Лазутчики. Становление. Дилогия (СИ) - Роман Холодов

— Не жизнь, а сплошной адреналин. — Проворчал кто-то.

— Это ты сказал, Скептик? — командир повернулся к отряду. — Надо было в техники идти, а не в космопехи.

— Да меня особо и не спрашивали.

— Конечно, если бы спросили, то померли бы от негатива, которым ты пропитан. — Засмеялся стоящий рядом со Скептиком боец. — И где ты его набрался?

— Там же где и ты, Весельчак.

— Ладно, хорош лясы точить. — Прервал их Пахом. — Так где вы узнали, что мы будем здесь в этот день и час?

— У адмирала был свой канал связи. Он устроил засаду на поверхности, а сам отвел корабли и стал ждать. — С готовностью рассказывал писклявый. Жить очень хотелось. — Потом, как появились вы, он дождался, когда десант пойдет на посадку и двинулся к вам.

— Дальше все ясно. — Сказал командир. — Давай, командуй отступление, пока мы всех ваших не размотали.

Корабли получили приказ за подписью адмирала, но некоторые не стали выходить из боя, потому что просто не могли быстро драпать. От двадцати кораблей осталось меньше десятка, да и те были наполовину захвачены или повреждены. Союзному флоту тоже серьезно досталось. Авианосец был еще на ходу, как и два рейдера, что зашли с тылу. Рембаза серьезно повреждена и просто упала на поверхность сатурнианской луны, остальные корабли имели степень повреждения более пятидесяти процентов, двигаться из которых могли только трое, остальные просто висели в космосе. Когда штурмовики захватили вражеский флагман и скомандовали оттуда отступление, то три корабля сразу же вышли из боя, словно ждали этого приказа. Остальные физически не могли и продолжали сражаться. Пришлось уничтожить их издалека, а тех троих отпустить, потому что соревноваться с ними в скорости ни мог ни один корабль.

Капитан Обручев собрал командиров на авианосце после сокрушительного сражения. Многие прибыли сразу, некоторых приходилось тащить на буксире, которым управлял Виктор — вот и пригодился мусоровоз. Бравый капитан крейсера с командой самоубийц прибыл с перемотанной башкой, но в отличном расположении духа. Он громко гудел в коридорах корабля о своем лихом маневре и восторженно вопил о победе. Остальные не испытывали такого позитива, хотя и остались в живых, но потери были ощутимыми. Десантников со всех кораблей погибло около ста человек, а экипажей — около трехсот двадцати. Всего же личного состава всей группировки осталось около тысячи. Для такого флота этого было мало. К тому же они потеряли два корвета в полном составе, выжили только несколько человек, что успели эвакуироваться. Корабли были разведывательными и не предназначенными для длительного боя с крупными силами, поэтому их участь была решена. Но все же победа далась дорогой ценой.

Петр Евгеньевич оглядел капитанов. Он положил руки на экран дисплея и тяжело сказал:

— Потери у нас большие. Это очень тяжело, когда служившие рядом с тобой товарищи покидают этот мир, но жизнь, а с ней и борьба продолжается и нам надо держаться. Единственным выходом сейчас я вижу закрепиться на ремонтной базе противника. Помочь Марсу сейчас мы не сможем и все это понимают. Поэтому первоочередной задачей остается ремонт и еще раз ремонт. Где Сергей Владимирович?

— Я здесь. — Главный техник рембазы поднял руку.

— Как у вас с ресурсами?

— По предварительным оценкам свою собственную базу мы сможем восстановить за сутки. Остальные корабли можно загнать в док республиканской базы. Там очень неплохое оборудование, плюс куча запчастей. И если мне помогут электронщики Евгения Андреевича…

— Помогут. — Проворчал капитан РЭБ-корабля. — Всенепременно.

— Премного благодарен.

— О чем это вы? — не понял Обручев.

— На базе полно ремонтных дроидов, которых мы и используем. — Пояснил Евгений Андреевич. — Нечего оборудованию простаивать.

— Правильное решение! — гуднул Федор Викторович.

— Значит, решено. — Подвел итог капитан авианосца. — Сначала в ремонт поступают корабли с легкими повреждениям, потом со средними, затем самые тяжелые. Сейчас оставшиеся на ходу два рейдера патрулируют орбиту, а аварийные команды пусть собирают обломки имперцев, может, найдут что-нибудь интересное, да и наши корабли проверить не помешает.

— Я уже дал своим команду. — Сказал командир первого крейсера. — Все что найдут тащить вниз.

— Поступило сообщение, товарищ капитан, — передал радист. Обручев развернул на портативном коммуникаторе текст, прочитал его и убрал в чехол.

— Орбитальные корпоративные базы Сатурна передают нам приглашение и просятся под нашу защиту. Они были захвачены имперскими войсками, но когда их операторы засекли нас и увидели, как мы задали им трепака, то организовали сопротивление внутри станции. Все поднялись против захватчиков и сейчас три базы уже освобождены, а к двум направляется команда корпоративных пиратов. Так что, ребята, мы с вами находимся на острие гражданской войны и новой революции.

— Если так дальше пойдет, нам придется организовать собственное государство. — Проворчал капитан одного из рейдеров, что сейчас находился в патруле. Рулил кораблем старший помощник, пока командир присутствовал на совещании. Пользоваться связью Обручев не хотел — сигнал могли перехватить. Поэтому командир авианосца не стал рисковать.

— Надо будет — организуем! — гаркнул Федор Викторович. Он вообще был довольно рисковым человеком и редко думал о последствиях.

— Не надо нам такой обузы. — Поднял ладони старпом Дементьев.

— Хорошая ресурсная база нам не помешает, а на орбите Сатурна мы можем создать довольно мощную систему обороны. — Задумчиво сказал Петр Евгеньевич. — Надо ответить согласием и выслать для разведки и подкрепления наших обязательств пару кораблей. Как только они будут готовы. Есть возражения?

— Нет. — В голос заявили капитаны.

— Тогда на сегодня все. Главное — ремонт и отдых. Запасы топлива, кислорода и пищи пополним на этих станциях. Если нас примут там, как освободителей. А то не вышло бы как… — Он задумался.

— Как где? — спросил любопытный Федор Виктрович.

— Ладно, забудем. — Махнул рукой Обручев. — Всем отдыхать.

Народ разошелся по своим местам, а Петр Евгеньевич попросил радиста переслать кое-кому одну радиограмму.

Алекс шел по коридору административного здания и сжимал кулаки. Только что он получил радиограмму от командира союзной группировки в которой было только четыре слова: "Нас сдали, ищите крота". Это было как удар в спину. Алекс сразу же стал перебирать в голове варианты. Обсуждали план все вместе, но кто мог быть засланным казачком? Кому агенты императора пообещали амнистию? Это может быть любой из них, но под подозрение попадают сразу трое: Антонио, Жан и Каваджо. Последний, как никак, глава транслирующей корпорации и заручиться его поддержкой — значит обеспечить связь. Тут рубить с плеча не стоит, надо подумать. Алекс уже набросал в голове план действий.