Глаз Демона - Богдан Дорошин

Волну энергии, которая исходила от девушки, можно было сравнить с горячим воздухом, вытекающим из обогревателя. Больно не было, Макс даже поймал себя на том, что ему приятно. Словно после долгой зимы он вновь вышел под теплые солнечные лучи. Но длилось это не долго.

-- Дара у него нет, -- констатировала Астор спустя какое-то время, и поспешно отошла назад. Видно этой утонченной даме не слишком нравился запах, которым благоухал Сиркин.

-- Но это не значит, что у него отсутствуют злые намеренья, -- резонно заметил Бартир. -- История знает много лиходеев, лишенных сверхъестественных сил, которые, тем не менее, оставили свой черный след в этом мире.

-- Это правда, -- согласилась Астор. -- Эй ты... хм, человек. Что скажешь в свое оправдание? Еретик ты или же нет? Перед кем преклоняешь свое колено в молитве?

Макс почувствовал, как к лицу приливает кровь. Руки задрожали, а спина вспотела. Ну все, подумалось ему, сейчас ему гаплык приснится. Этих явно не устроит, если он прочтет "Отче Наш". Да и слова христианской молитвы, по правде говоря, Макс давным-давно подзабыл.

-- Э-ммм, -- Сиркин начал тупо тянуть время, некстати вспомнив, что подобная тактика никогда его не выручала, если приходилось выступать неподготовленным у доски. Что говорить? Лепить всякую чушь наугад? Вряд ли это хорошая идея. Будет только хуже.

-- Он не еретик, госпожа.

Спасительный голос послышался со стороны толпы, и Макс едва не расплакался от счастья, когда увидел Геринга. Выглядел тот несколько иначе: крестьянские лохмотья сменились добротной одеждой, но на голове все так же виднелась соломенная шляпа. Правый глаз был перемотан повязкой из серой ткани.

-- А ты еще кто такой? -- Бартир вышел вперед, все еще держа руку на эфесе меча.

-- Я его брат, милостивый господин, -- Геринг учтиво согнул спину в поклоне. -- Мы движемся из поселка Дарос в речной город Арсдан, чтобы поступить в купеческую академию. При мне есть все необходимые рекомендации, заверенные печатью. И что я, что мой младший братец... истинные верующие! Эркалот в нашем сердце!..

И Геринг запел молитву, к словам которой Макс не прислушивался. Его все еще мучил страх, а тело жутко болело после побоев. Хотелось присесть, но два стражника продолжали крепко держать его. Крестьяне, услышавшие знакомые мелодии, склонили свои головы к груди, а кто-то даже беззвучно подпевал. Невозмутимыми остались только леди Астор и ее сопровождающие. Бартир не убирал руку с меча.

-- Тебе явно не в купцы нужно идти, а в богословы, -- хмыкнула Астор, когда Геринг закончил.

-- Вы очень добры, госпожа.

-- Но это не значит, что я тебе поверила. Как тебя зовут?

-- Я Парут, а это... Аксир.

-- Как зовут вашего отца?

-- Нет отца более светлого и праведного, чем Господь наш -- Эркалот, -- благочестиво заметил Геринг. -- Мирские связи не имеют значения в масштабах бессмертия души.

-- Хороший ответ, -- леди Астор вновь хмыкнула. -- Подойди.

Геринг медленно шагнул к ней, высокий и опасный. Макс все ждал, когда под повязкой вспыхнет красным свечением его Глаз, и он перебьет всех присутствующих. Из-за боли и унижения ему было все равно. И хоть в глубине души теплилась жалость к этим людям, плакать за ними он не будет. Не сегодня. Даже за этой девчонкой, высокомерной красавицей с небесными глазами.

Тварь остановился в метре от девушки, не обращая внимание на напряженного Бартира. Рыцарь был слишком опытный, и хоть ничего не предвещало беды, интуитивно чувствовал опасность. Правда определить от кого именно она исходит, храмовник сказать точно не мог. Не от этого же парня в нелепой соломенной шляпе?

-- Вот рекомендации, госпожа, -- "Парут" выудил из наплечной сумки несколько грубых листов желтой бумаги. -- Здесь все написано.

-- Стой спокойно, -- распорядилась Астор. -- И смотри мне в глаза.

Геринг подчинился. Около минуты продолжалась игра в гляделки, после которой на лице девушки появилась печать озадаченности. Видимо она не смогла разглядеть ничего путного, или же увидела нечто такое, отчего все внутри у нее перевернулось.

-- Что у тебя под повязкой, Парут? -- тихо спросила она.

-- Я слеп на один глаз, госпожа. Давняя история.

-- Покажи.

Ну все, сейчас начнется. Примерно такая мысль посетила Макса, когда Геринг медленно разматывал ткань со своей головы. Но ни красного свечения, ни дикой мощи из его правой глазницы не исходило. Сиркин присмотрелся и увидел обычный белесый глаз, который иногда можно увидеть у слепых стариков. В роговице даже накопилась неприятного вида слизь.

Астор вглядывалась в Глаз Демона очень долго, но так ничего и не обнаружила. Шли минуты, а ее небесного цвета глаза не переставая изучали правую глазницу Геринга. Она ощущала некий след, но истина раз за разом ускользала от девушки. В конечном итоге Дитя Света отвела свой взор в сторону, помимо досады ощутив и головную боль.

-- Чист, -- буркнула она. -- Поехали отсюда. До темноты нужно еще успеть покрыть пятнадцать километров дороги.

-- А что с этим парнем? -- Бартир указал на Сиркина. -- Проверить его тщательнее? Мне он кажется подозрительным...

Леди Астор долго думала, и точку над "i" поставила следующая фраза рыцаря:

-- К тому же он убийца. Тот крестьянин, что лежит на крыльце... его душа уже у Эркалота.

-- В таком случае сопроводите преступника в Арсдан, -- решила леди Астор. -- Его судьбу решит светский суд.

-- Госпожа! -- Геринг шагнул вперед, и кожа на его скулах натянулась. -- Это какое-то недоразумение! Мой брат ни в чем не виноват!

-- Это решит судья, -- Астор отмахнулась. -- А ты... хм, человек... лучше помалкивай, если не хочешь отправиться в казематы вслед за своим буйным родственничком. А если решишь сопротивляться, то вы оба сейчас же отправитесь к Эркалоту! Это ясно?

Геринг промолчал, с прищуром поглядев на Дитя Света. Ухмылки себе он не позволил.

***

[7]

Несмотря на наличие многих святых мест и набожного населения, Святому Царству далеко до идеального общества, и в нем, как и везде, процветает преступность. Храмовники в свое время жгли воров, насильников и убийц не менее яростно, чем еретиков, но спустя годы преступное сообщество поумнело. Криминальные боссы быстро поняли, что тягаться со слугами Эркалота не только опасно, но и глупо; выиграть в подобной войне у простых смертных не получилось бы при всем желании, да и каков смысл? Ворам нужно золото, а не слава. Именно такую трактовку общей идеи вывел небезызвестный Мардук Большая Тень, успешно скрывающий свою настоящую личину и по сей день.

Основной принцип стратегии Мардука не только прост, но и действенен. Священников и их приближенных не трогать, наживаться следует лишь в тех местах, где благородным отцам, рыцарям и даже инквизиторам делать особо нечего. Если грабеж -- то торгового склада, а не усадьбы влиятельного дворянина; если убийство -- то конкурента, а не священника; если взятка -- то лишь через вторые и третьи руки. Не вороша палкой осиное гнездо, с ним вполне можно уживаться, а потому преступники Святого Царства, поумерив свой пыл, заняли очень выгодную нишу, наживаясь на простом народе, и никогда не перебегая дорожку Храму.