Душа грозы - Лилия Беренс

Дарий заблокировал очередной удар посоха, достав мастера ногой. Тот увернулся, но это дало ему время вскочить на ноги. Взмахом полуторника он остановил ларанский клинок, пригнулся, уходя от очередного удара посохом, но тонкая цепь третьего мастера успела обмотать его меч. Жрец рывком выдрал оружие из рук оборотня, а сзади посох снова устремился к спине парня. Упав на землю, Дарий вновь перекатился, подхватывая новое оружие. Но с каждым разом очередной клинок вылетал из его рук, на спине и правой руке уже алели две глубокие резанные раны. Внезапно взгляд уцепился за них… Пара кинсо лежала прямо на каменном постаменте, возвышавшемся посреди зала, словно специально его дожидаясь.

Совершив несколько обманных движений и получив три новых ранения, он старательно отступал в центр зала, пока поясница не уперлась в каменный угол постамента. Уходя от очередных смертоносных ударов, он подтянулся и распластался на широкой плите. Цепной обвес и посох прогудели над головой. Пришлось срочно поджать под себя ноги, так как их едва не отрезал бритвенно острый узкий ларанский клинок. Судорожно вцепившись в унал и дайши, Дарий вскочил на ноги, готовый блокировать все удары, которые только могут на него посыпаться.

Но три жреца застыли на местах. Никто из них больше не пытался его убить. В освещенный факелами зал медленно вошел учитель Дария.

— Достоин ли мой ученик моего мастерства? — спокойно спросил он, приближаясь к троице мастеров.

— Достоин! — синхронно ответили жрецы.

— Это что? Это была проверка? — непонимающе переводил взгляд все еще находящийся в боевой стойке Дарий.

— Это последнее испытание, — пояснил жрец, орудовавший посохом. — Тот, кто хочет называться мастером, обязан достигнуть своего оружия живым. Этот зал — сердце храма, а это, — он указал посохом на каменный постамент, на котором все еще возвышался оборотень, — настоящий алтарь. Чтобы пройти испытание, тебе нужно было добраться до выбранного тобой оружия. С чем тебя и поздравляю.

Услышав об алтаре, Дарий немедленно спрыгнул на пол, суеверно покосившись на ничем не примечательную каменную плиту.

— Зря спрыгнул, — усмехнулся другой жрец, сматывая свою цепь. — Все равно тебе сейчас на него придется залазить обратно.

— Ты подтвердил, что достоин называться мастером, — заговорил третий, протирая свой узкий клинок от крови Дария. — Теперь тебе полагается нанести знаки мастерства. А делается это на алтаре, потому что отмеченная рука, в которой ты держишь оружие, посвящается служению Дилаю.

— Ты сражаешься двумя клинками, поэтому в твоем случае татуировки будут нанесены на оба запястья, как и положено двуруким бойцам, — вновь заговорил жрец с посохом, демонстрируя свои руки. На его обоих запястьях красовались татуировки мастера.

— Ложись, сын мой. — Проговорил учитель, указывая на каменную плиту. Дарий снял с себя опостылевшие утяжелители и послушно лег на спину. Его руки, все еще сжимающие унал и дайши, сразу же развели по сторонам. — Закрой глаза и молись Дилаю. Будет очень больно, потому что метки наносятся особым составом. Зато их невозможно подделать.

Боль действительно была невероятной. Дарий прокусил губу острым клыком до крови, но не позволил себе ни разу вскрикнуть. В его голове по-прежнему не помещалась новость, что он уже мастер, что ученичество окончено… Что же делать дальше? Идти на север, как собирался? Но до встречи с циркачом было еще два месяца, а нарушить данное слово он просто не мог себя заставить. Возможно, стоит это время посвятить созданию дайши для своего собственного унала? Теперь он понимал свой меч и чувствовал, что способен выковать ему достойную пару. Пожалуй, так он и поступит.

— Можешь подняться, мастер, — услышал он через бесконечно долгое время голос одного из жрецов.

Оборотень разлепил веки и слез с алтаря. Все четыре мастера свели перед грудью кулаки костяшками друг другу и поклонились. Приветствие новому воину Дилая. Дарий повторил жест.

— Ты по-прежнему можешь приходить в храм, чтобы тренироваться со мной, — проговорил учитель, проходя через тренировочные залы.

Он попросил у Дария еще несколько минут, чтобы сделать подарок. Все встречные подмастерья и жрецы, завидев татуировки, почтительно кланялись. Оборотню от этого было не комфортно, но он мужественно терпел, не смея обидеть своего учителя. Оказавшись в последнем зале, жрец скрылся в небольшой каморке и вышел с изящной нагрудной перевязью, в аккуратных пазах которой покоились пять метательных ножей ташийской работы. Рядом с перевязью лег такой же пояс с каршами.

— По традиции, в день посвящения в мастера, учитель дарит своему бывшему ученику оружие. Я подумывал подарить тебе кинсо, но ты сам сказал, что хочешь сделать дайши для своего унала собственноручно. Так что прими вот этот набор. У тебя всегда очень хорошо получалось орудовать метательным оружием. Надеюсь, эти пояса послужат тебе верой и правдой. Дарий с поклоном принял из рук жреца подарок.

— Спасибо, учитель.

— Придешь завтра тренироваться? — с надеждой спросил старик.

— Как я могу не прийти? Мне кажется, что я уже и дня не смогу пережить без этого.

— Тогда я жду тебя как обычно. Знаешь, ты первый мастер, сохранивший свое имя. Очень надеюсь, что я буду слышать его только с гордостью.

Путь до кузницы Дарий прошел в какой-то прострации, рассеянно разглядывая свои запястья и не смотря по сторонам. Смутное чувство тревоги вновь дало о себе знать. Теперь оно поселилось где-то в глубине души оборотня, продолжая незаметно нарастать. О чем же его предупреждает инстинкт? Что должно случиться? Нога толкнула калитку, и Дарий зашел во внутренний двор кузнеца. Высокий широкоплечий Ольд, по примеру друга отрастивший себе волосы до плеч, шутливо фехтовал на палках с Ефаном. Младший сын Камиля ожидал этой осенью праздника урожая и предсказаний своей судьбы в храме Риалы и требовал не называть его больше детским именем Фаня. Уже пятнадцать. Дарий смотрел на пепельноволосого курчавого парнишку, очень похожего на старшего брата, и не мог поверить, что когда-то пришел в деревню точно таким же. Сейчас он был уже мужчиной, пережившим немало испытаний, мастером храма Дилая. Оборотень с улыбкой вспоминал свою битву в лесу с охотником на нечисть. Каким же наивным он когда-то был! Теперь этот убийца не продержался бы против него безоружного даже пары секунд. Сейчас он полностью контролирует себя в моменты превращения, изучил большую часть своих способностей в шкуре громового волка, а еще научился применять многое и в человеческом облике. Ему бы еще хотелось поучиться в Академии Сил, местные маги утверждали, что у него немалый талант к некоторым видам магии, но Дарию никак не удавалось пересилить свое острое неприятие магистров, да и большинства простых магов тоже. То, что есть — тоже впечатляет, так что он решил обходиться уже имеющимся.