Счастливчики - Даниэла Стил

– Не согласились бы вы тогда консультировать нас, доктор Андерс? – спросил Билл, догадываясь, что убедить людей переселиться в Денвер окажется труднее, чем он сначала думал. – Может быть, приезжать и давать нам советы время от времени? Мы начинаем дело с нуля и будем рады любой помощи.

– С удовольствием, – сказала она и согласилась приехать в Денвер через пару месяцев, когда, по его мнению, у них что-то будет готово.

– А не могли бы вы приехать пораньше? Ну, скажем, через пару недель? – спросил он.

Поколебавшись, она согласилась, и они назначили дату. Она собиралась приехать в Денвер на уик-энд, встретиться с ним и Джо и обсудить с ними самые насущные вопросы. Билл предложил ей оплатить дорогу, пребывание в одном из лучших отелей Денвера и собственно консультацию, что составило весьма значительную сумму. На нее произвело впечатление его отношение к делу. Он с готовностью признался в своей некомпетентности, но привлекал энергией, ответственностью и солидностью.

Сразу же после разговора с ним Кэрол набрала номер Джесси в Скво-Вэлли. Отвечая на звонок, Джесси улыбалась. Она была рада слышать ее голос – они так долго не общались. И легко догадалась о цели звонка – Билл уже связался с ней. Да, он не теряет времени даром!

– Итак, во что же ты меня втянула? Кто этот человек?

– Он отец пациентки, которую я оперировала сразу после Рождества. – Лицо Джесси омрачилось, когда она подумала о трагедиях той ночи. Погиб Тим… – Она получила серьезные травмы, и ее отец, по сути, обвинил меня в невежестве. – При этом воспоминании Джесси засмеялась.

– И ты даешь такому типу мой телефон? – возмутилась Кэрол.

– Он просто страдал как несчастный отец. Обожает свою дочь. Он вдовец, и в ней, как я понимаю, весь смысл его жизни. Они живут в Денвере, и она сейчас находится у Крейга. Это, я думаю, и вдохновило его на создание разновидности такой клиники, в меньших масштабах, для маленьких детей. Мысль неплохая, – признала Джесси, – и он талантливый предприниматель. Денег у него достаточно, и все у него получится, если он найдет подходящих людей. Он только что купил место, где расположится его центр, и, судя по всему, оно великолепное. Ему нужны хорошие советы и сотрудники. И кто знает? Может быть, выйдет что-то стоящее. Я предложила ему позвонить тебе. Его дочь была в олимпийской лыжной команде, поэтому тяжелая травма стала для нее еще большей трагедией. Он облетел весь мир в поисках более оптимистического диагноза, но все сказали ему то же, что и я. Нельзя его за это осуждать. Будь у меня деньги, я, возможно, поступила бы так же. Что ты ему сказала? Тебя эта работа интересует?

– Нет, – откровенно призналась Кэрол. – Мне и здесь неплохо. Ко мне все наши так хорошо отнеслись в прошлом году – я просто не могу их оставить. Кстати, это мне напоминает… Прости, что не приехала на похороны Тима, Джесс. Я проходила в это время химиотерапию и чувствовала себя отвратительно.

– Я так и поняла. А сейчас ты как?

– Окончательно поправилась, – сказала Кэрол с облегчением. – Как у тебя дела?

– Не знаю. Как-то живем, день за днем. С детьми сложновато. Трудно с ними без Тима.

Кэрол могла себе это представить и сочувствовала подруге, но по крайней мере дети были с ней. Кэрол знала, что детей у нее не будет никогда, а усыновлять ребенка теперь, после развода, когда она жила одна, ей не хотелось. Поэтому на материнство ей надеяться не приходилось, что она воспринимала как большую потерю.

– Я бы хотела, чтобы ты как-нибудь нас навестила, – сказала Джесси. Работая вместе в Стэнфорде, они очень подружились.

– Я собираюсь в Денвер через две недели на встречу с твоим знакомым. Он, наверно, грубоват, раз назвал тебя невеждой. – Голос Кэрол звучал озабоченно, и Джесси рассмеялась.

– Он так не сказал, но это подразумевалось. Нет, на самом деле он деликатнее. Я оперировала его дочь в тот вечер, когда погиб Тим.

– Прими мои соболезнования, Джесс. Не представляю, как ты справишься без него.

– И я тоже, – мягко заметила Джесси. – Как ты поживаешь после развода?

– Прекрасно. Теперь я хочу только смотреть в будущее. Прошлый год оказался самым тяжелым в моей жизни. Рак, развод, операции. Быть может, обязанности консультанта пойдут мне на пользу. Я не сказала твоему знакомому, что болела. А ты ему говорила?

– Я упомянула, что у тебя были проблемы со здоровьем, но не сказала, что это был рак. Об этом тебе судить.

– Его это не касается. И я теперь здорова. Я только консультант, на работу к нему не поступаю. Поэтому и не обязана ничего ему говорить.

– Ну и ладно, – согласилась Джесси. – Сообщи мне твое мнение, когда вернешься.

– Спасибо за твое посредничество, – тепло сказала Кэрол. – Деньги мне пригодятся. Дилан забрал большую часть мебели. Мило с его стороны, не правда ли? Получу деньги за консультацию и куплю новую софу.

Довольная Джесси рассмеялась:

– Позаботься о себе.

– И ты тоже, – сказала Кэрол, заканчивая разговор. Она надеялась, что не сделала ошибки, согласившись приехать в Денвер. Но Билл Томас показался ей оригинальной личностью. И надо надеяться, будет действовать как здравомыслящий и надежный человек. И в любом случае, у нее будет новая софа.

Билл также позвонил доктору Хаммерфельду с просьбой порекомендовать кого-то в качестве консультантов или людей, заинтересованных в хорошей работе. План Билла произвел на Хаммерфельда сильное впечатление, он обещал подумать, но не мог назвать кого-либо сразу. А Билл не сказал ему о скором приезде в Денвер Кэрол Андерс – вдруг она не хочет, чтобы об этом знали.

Билл и Лили обсуждали его планы каждый вечер. У нее то и дело появлялись новые идеи, как и у Тедди, который тут же делился ими с ней. Оба они увлеклись этим проектом.

Мысли о «Лилипарке» заполнили пустоту в жизни Лили и отвлекли от переживаний по поводу предательства старых друзей. Кроме Вероники, ее посетили еще несколько человек, но их так поразил вид Лили в инвалидном кресле, что больше они не появлялись. Они не знали, что сказать и как к этому отнестись, и предпочли не приезжать вообще. Лили говорила об этом с Тедди, но не с отцом. Ей не хотелось признаваться, что у нее не осталось больше друзей. Ей казалось, что она вообще перестала для них существовать. В каком-то смысле именно так и получилось. Случившееся с ней настолько их потрясло, что они просто не могли это принять. А Тедди всегда ей сочувствовал и оставался ее единственным другом в самый тяжелый период ее жизни.

Но Фил резко изменил для нее все, так что даже планы ее отца отошли на второй план. Когда она приезжала на сеансы физиотерапии, он снова заговаривал с ней о Паралимпийских играх. Он уже объяснил ей, что соревнования там проходят по пяти дисциплинам, с несколькими видами в каждой, из которых самое подходящее для нее – соревнования по скоростному спуску, на сиденье, прикрепленном к монолыже. И однажды он прямо спросил ее, не хотела бы она попробовать. Как у нее глаза загорелись! Он объяснил, что ей нужно поехать в Винтер-Парк в окрестностях Денвера и самой попробовать. Сама мысль о возврате на лыжную трассу наполнила ее радостью и взволновала.