Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

волосами. Он впустил Роби в небольшую, функционально обставленную комнату и сел за стол, на котором стоял ноутбук.

— Давно не виделись, Уилл, — сказал Шейн Коннорс.

— Я был немного занят, Шейн.

Десять минут рассказывал Роби о том, как развивались события. Когда он закончил, Шейн откинулся на спинку стула.

— Я могу получить список отделения прямо сейчас. Но когда он будет у тебя, что ты намерен делать?

— Найти их. Осталось максимум семеро.

Коннорс склонился над ноутбуком, пробежал пальцами по клавишам и вновь откинулся на стуле.

— Через десять минут. — Он помолчал, глядя на Роби. — Ты работаешь уже двенадцать лет.

— Знаю. Я тоже считать умею.

— Не задумывался о будущем?

— Я с первого дня задумывался о будущем.

— И что?

— Есть некоторые возможности, но ничего определенного.

Похоже, Коннорс был разочарован, но ничего не сказал.

Как только в почтовый ящик упал имейл, Коннорс распечатал документ и передал Роби.

— Мне нужна машина, — сказал Роби. — Неотслеживаемая. Могу оставить в залог мотоцикл.

Коннорс кивнул.

— Через две минуты будет. — Он позвонил. Прошло две минуты. Компьютер пискнул. — Есть.

— Спасибо тебе, Шейн.

Когда Роби повернулся к двери, Коннорс сказал:

— Уилл, когда ты в следующий раз задумаешься о будущем, думай шире — не только о местах, подобных этому.

Роби оглядел кабинет, задержал на нем взгляд и чуть заметно кивнул. Потом, сжимая в руке бумаги, вышел в коридор.

Перед тем как завести мотор коричневого «шевроле», Роби просмотрел бумаги. Там было три имени оставшихся в живых солдат этого отделения. Все они жили неподалеку. Это облегчало задачу Роби. Еще там были их теперешние адреса и краткие послужные списки. Послужные списки были безупречны.

На пути назад в Виргинию он думал о Коннорсе и его кабинетике-клетке. Коннорс научил Роби всему, что знал и умел: этот человек был легендой мира санкционированных убийств. Немного найдется людей, которых невозможно перекупить ни при каких обстоятельствах. Шейн Коннорс был одним из них.

К домику в лесу Роби подъехал рано утром. Вэнс увидела его машину.

— Где вы ее взяли?

— Там же, где и это. — Он протянул ей бумаги.

Они тщательно изучили имена и адреса.

— Двое мужчин, одна женщина, — сказала Вэнс. — Как вы хотите это сделать? Опять разделиться?

— Не думаю.

— Вы считаете, они готовы к тому, что мы разыщем этих людей, и будут нас ждать?

— Может быть и более жесткий вариант. Например, они сделают так, что все трое исчезнут, если только кто-то один не нужен им для чего-нибудь.

— Для чего?

— Если бы я это знал, то не сидел бы здесь, пытаясь догадаться.

— А как нам быть с Джули? Мы не можем оставить ее здесь. И брать ее с собой на такое дело тоже глупо.

— Может, и глупо, но я все равно пойду.

В дверях стояла Джули.

— Господи, да ты подслушивала, — сказала Вэнс.

— Это единственный способ узнать от вас что-то, — огрызнулась Джули.

Роби сказал:

— Это опасно.

— Тоже мне новость, — сказала Джули без всякого выражения и села за стол. — В меня стреляли, меня чуть не взорвали, у меня на глазах убили моих родителей, меня преследовали пешком и на машине. Так что ваше «опасно» как-то неубедительно.

— По этой логике, если тебя несколько раз чуть не убили, то тебя надо снова поставить в ситуацию, когда убьют? — спросил Роби.

— Я хочу найти убийц моих родителей. Вот и все. Остальное меня не заботит. Так что не думайте, что вы должны беспокоиться о том, что со мной будет. Не должны.

— Джули, мы хотим тебе помочь! — воскликнула Вэнс.

— Я не ваш маленький благотворительный проект, понятно? Приемный ребенок с улицы, которому вы хотите сделать много добра. Забудьте.

— Ты с нами связана, Джули, хочешь ты того или нет. И если бы не мы, тебя бы уже убили, — сказал Роби.

— Я чувствую себя так, будто меня уже убили. Разве я могу кому-то доверять?

— Я думал, мы заслужили твое доверие, — резко сказал Роби.

— Подумайте получше, — огрызнулась Джули и убежала.

— Что за бред, — сказал Роби.

Вэнс посмотрела на него через стол.

— Просто она еще ребенок, Роби. Ребенок, потерявший родителей и страшно напуганный.

Роби тут же успокоился.

— Я понял.

— Мы должны держаться друг за друга.

— Проще сказать, чем сделать. Вы, Вэнс, должны быть преданы ФБР, а не мне.

— Может, я сама за себя решу? — Она накрыла его руку своей. — То, что я сейчас здесь, ясно показывает, кому я предана.

Роби долгую секунду смотрел на нее, потом встал и вышел из дома. Вэнс удивленно смотрела ему вслед. Он пошел в сарай, нашел на верстаке коробку и вытащил оттуда пачку сигарет. Закурил.

Медленный рак легких или быстрая пуля. Какая разница?

Он вышел из сарая и посмотрел на дом. В двух окнах горел свет. Одно в комнате Джули. Другое в комнате Вэнс.

Он обернулся и так стремительно выхватил пистолет, что Вэнс инстинктивно вскинула руки вверх.

— Я думал, вы в доме, — сказал он, опуская оружие.

— Решила посмотреть, где вы.

Он сунул пистолет в кобуру и ничего не ответил.

Она подошла ближе.

— Знаете, я понимаю парней, которые держат все в себе. Такие молчаливые, стойкие воины. В ФБР таких полно. Но это уже устарело. И немного раздражает, особенно в такой ситуации.

Роби отвел глаза.

— Я не фэбээровец, Вэнс. Ничего общего. Я убиваю людей. Да, мне приказывают делать это, но я выполняю приказ. И никаких угрызений совести. Ничего.

— Тогда почему вы не убили Джейн Уинд с сыном? Почему не пожалели времени отнести другого ребенка в безопасное место? Причем тогда, когда на вас шла охота. Объясните мне.

— Зачем вам это?

— Да вот, кажется, нужно. Я поклялась в преданности вам, но вы, похоже, не заметили. Я не жду, что вы будете прыгать от радости, когда я поставила вас выше ФБР и моей карьеры, но надеюсь на некоторую положительную реакцию. А вы убегаете.

Роби отвернулся и пошел к дому.

— Вы всегда уходите от неприятных вопросов? — резко спросила она. — Я думала о вас лучше.

Он снова повернулся к ней, сунул руки в карманы и несколько раз глубоко вздохнул. Вэнс подошла к нему:

— Я думала, я здесь нужна и что-то значу. Пожалуйста, не говорите, что я ошиблась.

Роби посмотрел на дом.

— Джули еще ребенок. А она во всем этом по самые уши. Нельзя ее в это втягивать.

Вэнс сказала:

— Но вы же киллер, Роби. Так почему же вас волнует, что с нею станет? Это же просто работа.

— Но она не должна умереть. Она