Счастливчики - Даниэла Стил

Но Фил резко изменил для нее все, так что даже планы ее отца отошли на второй план. Когда она приезжала на сеансы физиотерапии, он снова заговаривал с ней о Паралимпийских играх. Он уже объяснил ей, что соревнования там проходят по пяти дисциплинам, с несколькими видами в каждой, из которых самое подходящее для нее – соревнования по скоростному спуску, на сиденье, прикрепленном к монолыже. И однажды он прямо спросил ее, не хотела бы она попробовать. Как у нее глаза загорелись! Он объяснил, что ей нужно поехать в Винтер-Парк в окрестностях Денвера и самой попробовать. Сама мысль о возврате на лыжную трассу наполнила ее радостью и взволновала.

– Если ты решила всерьез, то можешь немедленно приступить к тренировкам. Зимние Паралимпийские игры состоятся меньше чем через год.

Лили настолько возбудилась, что с трудом могла говорить.

– А когда я могу начать?

– Как насчет завтра? – улыбнулся он.

Он уже зарезервировал для нее время и двух инструкторов, которые помогли бы ей устроиться в кабине подъемника и катались с ней, чтобы страховать на первых порах.

– Я попрошу папу привезти мне вечером мой лыжный костюм.

Они продолжали работать в обычном режиме, и после окончания занятия она позвонила отцу.

– Ты это что, серьезно?

– Вполне, – ответила она с необычным для нее вызовом в голосе. Но она стремилась снова оказаться на горнолыжной трассе и боялась, что отец ей помешает. – Я хочу попробовать завтра на маленьком сиденье, укрепленном на лыжах. Я хочу подготовиться к Паралимпийским играм, папа, – сказала она. У нее была такая же железная воля, как и у него. Они не уступали друг другу, хотя между ними редко возникали разногласия. Но она никогда не боялась противостоять ему.

– Я не хочу, чтобы ты снова забиралась на гору, – твердо заявил он. – Ты уже достаточно вынесла. Займись чем-нибудь еще.

– Конечно, лыжный спорт травмоопасный, папа. Но я катаюсь лучше других – во всяком случае, каталась раньше. Со мной ничего не случится.

– А если случится? Что, если ты получишь еще одну травму? И в следующий раз лишишься возможности пользоваться руками? Как Тедди. Или если ты повредишь голову? Нет, Лили, нет!

– Да! Привези мне лыжный костюм, папа, или я поеду в джинсах.

Билл знал, что спорить, в общем, бесполезно. Минут десять они пререкались, и наконец он уступил, когда она сказала, что с ней будут два инструктора, чтобы уберечь от несчастного случая. – Я хочу принять участие в Паралимпийских играх. Я несколько лет тренировалась. – Лили впервые осознала, что может принять участие в соревнованиях по скоростному спуску, даже если это произойдет по-другому. Ее жизнь не обязательно изменится настолько, насколько все, включая ее саму, предполагали. И она собиралась побороться за этот шанс. В итоге отец согласился привезти ей лыжный костюм.

– Привези мне обычную куртку и черные брюки. – Она не хотела надевать свой олимпийский костюм. – А обычный шлем найдется в шкафу? – Она забыла, есть ли у нее такой.

– Я найду. Это безумие, Лили. Если с тобой что-нибудь случится, я убью физиотерапевта, которого ты называешь морским пехотинцем. Чего я меньше всего хочу, так это того, что ты собираешься сделать. – В голосе у него звучали слезы.

– Это единственное, чего я действительно хочу в жизни, папа.

Бил знал, что она говорит серьезно. С горечью он упаковал костюм в сумку с олимпийской символикой и вечером привез ей. Но сам костюм был без всяких эмблем, и в шкафу нашелся простой голубой шлем. Она примерила его. Он ей по-прежнему был впору. Билл не сказал ей, что собирался отдать ее лыжные костюмы в спортивную школу, когда опустошались шкафы, чтобы устроить на их месте лифт. Он и подумать не мог, что они ей еще пригодятся. Они поговорили несколько минут, и он уехал. В этот вечер у него было много дел. Джесси прислала ему несколько досье нейрохирургов из Стэнфорда и Лос-Анджелеса, один из которых, по ее мнению, вправе был претендовать на должность главного врача, а остальные могли быть рядовыми сотрудниками.

Лили направлялась к себе в комнату с сумкой на коленях, когда ее догнал Тедди и спросил, что это такое.

– Мой лыжный костюм, – объявила она с победоносным видом. – Завтра я еду в Винтер-Парк. Фил все уже организовал. – Тедди, который еще никогда не видел ее в таком возбуждении, усмехнулся.

– Будешь примериваться для участия в Паралимпийских играх?

– Я хочу попробовать, как устроюсь на сиденье, и тогда посмотрим. Если удастся, разумеется, я хочу принять участие в Паралимпийских играх.

Он увидел твердую решимость в ее глазах и вздернутом подбородке.

– И я тоже, – признался он. Лили обернулась к нему с улыбкой.

– Позвольте узнать, мистер, в каком виде спорта?

– У них будет регби, хотя это и летний вид. Фил говорит, что я смогу. Играть в баскетбол, сидя в кресле на батарейках, нельзя, а в регби разрешается.

– Судя по тому, что я увидела в фильме у Фила, это грубоватая игра, – сказала Лили озабоченно. Тедди засмеялся. В конце концов, ему шел всего лишь восемнадцатый год.

– Да, но смотрится круто, так ведь? – Они оба засмеялись и разъехались по своим комнатам.

На следующий день, натянув лыжный костюм, Лили выехала в фургоне в Винтер-Парк. Там ее уже ждали оба инструктора, приглашенные Филом. Они усадили ее на маленькое сиденье на монолыже и надежно закрепили. Они устроили ее в кабину подъемника, и один из них поехал с ней. Лили испытала странное знакомое чувство, подобное тому, какое овладело ею в такой же кабине в Скво-Вэлли всего за несколько минут до падения. Она сидела спокойно, стараясь не думать об этом и сосредоточиться только на предстоящем спуске. Ей помогли выбраться из кабины. Внезапно все показалось ей очень знакомым. Она поправила очки и взяла в руки палки с крошечными лыжами на кончиках, чтобы сохранять равновесие. Она несколько раз подвигалась взад-вперед, а затем тронулась с места, сначала медленно, чтобы привыкнуть к сиденью. Ее удивило, насколько это оказалось легко и как уверенно она держалась на склоне. Палки ей практически не требовались. Благодаря многолетним тренировкам и природному чутью она слегка изменила положение тела и стала набирать скорость. Она могла видеть инструкторов по обеим сторонам, но на одной лыже чувствовала себя очень уверенно. Она неслась вниз на полной скорости, и ей казалось, что вместо ног у нее выросли крылья. Они спустились слишком быстро! Она смеялась, и слезы лились у нее по лицу.

– Я могу это сделать! – кричала она. – Я могу кататься! Я хочу еще раз! – В этот день они спускались трижды. И каждый раз Лили набирала все большую скорость. Инструкторы видели ее природные способности. Годы напряженных длительных тренировок сослужили ей хорошую службу. Она была достойным кандидатом в Паралимпийскую команду, но что главное, она ощущала себя вернувшейся в мир живых. Она не хотела уходить с горы после третьего спуска, но инструкторов ждали другие клиенты. Снова оказавшись в коляске, она ощутила себя птицей, лишившейся крыльев. Но, во всяком случае, она знала, что снова может летать. Шофер помог ей устроиться в фургоне, и по пути в клинику она всю дорогу улыбалась. Никогда в жизни она не была так счастлива! Фил Льюис вернул ей жизнь. Она может кататься! И никому у нее этого не отнять.