Голые - Меган Харт

– Это не игра Dance Dance… – Мои слова превратились в стон наслаждения.

Алекс еле слышно рассмеялся, а мне стало так хорошо, что тело невольно дернулось вперед, навстречу его языку. Его палец скользил внутри меня, и это тоже доставляло несказанное удовольствие. Обычно, когда делают куннилингус, стараются чуть ли не съесть партнершу, но Алекс меня не ел – смаковал.

Он лизал и нежно поглаживал меня, пока я не задрожала от неумолимого приближения кульминации. Только тогда Алекс оставил свои ласки и отпрянул. Диван немного просел, когда мой любовник приподнялся и встал на колени. Я не осознавала, что лежала зажмурившись. Но вот Алекс прервал свои ласки, и мои глаза с недоумением распахнулись.

Лицо Алекса оставалось серьезным, когда он расстегнул свои джинсы и сдернул их вниз, выпустив член на свободу. Избавившись от штанов, Алекс снова вернулся в прежнюю позицию, одно его колено оказалось между моими ногами, другое – сбоку от меня. Он принялся медленно ласкать себя, его глаза сосредоточенно сузились.

Мои внутренние мышцы сжались, клитор пульсировал. Каждый мускул моего тела напрягся, готовый взорваться от оргазма, и теперь я парила на грани блаженства. Я нисколько не сомневалась: чтобы довести меня до пика удовольствия, в этот момент достаточно лишь одного-единственного поцелуя или прикосновения.

Но Алекс не дотрагивался до меня. Он продолжал медленно поглаживать себя, его лицо оставалось сосредоточенным и серьезным. Прикусив губу, Алекс откинул голову назад. Его бедра непроизвольно дернулись вперед, подталкивая член в его руке.

В это мгновение Алекс представлял собой восхитительную картину. Даже с ощущением приближающегося оргазма, сковавшего мое тело, я мысленно поместила Алекса в объектив фотоаппарата. Вспышка, щелчок.

Глаза Алекса открылись, и он посмотрел на меня. Чувствуя, что вот-вот проиграю, я злобно зарычала. Когда мой соперник улыбнулся, мне захотелось послать его куда подальше, но он выглядел столь восхитительно, что я просто не смогла.

– Я офигительно твердый, – сказал мой мучитель, медленно поглаживая себя. – Я хочу быть внутри тебя, Оливия.

Мои пальцы вновь расцепились, всего на миг. Я опять подняла руки к голове, чтобы опереться на них лбом, ладони оказались прямо перед глазами, но я все-таки прекрасно видела Алекса. Мне хотелось наблюдать за ним.

– Ты играешь нечестно!

Его смех перерос в стон:

– Черт, как же хорошо… но может быть еще лучше.

Мой клитор снова стал пульсировать. Волна наслаждения не ослабела, я все еще балансировала на грани, так близко к оргазму, что, вероятно, могла достичь его, всего-навсего сжав бедра. Влагалище томительно ныло, желая, чтобы его наполнили.

– Ты – такая влажная, – продолжал искушать Алекс. – Я бы тут же скользнул внутрь, вперед… а потом назад…

Он лукаво приоткрыл один глаз, ожидая моего ответа. Я засмеялась бы, но была не в состоянии сделать это, тщетно пытаясь восстановить дыхание. Все мои силы были сосредоточены сейчас на том, чтобы попытаться не расцепить пальцы.

– Вот черт, – признала я после секунды борьбы с собой и уселась на диване, потянувшись к нему. – Ты выиграл.

Я притянула Алекса к себе так, чтобы он оказался сверху, и наши губы сцепились в диком, неистовом поцелуе. Его руки заскользили по моему телу, помогая избавиться от оставшейся одежды. Раздетая им, я шумно выдохнула. Все во мне напряглось в ожидании желанной разрядки.

Алекс наклонился, чтобы выдернуть презерватив из коробки: этот ловкач уже успел положить ее под подушку! Фольга порвалась… Он больше не играл ни в какие игры. Перекатившись по дивану, Алекс надел презерватив и снова потянулся ко мне. Его губы нашли мои. В следующее мгновение он уже оказался сверху, одной рукой упираясь в диван рядом с моим плечом, а другой… о боже праведный… другой направляя себя внутрь моего тела.

Алекс медленно продвинулся вперед и остановился, когда с моих уст сорвался тихий звук протеста. Его рука скользнула к моей шее и теперь поддерживала ее, его пальцы зарылись в мои волосы. Алекс притянул меня к себе и прижал свои губы к моим. Он поцеловал меня, чуть ли не пожирая ртом, а потом отпрянул, тяжело дыша.

Я сощурилась, пытаясь сфокусировать взгляд на его лице, оказавшемся так близко, что я могла пересчитать его ресницы. А во мне уже сотрясался член, заставляя двигаться в такт. Мой клитор пульсировал, но Алекс вдруг замер. Я инстинктивно вздрогнула, не в силах помешать своему телу в поисках пути к удовольствию.

Алекс прижался ко мне сильнее, еще глубже войдя в меня. И тут же медленно отодвинулся, всего на какой-то дюйм. Мне требовалось гораздо больше. Я приподняла бедра и вцепилась в его ягодицы, чтобы заставить двигаться в убыстренном темпе.

Алекс погрузился в меня, потом на мгновение вышел. Новый толчок. Наши зубы столкнулись в грубом поцелуе, но мне было плевать на возможные синяки. То, что происходило между нами, казалось таким восхитительным, что все остальное не имело значения, ушло куда-то, растворилось и исчезло. Мы трахались резко, быстро, и, когда меня накрыл оргазм, я закрыла глаза, перед которыми замелькали яркие и цветные вспышки фейерверка.

Алекс испытал экстаз спустя полминуты после меня. Он простонал мое имя, безмерно меня удивив. Мне это понравилось.

Еще минута прошла, прежде чем Алекс потянулся, чтобы поддержать презерватив и выйти из меня. Потом он откатился на спину с громким вздохом. Я лежала, уставившись в потолок, не в силах облечь мысли в слова, обмякшая и пресыщенная.

– Прости меня, – спустя некоторое время нарушил молчание Алекс.

Я еще тихо покачивалась на волнах удовольствия, не засыпая, просто впав в спокойное, счастливое блаженство. Но, услышав эти слова, я резко поднялась на локте и изумленно взглянула на него:

– За что?

Алекс тоже сел, потом быстро переместился к краю дивана, чтобы забрать отслуживший свое презерватив. И оглянулся на меня через плечо:

– За… ну, я ведь уже сказал, что забыл, как это делается.

Я думала, что Алекс шутит. В сущности, даже не сомневалась в этом, пока он не поднялся, чтобы направиться в ванную, и я не увидела его лицо. Озадаченная, я замерла среди груды подушек, разбросанных в порыве нашей страсти.

Нам явно требовалось объясниться, поэтому я встала и последовала за ним.

– Что ты имеешь в виду?

Алекс мыл руки над раковиной.

– Я имею в виду… это было… быстро. Только и всего.

– О… – Я задумчиво прикусила внутреннюю сторону щеки. Это была весьма деликатная причина. – Эй! Посмотри-ка на меня.

Алекс обернулся, на его лице застыло бесстрастное, ничего не означавшее выражение, к которому я уже успела привыкнуть. Я положила руку на бедро своего чересчур скромного любовника, притянув его к себе, близко-близко. Плоть к плоти.