Лазутчики. Становление. Дилогия (СИ) - Роман Холодов

Передышка

Кто-то тронул Машу за плечо и она мигом открыла глаза. За последние двое суток она лишь на пару часов сомкнула веки. В лазарете на спутнике, где расквартировали всех врачей со всех кораблей, тяжелые пациенты шли нескончаемым потоком. Мобилизовали всех, кто хоть что-то понимал в медицине — медсестер, докторов, судовых лекарей, хирургов, врачей-терапевтов. Марии приходилось сшивать ткани, вправлять кости, накладывать бинты и жгуты, таскать на себе крупных мужиков, некоторые из которых были в сознании и пытались помогать, когда хрупкая низенькая девушка переваливала их на каталку и страшно смущались, если у них не получалось. Маша не обращала на это внимания, она просто делала свою работу. Парни пытались разговаривать, но девушка улыбалась во все тридцать два зуба и молча пеленала их или ковырялась в недействующих имплантах, оживляя их.

В палате лежали четверо — Захар, так и не пришедший в сознание после операции Бомбы, Михаил, занявший угол, Ноль, который на деле оказался Андреем и ходивший из угла в угол и мающийся от безделья штурмовик из отряда "Кавказ", ждущий, когда же ему вставят искусственный глаз. Он и тронул Машу за плечо.

— Сестра, можно воды. — Глядя единственным уцелевшим глазом, попросил он.

— Совести у тебя нет. — Проворчал из угла Михаил. В целом он был здоров, но ждал, когда подвезут запчасти для его ног и правой руки. Сервисная служба пахала круглыми сутками, разыскивая недостающие для космопехов детали. — Девочка только глаза закрыла, а ему пить захотелось. Выйди в коридор, да и попроси там у кого-нибудь.

— Так нет там никого, я уже ходил. — Смущенно оправдывался штурмовик. — Как вымерло все.

— Конечно вымерло. — Проворчал Андрей, повернувшись на другой бок — на правом лежать ему было больно, а на спине вообще невозможно. — Ты что, не слышал, что Обручев своим приказом отправил весь медперсонал на восемь часов сна, а то с них уже толку никакого?

— Когда это было? — спросил штурмовик.

— Да когда ты дрых без задних ног. — Сказал Михаил.

— А-а, — протянул воин. Мария не стала выслушивать их препирательства, а просто сходила за бутылочкой воды к автомату, стоящему в лазарете. Хакеры с РЭБ-корабля взломали его систему и сейчас он выдавал всем желающим напитки бесплатно.

Штурмовик жадно присосался к бутылке, а Маша подошла к Михаилу. Он не помещался на койке, да и какая койка может пригодиться ходячей платформе с получеловеком внутри? "Молот" располагался полусидя, с открытым забралом шлема и весело глядел единственным глазом на мир. Во второй через зрительный нерв прямо в мозг поступала информация с датчиков и наружных камер. Мониторинг системы велся непрерывно и компьютер сообщал об отключении ножных протезов и отказе функционирования правой управляющей системы турели. Миша просто отключил сигналы, чтобы они его не раздражали и проводил все время в обществе Марии, чему та была, конечно, рада, но вот присутствие остальных слегка сдерживало их общение.

Когда Михаила привезли на транспортной платформе в лазарет, Маша чуть в обморок не грохнулась. Она и так с трудом, с помощью Виктора, восстановила его после сбоя, а тут на нем живого места не было. Вся броня изрешечена пулями, ноги не работают, жизненные системы на последнем издыхании — человек внутри машины выжил только чудом. Будь ее воля, она бы давно выдернула мужика из поломанного механизма, но отключение от системы убило бы Михаила разом. Поэтому, закусывая губы и не сдерживая слезы, которые протянулись у нее дорожками из глаз, она, засучив рукава, принялась за восстановление механизмов. Миша тогда открыл глаз и, увидев мокрое лицо, сказал — ну зачем ты так, все хорошо, даже отлично. И отключился. Она тогда чуть с ума не сошла, но стоящий рядом доктор вовремя встряхнул девушку и жестким тоном стал направлять ее действия. Он была ему благодарна. Своим окриком он вернул ее к реальности и она уже не допускала ошибок, которые могла совершить под наплывом эмоций.

Серьезные опасения у нее вызывал Захар. Операцию, которую провел Бомба, она одобрила, но космопех не приходил в сознание. Полное обследование на аппаратуре медцентра не выявило каких либо отклонений и заставило Машу серьезно задуматься. Применять методы выведения из комы она не хотела, все надеялась, что Захар очнется сам. Но если не будет никаких реакций, то придется попробовать принудительное пробуждение.

Штурмовик из группы "Кавказ", напившись воды из бутылочки, таскался по палате, не зная чем себя занять. Сидеть в четырех стенах ему не просто надоело, осточертело вовсе. Одно дело, когда сидишь на корабле в ожидании выброски. Тогда все естество, все нутро жаждет начала операции, адреналин то и дело впрыскивается в кровь. И когда раздается долгожданный сигнал, то сразу же забываешь все свои расстройства и переживания, остается только тяжелая работа. Штурмовику сильно не хватало этого. После ранения, когда его поместили в лазарет, прошло всего два дня, но даже за такое короткое время он уже соскучился по парням из своего взвода, по кораблю, по громкоголосому боцману, который, набравши воздуха в грудь, как сирена объявлял команду "на абордаж!". Совершенно не знал чем себя занять.

— Че ты таскаешься по палате, мельтешишь. — Сказал недовольный Ноль. — Ляг, полежи.

— Належался уже, бока болят. — Ворчливо ответил Штурмовик.

— Ну, тогда посиди, голова уже от тебя болит, болтаешься как маятник у часов.

— Чего?

— Ничего. Отдыхай, говорю.

— Хватит, наотдыхался. На волю хочу.

— Слушай, иди тогда по лазарету походи, доктора найди, который тебе глаз обещал, у него спроси, когда же он, сволочь такая, тебе операцию делать будет. — Посоветовал Михаил. — А то действительно не сидишь и не лежишь, так хоть делом займись.

Штурмовик просиял лицом.

— Точно. Пойду поищу.

— Куда это ты собрался? — Мария встала в дверях. — Из палаты не выходить, докторов не беспокоить, они на операциях все, будете еще у меня по коридорам шарахаться.

— Да ладно Маш, — сказал Михаил, — пусть идет, хоть на улице воздухом подышит.

Мария не поняла шутки, но все остальные сразу заулыбались, а штурмовик даже хохотнул. Он подошел к двери, мягко переставил девушку в сторону и сказал.

— Пойду ребят навещу, они тут недалеко лежат. — Приложил руку к груди. — Честное пионерское, до доктора докапываться не буду.

С этими словами вышел за дверь. Маша повернулась к Михаилу.

— Ну, спасибо тебе, выпроводил пациента. А если его на операцию вызовут, я его где искать буду?