Грязные танцы - Роберт Крейг

Он остановился, ибо рядом с Анной возник Ричард, протянувший ей новую порцию спиртного.

– Что здесь происходит?

Дерек быстро оценил Ричарда: хорошо уложенные волосы, опрятный костюм, безукоризненный вид. Слабый противник, офисная крыса, которого он легко одолеет.

– А ты-то кто такой? Если это твоя птичка, скажи ей, чтобы угомонилась, а если нет, то давай вместе ее отсюда выкинем. Въехал?

Три охранника предотвратили дальнейшие проявления агрессии. Оценив Ричарда быстро и так же не в его пользу, как и Дерек до этого, они заключили, что парень жертва, и принялись выволакивать Дерека прочь. Ричард объяснил, что они все равно уходят.

На улице Дерек решил выплеснуть свою злобу на Ричарда. Тот молчал, пока Анна и Наташа выкрикивали Дереку проклятия.

– Ты ко мне спиной-то не поворачивайся, самодовольный сучонок! – завопил Дерек, толкнув Ричарда в плечо.

Ричард остановился. Обернулся. Схватил Дерека за руку и выворачивал запястье до тех пор, пока тот не опустился на колени с искаженным от боли лицом.

– Слушай, оставь нас в покое… – начал убеждать его Ричард.

Но у Анны и Наташи были свои методы. Анна пнула Дерека в предплечье, а Наташа ударила по скрученной руке. Ричард отпустил жертву. Они оставили Дерека валяться на тротуаре, скрюченного от боли и со страхом ожидающего новых нападений.

– Я увидел сегодня твою ярость, – сказал Ричард Анне, усмехнувшись. Они направлялись к стоянке такси.

– Да, так что будь осторожен, – ухмыльнулась она в ответ. – Где ты этому научился, ну, трюку с запястьем?

– Я взял пять уроков дзюдо, когда мне было одиннадцать лет. Это единственный прием, что я помню. Ловко, да?

Они поймали такси до дома Анны и Наташи. Несмотря на то что платил Ричард, Наташа села на переднее сиденье, чтобы дать возможность паре побыть вместе. Они пытались вовлечь ее в разговор. И хотя девушка старалась, чтобы ее ответы звучали беспечно, она все же казалась не слишком разговорчивой – так что, в конце концов, влюбленные занялись друг другом. Анна держала Ричарда за руку, улыбаясь, словно только это и умела делать… Пьяный и слишком счастливый, Ричард забыл про свои намерения открыть правду.

Наташа опасалась, что Анна и Ричард, занимающиеся сексом, помешают ей заснуть. К счастью, она была слишком пьяна, это быстро усыпило девушку, и спала она крепко.

Утром Наташа резво выскочила из постели, приняла душ и отправилась к родителям на целый час раньше положенного.

У двери родительского дома она подумала: «Моя жизнь превратилась в дерьмо».

Ричард и Анна оставались в постели все утро. Опять упустив момент для признания, Ричард решил устроить вечеринку, чтобы продемонстрировать, как спокойно и хорошо он чувствует себя с Анной среди знакомых. И она, в конце концов, смогла бы сделать из этого вывод, что он не женат.

– Я устраиваю вечеринку. Хочу, чтобы ты пришла, – сказал Ричард Анне.

Она должна была бы спросить, как такое возможно: разве он не хранил их отношения в секрете?

Но девушка согласилась:

– Хорошо, с удовольствием.

– Будут только пары, – добавил Ричард, чтобы дать девушке понять, что они тоже являются парой и никого другого в его жизни нет.

– Почему?

У Ричарда не было подходящего ответа.

– Ну, так удобнее. Чтобы было одинаковое количество женщин и мужчин. И хороший повод, чтобы не приглашать моих друзей-идиотов.

– Но тогда я не смогу взять Наташу.

– Ничего, обойдется, – сказал Ричард.

И в этот момент Анна впервые по-настоящему разозлилась на него. Но промолчала.

Глава тридцать первая

Эту мантру Наташа повторяла до тошноты: «Моя жизнь превратилась в дерьмо».

Анна могла бы опровергнуть это утверждение. Она сделала бы пару оптимистичных комплиментов Наташе, ведь у той было немало: молодость, привлекательность и ум.

Но даже воображаемая Анна в Наташиной голове сильно изменилась.

«Твоя жизнь не превратилась в дерьмо, она и была дерьмом. Ты стала слишком зависимой от меня, у тебя не оставалось времени для других подруг, для парней или для семьи. А время-то бежит. Я нашла кого-то, кто меня освободит. Так что тебе придется справляться самой, подружка».

Несмотря на «подружку» – обращение, которое Анна частенько использовала, когда была воинственно настроена, Наташа догадалась, что слышит голос не Анны, но Бренды, своей сестры, сидевшей напротив за обеденным столом.

«Не бывает так, как тебе хотелось бы, Наташа. Ты идешь в ночной клуб и встречаешь своего принца на белом коне. Не бывает такого. В лучшем случае можешь рассчитывать, что ты встретишь парня, с недостатками которого сможешь смириться, а его достоинства сделают твою жизнь чуточку легче».

«Это неправда, – сказала ей Наташа. – Ты несчастная и жалкая. Ты выходишь замуж за человека, который тебе явно не нравится, а все из-за того, что у тебя такая низкая самооценка».

«Я…» – начала Бренда.

Наташа прервала этот воображаемый диалог и по-настоящему задумалась.

«Я беспокоюсь не о том, что потеряла Джоффри, – догадалась она. – Меня волнует, что я теряю Анну».

Обед закончился. Наташин отец принялся убирать тарелки. Он отказался от предлагаемой помощи, желая побыть в одиночестве. После обеда отец всегда прогуливался в саду, чтобы проветрить мозги.

Наташе стало любопытно, насколько воображаемый разговор с Брендой соответствует истине.

Кит в этот раз не приехал, они с Брендой были в ссоре уже шестой день, хотя это и не самый рекордный показатель. Трем женщинам в гостиной надо было чем-то заполнить несколько минут до начала любимого сериала. Предпочитая выслушать лекцию, чем продолжать терпеть эту неловкость, Наташа объявила, что больше не встречается с Джоффри. Мать отнеслась к этому заявлению с особенным интересом.

– Он мне соврал, мама. Я думала, что он богат, а оказалось, что это не так.

Услышав это, мать сказала дочери:

– В таком случае, хорошо, что ты от него отделалась, милая.

– Деньги еще не все, – предположила Бренда.

Ее мать возразила:

– Только люди, у которых они есть, так говорят.

– Мы с Китом живем лучше многих, но я предпочла бы жить с тем, кого люблю, нежели в богатстве.

– Не слушай ты ее, Наташа! – заявила мать, придвигаясь ближе к старшей дочери и приобняв ее за плечи, несмотря на то что Наташа не выказывала душевного страдания.

Она указала сквозь кухонную дверь на своего мужа.

– Вот куда приводит тебя брак по любви – в конце концов, ты оказываешься привязана к придурку вроде нашего папочки. На всю оставшуюся чертову жизнь. Любовь уходит и приходит, а кушать хочется всегда.

Бренда присела с другой стороны от Наташи.

– Выходи замуж по любви, только сперва удостоверься, что это любовь.

Наташа наклонилась вперед, чтобы прервать контакт с обеими – с сестрой и матерью – и задала Бренде вопрос, который вертелся у всех на языке целый день, но до сих пор никто не решился его задать:

– Как так получилось, что ты без Кита? У вас опять проблемы?

Мать передвинулась от Наташи, чтобы оказаться рядом с Брендой.

– Он меня раздражает. Постоянно. Даже когда я одна в доме, он все равно бесит меня до смерти. Наверное, я не должна выходить за него замуж, если я его не люблю?

Мать опередила Наташу и ответила первой:

– Есть такое название для женщин, которые ждут, что к ним придет любовь, прежде чем они выйдут замуж. Старые девы.

Заставка сериала предупредила последующие споры. Через некоторое время Бренда извинилась, сославшись на легкую головную боль, и сказала, что хочет погулять в саду, чтобы подышать свежим воздухом.

– Не думаю, что у нее болит голова, просто Бренда расстроена. – Наташа встала, радуясь возможности сбежать из гостиной. – Я посмотрю, в порядке ли она.

– Я пойду с тобой.

– Не надо, мама. Она подумает, что мы объединились против нее.

В саду Бренда стояла рядом с отцом. Тот прореживал траву граблями, хватаясь за любую возможность, чтобы побыть вне дома. Все молчали.

Садик был огорожен невысокой изгородью. Цветов в нем не было. Мощеная дорожка разделяла ухоженную лужайку. На краю лужайки остались две реликвии с тех времен, когда девушки были детьми: железные качели, недавно покрашенные, чтобы уберечь их от ржавчины, и игрушечный деревянный домик с верандой и окошками. Когда отец только построил этот домик, девочки проводили там все свое время. Но они повзрослели, и домик стал ненужным. Наташа предполагала, что качели и домик ждут будущих внуков или напоминают родителям о тех временах, когда этот дом был более счастливым.

– Вас мать выгнала? – спросил Наташин отец.

– Нет.

– Она что, смотрит сериал одна?

– Да.

– Ей это не понравится, – бросил отец, ухмыляясь.