на него взгляд, она снова уставилась на свои руки. Взгляд был беглый, но Петер прочел в нем страх и желание обмануть.

— Мы не говорили с Харальдом, — произнесла она.

— Почему?

— Мы не знаем, где он.

Петер не мог сказать точно, когда она лжет, а когда нет, но нюхом чуял, что задача ее — обмануть. То, что пастор и его жена — люди, которые претендуют на то, что они морально выше других, считают возможным сознательно скрывать правду от полиции, ужасно его злило.

— Очень вам советую с нами сотрудничать! — Он повысил голос.

Тильде остерегающе коснулась его рукой и вопросительно посмотрела. Он кивнул, разрешая продолжить.

— Фру Олафсен, — вступила она. — Мне очень жаль, но должна сказать вам, что Харальд, возможно, тоже вовлечен в противозаконную деятельность, как и Арне.

В глазах матери мелькнул страх.

— Чем дольше он этим занимается, — продолжала Тильде, — тем бо2льшие неприятности его ожидают.

Женщина покачала головой и ничего не сказала.

— Сообщив нам, где он находится, вы окажете ему самую большую услугу.

— Я не знаю, где он, — повторила она уже не так твердо.

Почувствовав слабину, Петер встал и, облокотившись на стол, приблизил к ней лицо.

— Я видел, как Арне умер, — резко произнес он.

Фру Олафсен в ужасе распахнула глаза.

— Я видел, как ваш сын приставил дуло к своему горлу и нажал на спуск!

— Петер, не надо! — выдохнула Тильде.

Он отмахнулся.

— Я видел, как брызнули на стену его кровь и мозги!

Несчастная мать вскричала от ужаса и горя.

«Вот-вот расколется», — с удовлетворением подумал Петер и стал давить дальше.

— Ваш старший сын был шпион и преступник, и он плохо кончил. Кто с мечом пришел, от меча и погибнет, как говорится в Библии. Хотите той же судьбы для своего второго сына?

— Нет, — прошептала она, — нет!

— Тогда скажите мне, где он!

Дверь распахнулась, и в кухню широким шагом вошел пастор.

— Ты мразь, — объявил он.

Петер выпрямился, захваченный врасплох.

— Это моя обязанность — опросить…

— Вон из моего дома!

— Пойдем, Петер, — пробормотала Тильде.

— Я все-таки хочу знать…

— Немедля! — загремел пастор. — Вон! — И пошел обходить стол.

Петер на шаг отступил. Он знал, что не должен позволять кричать на себя. Он здесь на законной основе, по работе, он полицейский и потому имеет право задавать вопросы. Но присутствие неистового пастора внушило ему робость, хотя под пиджаком у него был пистолет. Петер обнаружил вдруг, что шаг за шагом пятится к двери.

Тильда, открыв ее, вышла.

— Я с вами еще не закончил, — неубедительно проговорил Петер уже за порогом.

Пастор захлопнул дверь прямо перед его лицом.

Петер развернулся.

— Чертовы лицемеры! Оба!

Коляска их дожидалась.

— Домой, к отцу, — велел Петер, и они уселись.

В дороге он попытался выбросить унизительную сцену из головы и сконцентрироваться на том, что делать дальше.

— Харальд где-то скрывается, — буркнул он.

— Это очевидно, — сухо произнесла Тильде, и Петер понял, что она расстроена.

— Он не в школе, не дома, и у него нет родственников, кроме тех, что в Гамбурге.

— Можно разослать его фотографию.

— Сложно будет найти. Пастор не позволял детям сниматься, он считает, что это грех тщеславия. Ты ведь не заметила в кухне никаких фото, верно?

— А школьная фотография?

— В Янсборге нет такой традиции. Единственная фотография Арне, которую мы отыскали, — из его армейского дела. Сомневаюсь, что у Харальда вообще есть хоть один снимок.

— Так каков наш следующий ход?

— Я думаю, он у кого-нибудь из друзей, а?

— Разумно.

Тильде не смотрела на него. Петер вздохнул. Недовольна. Ну что ж.

— Значит, вот что ты сделаешь, — произнес он командным тоном. — Позвони в управление. Пошли Конрада в Янсборгскую школу. Пусть возьмет там домашние адреса всех одноклассников Харальда. Потом по каждому адресу надо разослать людей, порасспрашивать там, поразнюхать.

— Так они живут по всей Дании. Потребуется месяц, не меньше, ко всем съездить. Сколько у нас времени?

— Очень мало. Трудно сказать, как скоро Харальд найдет способ переправить пленку в Лондон, но он парень сообразительный, черт бы его побрал. Привлеки местную полицию, если необходимо.

— Хорошо.

— Если он не у друзей, значит, прячется у кого-то из членов этой шпионской группы. Надо остаться на похороны и посмотреть, кто появится. Проверить каждого. Один из них может знать, где Харальд.

Коляска сбавила ход на подъезде к дому Акселя Флемминга.

— Ты не против, если я поеду в гостиницу? — спросила вдруг Тильде.