Первая книга - Тим Роверандом

   Агамемнон, работая, как обычно в таких ситуациях, в качестве источника с удивлением узнал Саара. К сожалению, поговорить ему с ним так пока и не удалось, но то, что профессор свободно читает лекции по магии тем, кто при другом развитии событий взяли бы в рабство его ученицу... Ему было это не понять. Лекция подходила к концу, и пора было позаботится о лежащих без сознания друзьях.

   Альваро с интересом наблюдал не только за выкладками профессора - они показались ему разумными, но все еще далекими от практики. Куда интереснее были угрожающие взгляды Ханны де Келли, которая, как говорили, уже осенью станет адептом. Также было любопытно увидеть тут Агамемнона - силу этого источника Альваро еще помнил. К сожалению, привлечь его в работе над своими задачами почему-то никак не удавалось - источник был постоянно занят другими магами. И чаще всего - все той же Ханной! Она как будто даже по мелочам пыталась пакостить ему, хотя это на нее было не похоже.

   Ханна же, увлеченная строгими выкладками Саара на предыдущих лекциях, в этот раз была несколько обескуражена расплывчатостью и неопределенностью данной практической проблематики. Потому и заметила Альваро среди слушателей - тот сидел, словно делая окружающим одолжение своим присутствием. Его серебряная с синим тога адепта бросалась в глаза своей идеальной чистотой. Забавно, что теперь, спустя годы учебы, отношение Ханны к этому аристократу изменилось. Тяжело жить в Новом Рассвете и не видеть, что Альваро чуть ли не единственный из высоких Коста, кому не безразличны понятия чести и духа. Восхищение им высказывали не только родовитые наследники. Пропивающие деньги в кутежах, но и вполне достойные люди, как те, что приняли Ханну у себя на время учебы, на случай, когда ей надоедало ночевать в Академии. Тем печальней было ей понимать, что за предыдущее преступление никто, кроме нее, Альваро не накажет.

   После лекции Ханна, как уже привыкли другие, занялась источниками. Проверив состояние и отправив в госпиталь остальных, они с Агамемноном вышли из зала.

   - Послушайте, леди Ханна, - обратился источник, - не могли бы вы мне помочь? Я бы хотел переговорить с профессором Сааром.

   - О, это много кто хочет, - улыбнулась девушка, - он сейчас знаменитость. Я, конечно, попробую, но скорее всего не выйдет из этого ничего.

   - Вы просто передайте ему мое имя, я думаю, он найдет время.

   - Ты с ним знаком?

   - Да, он учил меня в детстве. Да и вы бы могли его вспомнить, я думаю.

   Ханна направилась к гостевой башне, вспоминая, что действительно, какой-то старый себеш в свое время приехал в их город, и даже пару раз приходил к отцу. Но воспоминания были тусклы и перепутаны. Поднявшись к покоям, Ханна едва не столкнулась с профессором, задумчиво шагающим по галерее.

   - О, простите, леди. Мне ваше лицо кажется знакомым... Как вас зовут? - Заинтересовался себеш.

   - Профессор Саар, вас-то я и искала. Меня зовут Ханна.

   - Конечно! - Улыбнулся Саар. - Ханна де Келли, рад что вы попали сюда, в Академию. Чем я могу быть вам полезен?

   - Один из источников, что были на сегодняшней лекции, Агамемнон, просил вас о встрече. Он сказал, что его имя вы должны бы вспомнить.

   - Хм... Да, я помню его. - Саар вздохнул, словно не хотелось ему этой встречи. Но потом он решительно кивнул. - Да. Хорошо. Вы проводите?

   - Да, прошу за мной. - Ханна указала вниз.

   Они спускались витыми мраморными переходами, мимо окон, распахнутых в весеннее, зеленоватое яркое море. Бриз, врываясь между открытых окон, пытался расплести косу Ханны.

   - Скажите, леди, а как так вышло, что делами источников занялись вы? - заинтересовался себеш.

   - Это стандартная обязанность послушников, профессор. К тому же, в паре с Агамемноном моя магия резко усиливается, так что кое-чем я ему обязана.

   - Я рад такое слышать, - кивнул Саар, ступая на очередной мост между башнями, - редкое отношение в академии, как я помню.

   Ханна пожала плечами, не собираясь рассказывать обо всем, что тут происходило, и повела профессора дальше, к покоям источников.

   Войдя в комнату Агамемнона, Саар на мгновенье застыл. Напротив него, вовсю стену было растянуто полотно. Профессору было достаточно мгновения, чтобы узнать сцену из Обвинения, пусть и не дорисованную. Подобных шедевров в этом мире ему видеть еще не доводилось. От того что эта картина несла в себе, и от того что она еще не несла, в сердцах проходила дрожь. Взгляд перебегал с детали на деталь, не желая отрываться от полотна.

   - Вот и меня каждый раз печалит, что она не закончила. - Раздался голос сзади. - Это великая трагедия профессор. - Агамемнон обошел Саара и указал на стул. - Садитесь. Я рад, что вы меня еще помните.

   - О, добрый день, Аг. - Саар уселся, с интересом поглядывая на картину.

   - А я вот не могу так сказать, профессор. Не добрый он для меня. Не каждый день узнаешь, что человек, учивший тебя в детстве, дружен с твоими врагами.

   - Как я понимаю, Аг, ты считаешь всех магов врагами, и вдружбе с ними меня и обвиняешь, так? Даже Ханну? - Агамемнон в ответ пристально взглянул в глаза себеш, не собираясь комментировать глупости. Очевидно, что даже если один послушник и не был ему врагом, это не меняло остальной ситуации. Саар это понял, и продолжил. - С твоей точки зрения, как точки зрения пленного источника это допустимо. Но ты ошибаешься, предполагая, что они мои друзья. Я уже однажды говорил тебе - эти дела аристократии меня не касаются.

   - Как это не касаются?! - Агамемнон вскочил, опрокинув стул, на который намеревался сесть. - А Джессика? Да она же так же просто может попасть сюда!

   - И тем не менее. Ее судьба мне близка. Твоя в какой-то мере тоже. Но я не буду противостоять Империи, как не буду сражаться и за нее.

   - Но почему? Неужели вы не видите, профессор, что тут творится? Что те, кто заперт в этих стенах, должны получить свободу и право на жизнь? Что сам принцип Империи сгнил изнутри, и ее нужно уничтожить?! Как это можно так оставить?

   - Моя цель, Агамемнон, намного выше. Я не имею права даже просто помочь тебе убежать отсюда. Да и возможности тоже. Меня не интересуют восстания. Я говорил это Джес, и позволяю себе говорить это и тебе.

   - Не знаю, профессор, что у вас за цель. Но если она допускает такое обращение с источниками - она не стоит ни медяка! Уходите. Спасибо, что открыли мне глаза.

   Саар встал, покачал головой и вышел. На пороге он еще раз обернулся, поглядев на картину и бросив взгляд на опустившего в усталости голову Агамемнона, и закрыл за собой дверь.